Чёрный Лес
Шрифт:
– Как вы сказали, Игорь Андреевич, я прослушала, простите?
– Я говорю, что на олимпиаде будут совсем другие учителя, будет строго соблюдаться безопасность и условия честности участия, телефоны заберут, шпаргалки пронести не получится, но ты не волнуйся, ты всё знаешь отлично. Мы уже миллион раз всё прорешали. Я уверен, первое место твоё.
– Вы верите в меня, Игорь Андреевич, правда? – Маринка приподнялась со стула навстречу к учителю.
– Вообще не сомневаюсь в твоих знаниях, – ответил тот, покашляв и чуть подавшись назад.
Маринка вышла из-за парты и подошла к шкафу с учебными пособиями. – А не могли бы вы ещё раз объяснить мне вот этот момент…
Она наугад вытащила с полки книгу, открыла её и ткнула пальцем в абзац, сама не видя, о чём там написано. Да это было и неважно, ибо она ощутила, как зажглась тонкая кожа под кулоном на её груди, и поняла, что час настал. «Солнце» пульсировало, оживало и эти волны проходили по всему телу, прокатываясь по животу, ногам и спускаясь в кончики
– Ты мне очень нравишься, Марина. Давно, – прошептал он.
– Нравлюсь? – едва выдохнула девушка.
– Да. Даже больше. Я… я люблю тебя.
– И я… вас… тебя… люблю, – Маринка закрыла глаза и тут же ощутила его губы на своих губах. Сердце бешено запрыгало в груди.
– Это неправильно, так нельзя, – услышала она словно бы сквозь пелену, когда он осторожно и бережно опустил её на парту, склонившись к ней всем телом…
Глава 12
Май подходил к концу. Уже отцвели яблони и вишни в сельских садах, и растаял тонкой дымкой в воздухе аромат черёмухи. Маринка не замечала ничего вокруг, она смотрела и не видела, слушала и не слышала. Все думы её, всё существо жили только одной этой любовью, что затмила сознание. К счастью учебный год подходил к концу и съехать на двойки она не успела, по инерции завершив десятый класс практически на одни пятёрки. Даже по тем предметам, по которым выходила спорная оценка, учителя пошли ей навстречу и выставили завышенный балл по той причине, что Марина достойно защитила честь школы на олимпиаде по биологии, взяв первое место и теперь ожидая осеннего этапа уже на уровне округа. Её хвалили за ум, упорство, смекалку, ставили в пример одноклассникам, поздравляли. А она смотрела блаженным взглядом, кивая и отвечая невпопад. Так же вела она себя и с Диной, и с Гелей, дружба с которыми сошла на нет. Про остальных ребят в классе и детском доме нечего было и говорить, Маринка их просто не замечала, а на все попытки сблизиться выдавала такие колкости, что вскоре у всех пропало желание общаться с ней. Воспитатели же и учителя не придавали её поведению особого значения. Конец учебного года, и без того хлопот полон рот. Не до разгадывания загадок. А между тем загадка была. Марина и Игорь Андреевич стали близки. Встречи их происходили почти ежедневно и на удивление всегда находилось уединённое место для этих свиданий. Удивительным, впрочем, этот момент был лишь для Игоря, который при этом, тоже не сильно акцентировал внимание на данном вопросе, ибо ощущал себя в последнее время весьма странно в целом. Ему казалось, что сам воздух вокруг него стал гуще, плотнее, окружив его колышущейся вуалью. Он будто находился в некоем сне, и все события происходили с ним не взаправду, а лишь снились ему. Видения, приходящие в этом сне были то сладкими, когда к нему являлась сотканная из эфира и тумана Марина, с горящими сапфировыми очами, и дарила неземные ласки, то пугающими, когда во тьме ночи он вдруг подскакивал от собственного крика, а постель его была влажной от пота. Неведомые твари из дремучего, густого леса приходили к нему в этих кошмарах, прикасались к нему отростками длинных корневищ, заменявших им руки, пялились на него фосфоресцирующими зенками-плошками, перешёптывались безгубыми ртами и хихикали – мерзко и неприятно. От этого смеха кровь стыла в жилах и отчего-то хотелось плакать. Игорь был биологом, но никогда не слышал ничего о существах, подобным тем, что выползали ночью из тёмных углов комнаты, принося с собою запахи леса, стоялой воды, мокрой земли и болота. Они сидели возле его постели до утра, внимательно изучая его, и таяли с дымкой рассвета. Игорь вёл уроки, встречался с друзьями, но всё это он словно видел со стороны, будто эти события происходили не с ним, а он был лишь зрителем в кинозале и наблюдал за действиями героя на экране. В те моменты, когда в голове его наступало просветление, он приходил в ужас от осознания того, что происходит, и предполагал, что у него опухоль головного мозга. Не мог он, человек высоких нравственных правил связаться с ученицей, хотя и признавался себе в том, что очень любил её. Да, по сути, и до совершеннолетия ей оставалось каких-то несколько месяцев, оправдывал он сам себя, а потом… Потом можно будет и жениться. Марина сирота, у неё никого нет, и он обязан позаботиться о ней. Она станет студенткой, и они будут жить в его квартире, в которой он сейчас и проживает. Квартира небольшая, однокомнатная, досталась ему от бабушки по наследству. Но да зато своя! А это так много значит. Вон его друзья, одногруппники, коллеги – все в ипотеках погрязли. А это ярмо на ближайшие пятнадцать лет. Спасибо бабуле, что дала ему этот старт в жизнь. А дальше время покажет. Свой угол дорогого стоит. Но тут же он вновь одёргивал себя – а что, если кто-то узнает о их связи прямо сейчас? Или же в следующем учебном
году, осенью? Это будет катастрофа. Как минимум его навсегда исключат из профессии, уволят так, что путь в педагоги ему будет заказан. А как максимум… Лучше и не думать. И он не думал, едва только попадая в объятия хрупкой нежной девушки, он забывал собственное имя и желал лишь одного, чтобы эти минуты никогда не заканчивались. На всякий случай он даже записался в клинику на МРТ головного мозга, но обследование показало, что никаких образований нет, и он расслабился, пустил всё на самотёк, списав на усталость и конец учебного года.А тут ещё и мама приехала неожиданно. Женщины они такие, чувствуют всё каким-то неземным даром, интуицией, которой нет у мужчин, они могут не иметь вещественных доказательств, но угадают с невероятной точностью, что происходит в жизни близкого, тем более, если это собственный ребёнок.
