Детективы

Смешивая коктейли, я рассматривал гостей Рауля. Приглашение на сегодняшнюю вечеринку показалось мне интересным, но я не представлял себе, что меня ждет. Он позвонил в мою голливудскую квартиру примерно в три тридцать и, поболтав о том о сем, сказал: — Все гоняешься за убийцами, Шелл? — Ни за убийцами…

«…а то, что Мохов был подвергнут задрочению в нашем блиндаже – лож, писдеш и провокатсыя. И ничего ему там никуда не вставляли, это суровая неправда. Ему, этому чмошному Мохову, только намекнули: типа, если что, пидер ты страшный, – сразу жопа на барабан. И у него моментально – очко на нуль. Ну и раскололся…

Пальцы правой руки покойного, испачканные шоколадом и мелкими черными зернышками тамарилло, были поднесены ко рту. Но покойный так и не успел воздать должное сладкому блюду с экзотическими фруктами. На его одутловатом лице застыло обиженное выражение ребенка, у которого злые дяди отобрали обещанную…

— Ну, старина Люка, на сегодня все! Рабочий день в ту субботу закончился необычно рано. Мегрэ набил табаком трубку, достал из гардероба пальто, шляпу и шарф. Проходя через приемную, комиссар, на всякий случай, отвернул лицо в сторону от посетительницы. Во дворе полицейского управления он сразу же погрузился…

— Вы говорите по-французски? — спросил Мегрэ. Отрицательный, без тени смущения, жест. — Пива, пожалуйста… Bier! Устроившись, он достал из кармана список. На глаза попалась последняя фамилия. Показав ее хозяину, комиссар произнес несколько раз: — Ливенс… Трое мужчин заговорили между собой. Потом…

И наконец набережная Орфевр, где он знал каждый булыжник и откуда его чуть не изгнали. Совсем недавно. Около десяти дней назад один префект, который не любил полицейских старой школы, потребовал, чтобы Мегрэ подал в отставку, — выражаясь более элегантно, раньше времени ушел на пенсию, — и всего лишь…

Через какую-нибудь минуту мы уже летели по трассе со скоростью сто восемьдесят, обгоняя всех. — Обычно, — поведал Кречет, на трассе меня никто не обходит. — А если «порш» или, скажем, «додж-вайпер»? — поинтересовался я. — Ну, если «порш»…. - проговорил он задумчиво. — Да их на весь Киев десятка…

Ул с удивлением уставился на него. — Я? С чего ты взял? — Да нет, Паркер. Джордж в порядке, — вмешался Вайс. — В чем дело? — поинтересовался Эндрюс. — У Джорджа шалят нервы, — объяснил Паркер. — А у тебя не шалят? — спросил Ул. — У меня-то лицо сухое. Рука Ула потянулась к мокрому лбу. — Я вообще…

Вулф оторвался от книги и устремил на меня испепеляющий взгляд. - Пф! - хмыкнул он. - Согласен, - кивнул я. - На все сто. - После чего повернулся и, кипя как чайник, вышел вон. Не могу сказать, чтобы, снимая с вешалки в прихожей свою шляпу, я уже твердо знал, чем займусь в ближайшие двенадцать…

Вулф наливал себе вторую чашку кофе. Он метнул взгляд на Пита (который, должен признать, не был одет приличествующим для аудиенции образом), поставил кофейник и воззрился на меня. — Арчи, я не терплю, когда мне мешают во время еды! Я сочувственно закивал. — Знаю, но разве это еда? Неужели яйца…

— Виллэ также и ваш друг, господин Гринби? — тихо спросил Леконт. Сидевший по соседству сероглазый удивленно поднял брови. — Что вы имеете в виду? — холодно поинтересовался он. Леконт пожал плечами. — Нам кое-что известно, — заметил он как бы между прочим. — И это касается вашего «Клуба преступников».…

При упоминании о поверенном Аллана передернуло. Слухи, ходившие в Скотленд-Ярде об этом адвокате, не гнушавшемся браться за самые темные дела, давали немало поводов для беспокойства за друзей детства… Чем ближе подходил он к поместью, тем больше угнетало его царившее кругом запустение: на дорожках пробивалась…

Два его товарища стоят на краю деревянного настила. Один в черной шляпе с круглым верхом. Другой, в полинявших джинсах, увешан побрякушками. У всех троих смуглая, с медным отливом кожа. Это все те же вездесущие цыгане, разница лишь в том, что во Франции их зовут «жиган», а здесь — «джипси». Они ждут…

Мисс Гросвенор возвратилась к делам, ждавшим ее внимания. Сделала два звонка по телефону, проверила отпечатанные письма, прежде чем отнести их мистеру Фортескью на подпись, ответила на звонок из города. — Боюсь, сейчас это невозможно, — сказала она в трубку, и в ее голосе звучали высокомерные нотки. —…

— У вас есть какое-нибудь хобби? — спросил доктор, перенося полный восхищения взгляд на свои ботинки. — Нет, — коротко ответил Грант. — А что вы делаете в отпуске? — Ловлю рыбу. — Ловите рыбу? — произнес психолог, вырванный из своей самовлюбленной задумчивости. — И вы считаете, что это не хобби?…

В общем-то, я никогда с этим не спорил. Если бы Даррен на пять секунд оторвался от бумажек, которые он заполняет для Министерства соцобеспечения, наверняка тоже со мной согласился бы. Как говорят, се ля ви. Так о чем это я? Да ни о чем особенном. Просто решил слегка подкрасить водичку и объяснить свое…

«Еврейский вопрос» непрерывно разрастался в России и во всём мире, особенно с конца XIX века, так что и занял сегодня, может быть, определяющее положение, совмещаясь с вопросом о национальной независимости и духовной свободе всех остальных народов. Многие писатели, политики, историки посвящали и посвящают…

И я снова подивился тому, зачем торчу здесь. Почему, задавался я вопросом уже бог знает в какой раз, я вообще взялся за это безнадежное дело? Но ответ я знал. Да просто потому, что меня уговорил пойти на это один приятель, друг какого-то друга родителей парня. Они навалились на меня всем скопом и умоляли…

— Кстати, а куда ты ездил, раз уж домой приходил? Это ж надо — мысленно, а накаркал. — Когда? — я лихорадочно пытался придумать вразумительный ответ. — Ну сейчас, вечером. Если разобраться, правда — лучший ответ. — Рукопись надо было забрать. Я щелкнул замками кейса и извлек оттуда пухлую синюю…

   А капитан уже вскарабкивался к стеклу окна и дико озирал темнеющее за окном море.    И тут сзади, с кормы, полыхнуло, до самых темных небес осветив низкие тучи багровым, кровавым.    Пол вдруг так же стремительно выровнялся. Какое-то время держал равновесие, а потом дал крен к корме. — Аврал, —…