Игла

— Обещай, что будешь осторожна, — прошептал он.

— Обещаю. И ты обещай.

Дар кивнул и снова её поцеловал. А потом ещё раз и ещё, будто всё не мог насытиться.

— Обещаю, — сказал он наконец, и они смогли оторваться друг от друга.

Дар помог Игле оседлать коня, снарядил своего, и они поскакали прочь, оставляя позади сгоревший дотла терем, который называли домом.

***

Звёздная Башня возвышалась над городом, мрачная, тёмная, мёртвая. Неужели всё это время, пока они искали её по всему свету, изводили чары, заклинания и зелья, поднимали все, даже самые древние связи Дара и донимали их письмами, Забава пряталась там? Прямо у них под носом.

Людей вокруг башни не было. Улицы отчего-то быстро опустели, стоило приблизиться к территории башни. А едва кони преодолели открытые ворота, всё вокруг вдруг изменилось. Солнце погасло и по небу разлилась густая безлунная ночь. Игла в изумлении оглянулась и обнаружила закрытые ворота, а за ними... ничего. Непроглядная тьма. Звуки города исчезли, будто над башней раздулся волшебный купол.

— А вот и первая ловушка, — среди мёртвой тишины тихий голос Дара звучал подобно грому. С опаской оглядевшись по сторонам, он спешился и тут же призвал когти, готовясь к бою.

— Это иллюзия? — Игла тоже спрыгнула с коня. Она пыталась прочитать магию, но та, будто дым пожала, лишь разъедала нос и лёгкие, и всё, что Игла смогла уловить чётко — ненависть, пропитавшая всё вокруг.

— Это магия! — послышался ехидный голос, и перед ними возникла Забава. — А вот это, — она игриво обвела свою фигуру руками, — иллюзия!

— Яда... — зарычал Дар, но та зацокала языком и погрозила ему указательным пальцем.

— Можешь даже не пытаться. Меня же здесь на самом деле нет, — проворковала она и, в доказательство, покрутилась вокруг своей оси и прошла сквозь Дара, превратившись в серебристую дымку. А после, вновь обретя прежнюю форму, указала на башню. — Я жду вас там, на са-а-амой вершине. Настоящая я. И милый маленький мальчик, ради которого вы сюда и пришли.

— Ветер жив? — выпалила Игла.

Забава повернулась к ней, удивлённо хлопая глазами.

— Какой ветер?

— Мальчик, — сквозь зубы процедил Дар.

— Ах, мальчик! — Она хлопнула в ладоши. — Мальчик жив! Пока. — На лице сверкнула хищная улыбка. — И у вас есть время до рассвета, чтобы его спасти. — Забава раскинула руки в стороны. — Сыграем же в последнюю, самую весёлую игру!

Она оглушительно засмеялась, запрокинув голову, и исчезла, будто её и не было.

— Снова её игры, — Дар сжал кулаки.

— Ветер жив — это самое главное. — Игла успокаивающе коснулась его плеча, хотя саму её трясло от злости и страха. Стараясь отвлечья от жутких мыслей о том, что ждёт их впереди, Игла посмотрела на небо. — Она сказала, что у нас есть время до рассвета. День сменился ночью в один миг. Не похоже, что время... здесь идёт, как обычно...

Дар кивнул.

— Лучше поторопиться.

Они подошли к дверям Звёздной Башни, и Игла с содроганием посмотрела на рисунок солнца и луны, который Забава оставила на теле Ласки. Стоило Дару протянуть руку, как двери тяжело сдвинулись с места и медленно открылись. Навстречу им разлилась тьма, не позволяя увидеть, что ждало за порогом. Игла зажгла на ладони пламя, надеясь хоть немного разогнать плотную завесу мрака, и взглянула на Дара. Тот криво улыбнулся и взял её за руку.

— Готова?

Игла кивнула, и они вместе шагнули во мрак.