– Игорёша, я пока поживу у тебя несколько дней, – заявила мать с порога, внезапно появившись прямо посреди рабочей недели в один из вечеров, когда Игорь только что приехал с работы и едва успел принять душ.
– Мама? Ты чего вдруг нежданно-негаданно? – удивлённо спрашивал он, пока мать раскладывала на зеркале в прихожей свои кремы, губную помаду и расчёску.
– А что, нельзя? Соскучилась по сыну, вот и приехала. Отец всё равно в рейс уехал. Скучно одной. Дай, думаю, пока у тебя погощу, – мама прошла на кухню, с подозрением оглядывая квартиру.
Игорь вспомнил, как буквально позавчера приводил сюда Марину. Да, они теперь проворачивали такое – она выходила на окраину села к тому времени, когда он заканчивал рабочий день, он забирал её у липовой рощи и они ехали к нему. До города езды каких-то двадцать минут, он успевал вернуть Марину назад к отбою в детдоме. А она нагла врала воспитателям, что гуляла у реки. Странно, но те верили ей. И лишь Марина знала, что служило всему причиной. Ей помогал кулон. Он отводил глаза, затуманивал сознание нужным людям, избавляя от лишних вопросов, убирал с её пути любые препятствия, исполняя все её прихоти. С каждым днём она всё больше отдалялась от мира людей. Её раздражало их присутствие поблизости с ней, их глупые никчёмные разговоры, пустая болтовня, смеющиеся лица. Она ощущала себя гораздо выше всего этого быта, в котором нужно было решать какие-то нелепые вопросы, вроде тех, кто сегодня дежурит по коридору или помогает на кухне, какую сценку будем готовить ко дню России, или кто поедет с Ренатом Александровичем в город на представление цирка, приехавшего из столицы на гастроли.
– Фу, – думала она, уединяясь, только бы не видеть никого, не слышать, – Как мне всё это осточертело.
Она сникала, мрачнела, замыкалась, смотрела на всех раненым зверем, но вновь наступали минуты с Игорем, и она оживала, расцветала. Неведомая мощь поднималась в ней, опаляющий всё вокруг огонь, бушующее в груди пламя, которым она напитывалась сама и насыщала своего мужчину, и никто, никто не нужен им был кроме их двоих. У них существовал свой особый мир и вход чужакам в него был закрыт.
Итак, мама приехала в гости и привезти к себе Марину пока не представлялось возможным, но ничего, они могут пока видеться и в школе, после уроков. Пока всё идёт гладко. А там лето, каникулы… Он что-нибудь придумает. Так сказал себе Игорь, решив просто порадоваться вкусным ужинам, пирогам и домашнему уюту, наведённому матерью в его холостяцкой берлоге.
– Недолго ей оставаться такой, – с наслаждением думал Игорь, – Как только Марине исполнится восемнадцать, поведу её в ЗАГС. А маме она понравится. Непременно. Да и отцу тоже. Они всегда мечтали о дочери, вот и будет им радость.
Прозвенел последний звонок. Прошли экзамены. В тот день после торжественного мероприятия, пока родители, школьники и учителя весело отмечали за накрытыми в спортивном зале столами выпускной, Игорь и Марина сбежали ото всех на берег реки.
– Нам нужно быть осторожнее, могут увидеть, – сказал Игорь, прижимая девушку к себе и целуя в лоб.
– Ну и что с того? Кто они такие, чтобы нас судить? Я тоже много чего знаю о них, но ведь молчу. Например, наша Лариса путается с Ренатом Александровичем. А ведь у них обоих семьи. А училка физики Светлана положила глаз на того проверяющего, что приезжал к нам зимой, а у неё, между прочим, есть жених. Но этот-то богаче, вот она и переметнулась по расчёту. А…
– Замолчи! Что ты несёшь? Я не хочу слушать такие мерзости. Мне нет никакого дела до чужой личной жизни, – воскликнул Игорь, – И вообще… откуда тебе известны такие подробности?
– Мне много чего известно, – хмыкнула обиженно Марина и повела плечиком, – Даже то, от чего умерла твоя рыжая подружка.
Игорь словно бы сквозь туман попытался вспомнить, о ком идёт речь. С трудом в памяти его всплыла широкая улыбка и серые глаза, рыжие пряди волос. Он любил когда-то эту женщину, но где она теперь? Как они расстались? Он ничего не помнил…
– Ты о ком?
– Что, разве уже забыл свою милую? – ревниво сверкнула хищным взглядом Марина, – А я нет. И заруби себе на носу, что, если какая-нибудь ещё стерва попытается подкатить к тебе, я и её уничтожу.
Она осеклась, поняв, что сболтнула лишнего. Игорь нахмурился, он лихорадочно пытался вспомнить, что же произошло с той рыжей девушкой, и не мог. Внезапно в голове всплыло имя – Настя. Да, точно, её так звали. Но что такое говорит Маринка? «Уничтожу»?
– Марина, что с тобой сегодня?