Город Драконов

Когда они приблизились к арендованному коттеджу, и Рейн увидел тёмные окна, он нахмурился. Если Малта решила, что слишком устала и уже легла спать, то ему будет крайне неудобно перед этими двумя людьми, которых он вытащил сюда во время такого шторма. Но

Толкнув, он открыл тонкую дверку и шагнул в темноту. — Малта? — , - он тихо сказал в темоту. — Малта, я привел тебе капитан Лефтрина-

Его слова повисли в воздухе, когда он ощутил пустоту в комнате. Он никому не мог этого объяснить. Он просто знал, что ее тут нет и не было с тех пор, как она ушла. Он подошел к столу и кончики его пальцев скользнули к джидзину посередине. Метал Элдерлингов ответил на его прикосновение, приходя в жизнь, давая призрачный свет, голубоватый, но проникающий. Он приподнял его и осветил комнату. Малты здесь не было. Холод пробрал его. Он услышал, как сам говорит обманчиво спокойным голосом.

— Что-то не так. Ее здесь нет, и не похоже, что она появлялась.-

Огонь в очаге был не немногим больше глиняного блюдца. Он нашел пару тлеющих углей и вернул их к жизни, затем зажег лампу снова. Свет лишь подтвердил то, что он уже знал. Она не возвращалась с совета. Все было точно также, когда они в спешке уходили.

Лефтрин и Скелли стояли в дверях. У него не было времени на любезности. — Простите. Мне надо найти ее. Она была уставшей, когда я ее оставил, но она обещала, то отравится прямиком сюда. Она… у нее спина болела. Ребенок… она слишком тяжелая…-

Девушка заговорила. — Мы пойдем с тобой. Где ты последний раз видел ее?-

— Прямо у зала Совета Торговцев.-

— Тогда там мы и начнем.-

Он привел ее в эту комнату. Схватки преследовали ее с тех пор, как они достигли порога борделя. Она пересилила себя, войдя в дверь, ей лишь хотелось присесть и не двигаться, пока это не прекратится. Вместо этого он схватил ее за руку и потащил ее через маленькую пустую гостиную в очень неопрятную спальню. Тут пахло мужским потом и не свежей едой. Стул был похоронен под сваленной кучей одежды. Постельные принадлежности лежали складками на запятнанном матраце узкой кровати. На полу у двери стояло блюдце с отколотым краем. Муравьи сосредоточенно исследовали корку хлеба на нем, рядом стоящий кувшин и липкие столовые приборы. Единственный свет исходил от почти погасшего огня из гончарного очага. Несколько корзин ютились возле двери, в них лежали личные вещи. Она увидела мокрый ботинок и носок. Он толкнул ее снова.

Малта пошатнулась, удержалась за край низкого столика, и опустился рядом с ним. — Приведи женщину, — сказала она ему отчаянно. — Кого-нибудь, кто знает о родах. СЕЙЧАС!-

Он уставился на нее. Тогда — Здесь вы будете в безопасности. Я сейчас, — сказал он и ушел.

Когда он закрыл дверь, комната погрузилась в полумрак. Где-то рассмеялась женщина и мужчина пьяно восклицал от удивления.

Малта, тяжело дыша, опустилась на пол. Только она перевела дыхание, случилась еще одна схватка. Она свернулась вокруг своего живота, и тихий стон сорвался с ее губ. — Все будет хорошо. — Она не была уверена молила ли она Са или ребенка внутри нее.

Случились еще две схватки и прошли, прежде чем она услышала, как дверь открылась. Каждый раз, когда ее отпускало, она обещала себе, что выйдет из комнаты и поищет помощи, как только она переведет дыхание. И каждый раз, новая волна боли накатывала, прежде. Она не могла предположить, сколько времени прошло. Боль превратила все в один бесконечный момент. — Помогите-, выдохнула она и подняла глаза и увидела, что этот бесполезный дурак привел с собой другого человека. Она уставилась на него снизу вверх. — Повитуха-, прошипела она. — Мне нужна, повитуха-.