Темнота не отступала, такая плотная, что пламя было не способно сдвинуть её с места. Напротив, съёживалось и тускнело под её натиском. Отовсюду несло гнилью и сырой землёй. На мгновение Игле даже показалось, что она вновь вернулась в жуткий подземный город, лишённый света и ветров. Холод пробежал по спине, а волоски на руках и шее встали дыбом. Казалось, из темноты вот-вот выпрыгнет мракогрыз и вцепится в глотку гнилыми клыками.

— Как она устроила всё так, что никто ничего не заметил? — прошептала Игла, звук собственного голоса немного успокаивал. — В самом сердце Даргорода. Куда смотрела Гвардия?

— Это тебе не простая городская чародейка, а дочь Морены. Чтобы превратить день в ночь, обычной иллюзии недостаточно. Забава соорудила что-то вроде кармана, прорезанного в ткани нашей реальности. Снаружи, для всех никаких чар как бы и нет, они все здесь, спрятаны в зачарованном отрезке пространства и времени, который спрятан за стеной реального мира. Она плела эти чары месяцами, понемногу, чтобы ненароком не прорвать ткань и оставаться незамеченной. И у неё бы ничего не вышло, если бы само это место не было переполнено магией. Чародеи жили и практиковали чары в Звёздной Башне не одну сотню лет, в одном камне из стены магии больше, чем в моём багреце или в тебе. Обычные чародеи и ведьмы не могут использовать подобную магию, но...

— Но полубоги на то и полубоги, — кивнула Игла. — Это жуткая магия, она пахнет мертвечиной.

— Ты не удивлена, — усмехнулся Дар, а Игла нервно дёрнула плечами.

— Раньше она ощущалась иначе. Это всё ещё она, всё ещё знакомая, но... она так сильно изменилась. В ней столько... ненависти. Боли.

Словно откликаясь на её слова, тьма забеспокоилась, забурлила, приходя в движение. Сквозь неё проступили очертания коридора. Его Игла узнала, они с Даром проходили здесь в прошлый раз, по дороге к лестнице.

— Сюда, — Дар тоже его узнал и потянул Иглу за собой.

— Она пропускает нас? — удивилась та.

— Заманивает глубже, — возразил Дар. — Но выбора у нас всё равно нет. Главное, держаться вместе и смотреть в оба.

Они подошли к двери и заглянули за неё. Им открылся путь на лестницу, по которой они поднимались в прошлый раз. Она крутой спиралью уходила вверх, заботливо освещённая тусклыми факелами.

— Наверх есть путь кроме этой лестницы? — спросила Игла, пытаясь совладать с дурным предчувствием. Чары у лестницы казались особенно сильными, а от запаха гнили слезились глаза.

— Нет. Возможно, стоило лезть по стене снаружи, — с губ Дара сорвался нервный смешок. — Но боюсь, она нас уже не выпустит. Да и из меня скалолаз не самый ловкий.

Переглянувшись, они начали подъём. Лестница была узкая — приходилось идти друг за другом. Дар шёл впереди, держа когти наготове и не отпускал руки Иглы, будто боялся, что если хоть на миг разомкнёт пальцы — она исчезнет.

— Я только по деревьям в детстве лазила. Однажды застряла на сосне и ревела от страха, не зная, как слезть, — голос Иглы дрогнул. — Светозару пришлось спускать меня на себе. Мы чуть оба шеи не свернули.

— Меня однажды приковали стене в пещере. Лет пять там просидел, на вершине горы. Какой-то богатырь ехал мимо, освободил меня и напоил водой. Но вот спускаться по отвесным скалам пришлось самому. — Дар оглянулся на весело подмигнул Игле. — Я сорвался. Повезло, что бессмертный.

Игла покачала головой.

— Жуть какая. Кто тебя приковал?

— Я отказал тогдашней царице, — он задумался. — Запамятовал её имя. Меня интересовала зачарованная медвежья шкура, которая лежала в её спальне, а царица в обмен на шкуру захотела меня в любовники. Я отказался, а она обиделась. Обвинила меня то ли в том, что я соблазнил её дочь и обесчестил, то ли в том, что похитил и обесчестил... Точно было что-то про честь. Ну, и придумала такое изобретательное наказание. Сказала, что раз уж я бессмертный и не принимаю её общества, то сидеть мне вечно в одиночестве.