Война сердец

— Нет-нет, это бред. Получается, сначала я настраиваю всех против алькальда, организовываю штурм ратуши, а затем предаю тех, кого сам же подбил на это, подставляю их, переходя на сторону врага? И всё ради получения этого артефакта. Я ни за что на такое не пойду! Это подло! — возмущался Данте.

— Не тебе, деточка, говорить о подлости. Ты пользовался чёрной магией и ещё и убил несколько человек, — жёстко отрезала Амарилис, и Данте побелел как мел — этих подробностей он не помнил. — О каких подлостях и принципах ты рассуждаешь? Это смешно! И я думала, ты смелый, даже отчаянный. Если я не ошибаюсь, ты хочешь спасти кому-то жизнь? Подумай, что для тебя в приоритете: некие эфемерные идеалы, придуманные тобой самим, или жизнь дорогого человека?

Амарилис, верно, знала куда бить и била. При воспоминании об Эстелле и о том, что она может умереть, у Данте ум за разум зашёл. Да, ради этой женщины он способен на всё!

В этот момент на лестнице раздались шаги — появилась Сантана. Она сменила ярко-лазоревое платье на бежевое в коричневую клеточку и теперь выглядела как мещанка.

— Сантана, я же просила оставить меня с гостем наедине, — едва сдержала гнев Амарилис.

— Тётя, я что должна в четырёх стенах сидеть? — возмутилась Сантана, спускаясь в гостиную.

— Простите, виконт, моя племянница как обычно невыносима.

— Но я не виконт, — растерялся Данте.

— О, я бы не была так в этом уверена, — улыбнулась Амарилис.

Сантана и Данте оба, как по команде, открыли рты.

— Знаете, сеньора, думаю, вы меня с кем-то перепутали. Мне пора идти, — Данте поднялся с канапе. — Я приходил к вам по делу и всё, что мне было нужно, я узнал. Позвольте откланяться.

— Я буду вас ждать, — пожав Данте руку, Амарилис велела Ханне проводить его до калитки.

Сантана смотрела на происходящее с нескрываемым изумлением. Амарилис спиной ощутила её взгляд.

— И не надейся, — через плечо бросила она, когда Ханна и Данте покинули дом.

— Не понимаю вас, тётя.

— Губы не раскатывай на мужчин, особенно на чужих. Я тебе сказала, что замуж ты не выйдешь. А если выйдешь, лишь за того, кого выберу я. Этот — нет.

— Я и не собираюсь за него замуж! — скрипнула зубами Сантана. И топнула ногой так, что каблук хрустнул. — Он нищий неграмотный идиот, который до сих пор влюблён в Эстеллу. Бегает за ней, как собачка. Фу-у!

Амарилис погладила себя по подбородку, где красовалась едва заметная ямочка.

— Видит бог, как я не хотела, чтобы ты выходила за Луиса, но твой дядя настоял на своём. Хотя я предупреждала и тебя, и его. И предупреждаю снова, — она повернулась лицом к племяннице и пошла на неё как бык на красную тряпку. Сантана попятилась. — Никаких браков, если не хочешь новой трагедии, племяшечка.

Волоча подол, Амарилис взошла на второй этаж. Сантана вслед показала ей кулак.

====== Глава 35. Два хитреца ======

После встречи с Амарилис Данте пребывал в растерянности. Кто такая эта женщина? Наверняка она опасна. Но он должен вылечить Эстеллу любым, хоть самым нереальным способом.

Данте шёл пешком, не разбирая дороги и утопая в своих мыслях. Янгус летела за ним. План Амарилис сначала показался ему дерзким, но разве есть ещё шанс забрать артефакт? Да, нехорошо обманывать людей, но люди всегда его подставляли, унижали, гнобили. Так что они будут квиты. Действовать надо хитростью, завуалированной под искренность. Нельзя попасть впросак. Он должен втереться в доверие.

Данте не думал, что справится с этой задачей. Даже обладая притягательной внешностью, врождённой аристократичностью и своеобразным обаянием, которое женщины уж точно ощущали, Данте не умел главного — находить общий язык с людьми, располагать их к себе. Если ему что-то не нравилось, он мигом переходил на колкости или грубости, что собеседника настораживало. Нет-нет, сегодня он должен показать себя с лучшей стороны!

С таким сумбуром в голове Данте дошёл до белоснежного здания ратуши, где ежедневно кучковались люди, читая списки умерших. Янгус, сев на дерево жакаранды, укрылась в его раскидистых ветвях.

Вопреки сомнениям Данте, его переговоры с народом прошли удачно. Он втиснулся в толпу, делая вид, что ищет кого-то в списках, и, навострив уши, вслушался в болтовню. Сразу уловил недовольство и злобные интонации в голосах людей.

— Когда же этому конец? — возмущался бородатый мужчина в залатанной одежде. — Сил нет никаких. Люди мрут как мухи.

— Я похоронил жену, — пожаловался его сосед — мужчина с усиками, подкрученными лихо вверх.

— А я сестру и сына, — вздохнула сухопарая старушка в чепчике.

— У нас много соседей поумирало, а я каждый раз боюсь за своих родных. Мне всё время снится, будто они померли, — вздохнул интеллигентного вида старичок с лорнетом.

— А списки всё больше и больше, — посетовал бородатый в заплатах.

— А что все говорят, неужто нет никакой надежды? — нервно теребила старушка свой чепчик.

— Видимо, нет, алькальд же хочет уничтожить город, — усатый гневно помахал кулаком.

— В каком смысле? — удивился старик.

— Да в прямом. Говорят, будто бы у него есть лекарство от этой чёртовой заразы, — объяснил усатый. — Но он скрывает его от людей, чтоб все неугодные ему померли, понимаете? А ежели сам заболеет, так он лекарство выпьет и опять здоров, вот и не боится. Мерзкий Иуда!

— Да вы что?! Как-то не верится даже! — всплеснула руками старушка.

— А вы поверьте, уж будьте любезны.

Данте примкнул к говорившим вплотную.

— Но неужто нельзя заставить алькальда отдать нам это лекарство? — вопросил старик.

— Похоже, нет.

— Но это в наших силах! — влез Данте.

Люди оглянулись и уставились на него. Он стушевался — не выносил внимания к себе. Но никто этого не заметил. Чтобы не смущать народ своей внешностью, Данте предусмотрительно заплел волосы в косу и надел широкополую шляпу, прикрыв ею лоб и глаза. Костюм гаучо и вид юноши, молодой, сильный, энергичный, внушил отчаявшимся людям доверие.

— Что вы имеете ввиду? — спросил бородатый.

— Если это лекарство существует и оно у алькальда, не надо дожидаться его милости. Мы должны пойти и забрать лекарство сами.

— То есть?

— Нас много, а алькальд один, — продолжил Данте воодушевлённо. — Если мы все, здесь присутствующие, или хотя бы половина из нас, ворвёмся в ратушу, он обязан будет отдать нам лекарство. Он будет бессилен. Кто он один против нас? Муравей против слонов.

Данте говорил это так громко и уверенно, что не прошло и пяти минут, как толпа окружила его кольцом. Лица у многих посветлели.