Последний караван
Шрифт:
Торговля идет бойко. То и дело останавливаются возле прилавка местные жители, щупают ткани, трогают лезвия ножей, щелкают ногтем по чашам и блюдам. Девушки хихикают и переглядываются, тыча пальцем то в подвеску, то в ленту, то в гребешок.
Тару:
– А вот посмотрите, какие серьги, барышня! Вам они будут очень к лицу! Примерьте, я и зеркальце дам...
Девица прикладывает серьгу к уху, смотрит в зеркало, поднимает брови, улыбается своему отражению.
Тару:
– Всего за две железки отдам!
Девица хмурится.
–
Тару:
– Где же дорого, побойтесь богов, барышня! Такие серьги в Пэкче по три железки идут, себе в убыток торгую!
Неподалеку стоят, наблюдая за этой сценой, Сосоно и слуга Чжан.
Сосоно:
– Слава Небесам, Тару, кажется, отвлекся от мрачных мыслей. Отличная была идея - поставить его за прилавок.
Чжан:
– Боги, за что караете, наследник... ой... молодой господин - и угождает простолюдинке...
Сосоно:
– Ты забыл? Мы купцы, наше дело торговать. Смотри-ка, смотри - он ее уломал!
Девица кидает на прилавок две железных пластинки с палец размером и забирает серьги.
Сосоно:
– Определенно, у мальчика талант к этому делу.
Чжан, с досадой:
– Зачем ему?
Сосоно:
– Хм. Ты что-то имеешь против торговли? Чжан, ты забыл, с кем разговариваешь?
Чжан, бледнея:
– Простите, госпожа. Я не имел в виду...
Сосоно:
– То-то. Думай, что говоришь. И кому.
Вире. Над городом тучи, громыхает гроза. Ливень как из ведра.
Царский дворец, покои старшей царицы.
Удар грома.
Царица:
– Небеса гневаются на меня.
Доверенная служанка:
– За что же, ваше высочество?
Царица:
– За то, что я отпустила моего Тару в такую даль. Бедный мой мальчик, жив ли он?
Служанка:
– Ваше высочество, не волнуйтесь, все будет хорошо, вы же послали своих людей...
Царица:
– От меча они защитят, но от дождя не смогут! Что, если мой Тару промокнет, простудится, заболеет и умрет?
Служанка:
– Он здоровый мальчик...
Царица, гневно:
– Молчать! Он маленький и слабый... Небеса, покарайте меня, но защитите моего Тару!
Плачет.
Служанка:
– Не волнуйтесь, ваше высочество, лучше ложитесь, отдохните...
Царица, рыдая:
– И птицы же! Птицы с железными клювами!
Служанка:
– Может быть, позвать лекаря?
Царица, всхлипывая:
– Да. Позови. Пусть даст мне какое-нибудь лекарство. И завари чаю.
Служанка выходит.
Удар грома.
Царица:
– Боги, сжальтесь над моим мальчиком!
Стоянка каравана. Проливной дождь. Царевич Тару, голый по пояс, упражняется с мечом. За ним присматривает начальник охраны Юнхан. Время от времени останавливает мальчика и поправляет ему стойку.
Рядом топчется мокрый насквозь слуга Чжан с несчастным лицом. Взывает, явно не первый раз:
– Молодой господин, прошли бы вы в
шатер... Хватит мокнуть...Тару не обращает никакого внимания.
Слуга, начальнику охраны:
– Юнхан, ты изверг. Простудишь дитя, а кому отвечать? Мне!
Юнхан:
– Ничего с молодым господином не случится. Закончит тренировку - оботрешь его насухо, и все. Молодой господин, руку выше, и не сгибайте колени!
Тару послушно поднимает руку выше.
Чжан:
– Довольно на сегодня, молодой господин, пойдемте в шатер!
Тару, не поворачивая головы:
– Отстань, сбиваешь. Только-только стало получаться...
Юнхан:
– Колени не сгибайте, говорю.
Тару:
– Слушаюсь, командир.
Чжан:
– А всё те негодяи, чтоб им ни на этом, ни на том свете покою не было! Чтоб им...
Юнхан:
– В следующий раз господин Тару не растеряется, правда же?
Тару, сосредоточенно повторяя выпад:
– Ни за что. Вот увидишь.
6 серия
Небо. Через кадр планирует ястреб.
Человек в легком кожаном доспехе подставляет предплечье, защищенное наручем. Птица снижается кругами.
Скачет всадник.
Какая-то крепость, всадник, не снижая скорости, влетает в ворота.
Каменная стена с квадратными башнями. Черепичные крыши с приподнятыми углами.
Титр: "Лолан. Дворец ханьского наместника".
Дворец шикарнее, чем царский в Вире. Всюду стража, вид бравый. К дворцовым воротам подъезжает гонец, которого мы только что видели, соскакивает с коня.
Дворцовый мощеный двор. Через него спешит немолодой слуга, судя по виду - евнух. Поднимается по ступеням к дверям. Стража у входа приветственно брякает копьями. Служанки распахивают двери.
Покои наместника. Много шелка, золота и красного лака. На возвышении кушетка, застланная пестрым шелком - синим с золотом. На кушетке внушительный осанистый китаец с густыми бровями и жидкой бородкой. Это наместник.
У стены, потупясь, стоит слуга.
Входит евнух, валится на колени, восклицает:
– Ваше превосходительство!
Наместник, равнодушно:
– Ну, что у тебя?
Евнух, не поднимая головы:
– Наш человек в Пэкче прислал известие с ястребом.
Наместник, оживившись:
– Давай сюда!
Евнух двумя руками протягивает маленький рулончик тонкой бумаги. Личный слуга наместника выходит вперед, принимает письмо, несет господину. Вручает с поклоном.
Наместник нетерпеливо разматывает рулончик, читает. Мы тоже видим эту единственную вертикальную строчку иероглифов.
"В Когурё ушел караван, с ним идут мать и сын царя. Не упустите."
Наместник:
– Хорошо. Можешь быть свободен.
Евнух, кланяясь, уходит.
Наместник, слуге:
– Генерала Вана ко мне. Немедленно.