Марионеточник

Вероника вдохнула стремительно наполняющийся влагой воздух, открыла глаза. Мужики справлялись, держали оборону. Насколько она могла судить, жертв им пока удавалось избегать, но кольцо из угарников уже сомкнулось и начало сужаться.

– Ты как? – спросил Степан, прицеливаясь.

– Ника, ты что-нибудь придумала? – просипел Гальяно, отпихивая от себя волчьим посохом особо ретивого угарника. – Ты уж поторопись!

– У меня кончаются патроны, – сообщил Арес, перезаряжая карабин.

В его голосе слышалось злое отчаяние, на Веронику он даже не глянул.

– Сейчас всё будет, – сказала она, снова поднимая лицо к небу.

– Что будет? – проорал Арес. – Когда будет?!

– Будет дождик. – Вероника откинула со лба выбившуюся из пучка прядь. На лоб упала первая прохладная капля.

Собрать воду в иссушенном, выгоревшем небе было тяжелее, чем выманить её из-под земли. Но вода Веронике была нужна со всех сторон. И не банальный конденсат, а тяжёлая, наполненная вековой силой болотная вода.

Воду принесли на своих крыльях птицы. Не коршуны, не совы, даже не вороны, а, стыдно признаться, крикливые, бестолковые утки. С заполошным ором утки кружили над их головами, и каждый взмах каждого крыла становился источником маленького локального дождя. И дождь этот был из болотной воды, той самой, которую так боялись угарники.

С утками было тяжело. Они кричали, суетились и долго не хотели выстраиваться по периметру мысленно очерченного Вероникой круга. А потом не хотели лететь по заданной траектории. Помогла Буся. Пока Вероника командовала парадом на земле, её боевая сова направляла утиную эскадрилью в воздухе.

Наконец, у них всё сложилось. Наконец, утки устали орать и сопротивляться чужой воле и образовали плотное кольцо из своих мокрых, роняющих капли воды тел. Этих капель хватило, чтобы очертить границу, остановить угарников и отрезать им путь. Этих капель было недостаточно, чтобы причинить угарникам реальный вред. Кажется, у Вероники получится обойтись без лишних жертв. Но боевые утки… Прекрасный повод для дружеских подтруниваний…

– Феерично! – сказал Гальяно, смахивая со щеки каплю.

– Только малость шумно. – Степан посмотрел в небо.

Наверное, пытался разглядеть в темноте уток.

– Уж как есть, – усмехнулась Вероника и на мгновение, теперь только на мгновение, прикрыла глаза.

Вода была уже совсем близко. Её приближение чувствовалось по утратившей рыхлость почве и едва различимому журчанию. Воду нужно было сдерживать, чтобы она растекалась по земле, а не рвалась в небо. И Вероника сдерживала, усмиряла, уговаривала.

Озеро, небольшое чёрное оконце диаметром в пять-шесть метров, образовалось аккурат в центре защитного круга, очерченного телами боевых уток. Какое-то время вода шипела и волновалась, но вскоре успокоилась, превратилась в почти зеркальную гладь.

– Ну вот, – сказала Вероника, делая шаг к краю озера.

– Это же он? – спросил Гальяно с таким видом, словно уже знал ответ.

– Это он! – Арес ткнул пальцем в свою карту, в самом центре которой горела серебристая, как рыбья чешуя, точка. – Наш чёрный ход!

– Аквалангистских костюмов нам явно не хватает, – проворчал Гальяно, не без опаски погружая ладонь в чёрную воду.

– Придётся без костюмов, – сказал Степан и принялся разуваться.

– Без костюмов так без костюмов, – пробормотал Гальяно. – Но хотелось бы хоть каких-то технических подробностей.

Он бросил вопросительный взгляд на Веронику. В ответ она лишь пожала плечами.

– То есть нырнём, а там как карта ляжет? – спросил Арес.

Вид у него был решительный. Ботинки он уже снял и аккуратно поставил на берегу озерца, которое на самом деле было чёрным ходом из одного мира в другой.

– Правда твоя, Паша! – подтвердила Вероника, стаскивая сапоги.

Хотя в затеянной ими авантюре отсутствие или наличие обуви совершенно не имело значения.

– И никакой лодки? – Он нахмурился. – Своим ходом?

– Выходит, так.

– А нырять придётся глубоко? – поинтересовался Гальяно, которому всё ещё остро не хватало конкретики. – Есть свет в конце туннеля?

– Мы не будем нырять, – сказала Вероника, нащупывая в волосах гребень. – Мы будем плыть.

– Куда? – спросил Арес.

– С этого берега на тот.

– Вон на тот? – Арес мотнул подбородком в сторону противоположного берега.

– Да, – она кивнула.

– А не проще ли нам туда ножками? Что тут плыть? Пару гребков – и на месте.

– Не проще, – сказала она терпеливым, полным смирения тоном. – Нам нужно плыть.

Больше Арес ничего не сказал, первым вошёл в воду, оглянулся на остальных. Гальяно ломанулся следом, с брызгами и уханьем, словно перед ним был не портал в иной мир, а морское побережье. Степан ждал, когда в воду войдёт Вероника, собирался прикрывать тылы. Вероника кивнула, сделала шаг. Вода, вопреки ожиданиям, была не ледяной, а тёплой. Наверное, нагрелась, пока поднималась из недр на поверхность. Вероника сделала глубокий вдох, оттолкнулась ногами от дна и поплыла. Сзади послышался всплеск – это вошёл в воду Степан.

Плыли гуськом. В той же последовательности, в какой заходили в озеро. Арес размашистыми, задиристыми гребками. Гальяно неспешно, по-собачьи. Степан размеренными, экономными движениями.

Как и следовало ожидать, Арес начал выбиваться из сил первым.

– Что за хрень? – прохрипел он, обернувшись к Веронике. – Почему берег не приближается?

– Да кто ж его знает? – Вероника мотнула головой. – Не рвись, экономь силы, Паша.

– Ты знала? – спросил, подплыв поближе Степан.

– Догадывалась. Не может быть всё так просто.

– А до этого было просто? – усмехнулся Гальяно. Он перевернулся на спину и раскинул в стороны руки.

– До этого было терпимо. – Вероника осмотрелась.

Крошечное озерцо, которое Арес собирался переплыть в два гребка, теперь казалось бескрайним морем. А далёкий берег укрывал густой туман.

– Эх, лодку бы нам сейчас, – сказал Гальяно мечтательно. – Или хотя бы плот. Или уточку надувную. Я, конечно, в отличной спортивной форме, но к такому фитнес-тренер меня не готовил.

Степан вообще ничего не сказал, он плыл молча, держаться старался поближе к Веронике. И не потому, что рассчитывал на её силы, скорее собирался защищать от невидимых врагов.

Невидимый враг появился примерно через два часа их странного заплыва. Время в этом месте текло по собственным законам, но Веронике казалось, что в воде они уже довольно долго. Мышцы рук и ног уже начинали ныть от непривычной нагрузки. В отличие от Гальяно, Вероника всякие фитнесы не посещала, не было у неё времени на такую ерунду. Однако усталость не помешала ей почувствовать приближение чего-то огромного и, скорее всего, опасного.

По воде словно прошла звуковая волна. Не та, которую слышит человеческое ухо. А та, на которой общаются между собой глубоководные жители. Какая глубина была сейчас под ними, Вероника старалась не думать. А вот о существе, скрывавшемся в этой глубине, думать нужно было прямо сейчас.