Эйта

Эйта окинула присутствующих взглядом, кивнула в знак приветствия и направилась прямиком к большому очагу. Там она села, протянув к огню совершенно замёрзшие ноги и руки.

— Точно русалка, — прошептал кто-то, но в полнейшей тишине шёпот услышали все.

Девушка удивлённо повернулась, но потом покачала головой и снова придвинулась к огню. Владелец таверны что-то шепнул младшему сыну и мальчишка бочком, не спуская с гостьи взгляда, пробрался к двери, а оттуда, что было сил, дёрнул к городу. Минут через десять дверь таверны снова открылась, и на пороге показалось двое мужчин. Следом за ними вошёл ещё один, более молодой. Посетители таверны, те кому наскучило стоять, подпирая стены, снова подскочили на ноги с лавок и поклонились вошедшим.

— Ну и где тут ваша русалка? — спросил один из вошедших, окинув трактир взглядом.

— Дык вон же она, — указал трактирщик.

— Сказал же, бред, — обратился мужчина к своему более богато одетому спутнику и вздохнул. — Здравствуй, красавица, — подошёл он к очагу и присел на корточки.

— И тебе не хворать, — кивнула Эйта, от которой не укрылось, что её собеседник колдун.

— Ты откуда будешь? — поинтересовался мужчина.

— Оттуда, — неопределённо махнула девушка в сторону озера.

Народ вокруг зароптал, мол, говорили же, русалка и даже не скрывает.

— А мокрая вся с чего? — не обращая ни на кого внимания, спросил колдун.

— Так нельзя же из воды сухой вылезти, — усмехнулась Эйта. — А ты с чего выпрашиваешь?

— Колдун я местный, Шмелём звать — улыбнулся мужчина. — За порядком в городе слежу, а тут люди прибежали, мол, русалка в «Три зуба» забрела.

— Да какая же я русалка? — Эйта удивлённо посмотрела на хозяина.

— Мокрая, — пискнул хозяйский сын, тот что бегал за колдуном, и тут же поспешил спрятаться за отца.

— А шуба у тебя эта откуда? — вдруг спросил князь, приехавший с колдуном.

— Она моя, — Эйта плотнее закуталась в своё мокрое одеяние.

— То-то я смотрю и мне она знакомой показалась, — согласился колдун.

— Моя, — снова с угрозой повторила девушка. — Мне её водяной отдал.

— Как есть русалка, — хлопнул себя по ноге трактирщик.

— А с чего это он расщедрился? — удивился Шмель. — Ты уж объясни, сделай милость, а то, видишь, люди волнуются.

— Ну ты-то видишь, что я не русалка? — поинтересовалась Эйта.

— Я вижу, но да только с чего ты в одежде ты купаться вздумала. Да и шубку эту князь осенью в озере утопил, нечисть тамошняя расшалилась что-то.

— А, — кивнула Эйта. — Но теперь она всё равно моя. А тебе, мил человек, за своей территорией лучше смотреть следовало бы. Мне б тогда купаться и не пришлось и водяной здешний не мне, а тебе бы служить обещался.

Колдун пересёкся взглядом с князем и растерянно пожал плечами.

— А за что тебе водяной шубу подарил? — вмешался молчавший до сих пор княжич. Он не сводил с девушки взгляда. — Холодно поди в мокрой-то? — мужчина скинул свой кафтан и протянул его Эйте. Девушка подумала, но потом сбросила мокрую шубу и укуталась в тёплую одежду, а свою протянула княжичу. — Меняю, — сказала она. Шмель закатил глаза и тяжело вздохнул. Вот принесло же сюда Олега. Сейчас ведь, как пить дать, влюбится. Княжич вообще был мужчиной влюбчивым, но в последнее время душа его требовала чего-то нового и необычного. Он пресытился легкодоступными девками, с теми, кто честь свою сильно берёг, тоже скучно было. А тут куда уж необычнее девка, да к тому же симпатичная вполне.

— А ты что, не знаешь? — спросила девушка у колдуна и нахмурилась. — Или там в реке твоя тварь сидела?

— Какая тварь? — не понял князь.

— Нет, не моя, — поспешил заверить Шмель. — А что за тварь?

— А как ты тварь в воде нашла? — тут же спросил Олег.

— Погоди, — осадил его колдун. — Милая, расскажи уж мне, что произошло, а то ведь я совсем ничего не понимаю. И как к тебе обращаться?

— Эйтой меня кличут, — вздохнула девушка и повернулась к огню другим боком.

— Тёплого питья принеси, — велел Шмель трактирщику. — Слушаю тебя, — кивнул он девушке.

— Мимо мы ехали, — начала Эйта. — В трактире резня намечалась, мы в лесу заночевали. А утром мавки. Я их разогнала, но тут водяной вылез, мол помоги, сила из воды уходит.

Колдун согласно кивнул и нахмурился. То, что с водоёмами что-то неладно, он давно заметил, только вот понять что не так не мог.

— Очень просил, — продолжала девушка. — Жалко мне его стало, — при этих словах она нахмурилась, задумавшись вдруг, а с чего это она так легко разжалобилась.

— А потом? — прервал её мысли Шмель.

— Потом? Потом зелье сварила и в воду, а там оно сидит.

— Погоди, как в воду? — уточнил колдун.

— С головой, — как дитю пояснила Эйта.

— Да то, что с головой, я и сам вижу. Ты объясни, как ты под водой смогла.

— Ну зелье же.

— А что за зелье? — Шмель даже дышать перестал.

— А сам ты что, так не умеешь? — прищурилась девушка. Мужчина выдохнул, сорвалось, не расскажет.

— Нет, — честно признался он. — Потом расскажешь?

— Нет, — покачала головой Эйта. — Моё это заклинание.

— А если Шмель заплатит? — спросил князь.

— Подумать надо, — не сразу ответила девушка.

— Ну а дальше что? — спросил Олег. — Ты остановилась на том что под водой оно? А что оно?

— Да откуда же я знаю? — хмыкнула девушка. — Чудище. Сидит, силы у всех тянет. Я сначала по–хорошему попросила уйти, оно булькаться, ну я ударила.

— А оно? — широко раскрыв глаза прошептала помощница трактирщика, которая как и все присутствующие, ловила каждое слово молодой ведьмы.

— А оно сначала спряталось, а потом как вылезет, мы с водяным насилу удрали.

— А что за чудище? — нахмурился Шмель. — На что хоть похоже?

— На что? — Эйта задумалась. — Да на соплю с глазами. Только здоровое больно и сильное. Водой ледяной так сильно било, — девушка потёрла пострадавшее плечо.

— И как же ты его? — спросил Олег, потому что Эйта снова замолчала.

— Случайно, — девушка вздохнула. — Действие отвара закончилось, а оно не отлипает. Ну я ему заклинание и вернула, да ещё усилила, чудище в лёд и замёрзло.

— И ты его так в воде и оставила? — уточнил Шмель, судорожно соображая, куда сейчас бежать и как эту тварь во льду искать, а главное, что с ней дальше делать.

— Нет, льдину водяной со своими на берег вытолкали, а я разбила.

— А тварь?

— Пропала. Наверное, её льдом на куски разорвало, а я потом ещё огнём прошлась, для надёжности. Большее я её не чувствовала.

Шмель выдохнул, бежать никуда не придётся, девчонка не глупая оказалась, до конца дело довела.

— Эйта, — раздалось от входа и в трактир ворвалась взволнованная Лада. — Слава Богам, живая. Я так волновалась, — она порывисто обняла подругу. — Ты мокрая совсем. Добрыня, — повернулась она к зашедшему следом мужу.