Они не обратили внимания. Человек, который привел ее сюда, пересек маленькую комнату, обходя ее, почти над ней. Он взял дешевую желтую свечу с подсвечником, поджег ее от очага и использовал ее, чтобы осветить большую часть комнаты. Затем он отступил и довольно указал на нее. — Видишь, Бегасти? Я прав, не так ли?-

— Это она-, - сказал другой человек. Он наклонился, чтобы всмотреться в нее, его дыхание плотное с резкими специями. Он был одет богаче, чем человек, который притащил ее сюда, и в его словах сильнее чувствовался калсидийский акцент. — Но… что с ней? Зачем ты привел ее сюда? Будут неприятности, Арих! Многие из жителей Дождевых Чащоб почитают ее.-

— Как и многие презирают ее! Говорят, что она и ее муж слишком большого мнения о себе, что семья, сила и красота заставили ее считать себя королевой. — Он рассмеялся. — Сейчас она не выглядит столь царственной!-

Она едва могла понять их слова. Сейчас она слишком уязвима, это она знала точно. Ей удалось перевести дух, и она приказала им: — Идите и найдите женщину, которая мне поможет!-

Человек с именем Бегасти покачал головой. — Такой шум из-за родов. Как думаешь может стоит одеть ей кляп? Я слышал, как кричат женщины, когда рожают. И очень плохо, что ты и я здесь, в этой комнате. Это опасно. Нас не должны видеть вместе, нам не следует привлекать к себе внимание —.

Другой пожал плечами. — По ночам тут шумно, даже без шторма. Вопят, кричат и даже очень сильно. Никто не станет проверять-.

Малта тяжело дышала и пыталась думать. Это неправильно. Они не собирались помогать ей, они даже ее совсем не слушали. Почему человек сделал вид, что поможет ей, зачем притащил ее сюда?

Еще одна схватка отвлекла ее внимание от них. Из-за схваток она вообще не могла думать. Когда все прошло, она знала, что у нее пара мгновений, чтобы собраться с мыслями, попытаться подумать о чем-то. Что-то, здесь было что-то, о чем она знала, что-то очевидное, но ее мысли не могли сфокусироваться. Их калсидийский акцент был слишком сильным, и ни у кого из не было татуировок на лице. Если бы они пришли сюда как часть волны иммигрантов — освобожденных рабов, то у них должны быть татуировки на лице, которые ознаменовали таких беженцев. Когда боль снова подавила ее, и двое мужчин лениво наблюдали за ее борьбой, части головоломки собрались. такой очевидный ответ: это были шпионы, те которых. Грязный калсидийские пальчики добрались и до Дождевых Чащоб, чтобы осквернить и соблазнить деньгами. Это были те, кто стоял за охотником Джессом и его планом убить дракона ради выгоды. Конечно.

И она была беспомощна перед их силой. Зачем это? Что они хотят сделать с роженицей?

Один из них задал вопрос другому.

— Зачем ты ее взял, Арик? Она слишком известна и ее появление слишком необычно, чтобы ты взял ее домой как раба. И мы не в состоянии, чтобы договориться о выкупе за заложника! Мы договорились, что будем невидимыми, что получим то, что нам нужно как можно скорее и потом покинем это богом забытое место!-

Арик улыбался. Мысли Малты метались, она старалась не стонать, когда ее ребенок сражался за свое рождение. Роды были почти самым интимным моментом в жизни женщины, и вот она, беспомощная на мерзком полу борделя, лишенная мужа и повитухи, а два калсидийских шпиона насмехаются над ней. Она чувствовала, что скрытый ее юбками ее ребенок пытается появиться, так близок к рождению и в таком ужасном месте Она отчаянно хотела уползти от тех людей, найти укрытие, хотя бы в углу комнаты. Она задыхалась, пытаясь молчать, стараясь скрыть от них, что ее ребенок вот-вот появится. Их голоса вернули ее в сознание.

— Бегасти, ты смотришь, но не видишь. Как ты и говорил, она вся в чешуе, словно дракон. И ребенок, который появится, скорее всего будет такой же чешуйчатый. Она потерялась на мостах сегодня, умоляя меня о помощи. Никто не знает, что она здесь, и никто кроме тебя и меня не будет знать что с ней стало. Чешуйчатая плоть это чешуйчатая плоть, друг мой. И кто знает как выглядит вылупленный из яйца дракон? Отрезать ей голову, руки, ноги, и на ребенке отрезать все части Человека, и что у нас останется? Именно то, что Герцог приказал нам доставить! Плоть дракона, для его докторов, чтобы они превратили это в лекарство, требуемое ему!-

— Но…но…это же не дракон! Они сделают лекарства и они не сработают! Нас казнят, если кто-нибудь выяснит обман.-

— Никто не выяснит, потому что никто кроме тебя и меня не будет знать! Мы вернемся домой, мы доставим наши товары, и наши семьи вернутся к нам. И у нас хотя бы будет шанс сбежать пока врачи будут драться за право создать эликсир, который продлит жизнь Герцога. Думаешь, у наших семей все хорошо, пока мы здесь пытаемся убить дракона, хотя даже понятия не имеет где они? Нет. Ты знаешь Герцога! За каждый крошечный укол боли, он отыграется на наших наследниках. Он в отчаянии, умирающий старик, который отказывается поверить, то его время на исходе. Он совершит любой гнусный или ужасный поступок, ради продления своей жизни.-