Последний караван

Противоположный берег. Сосоно, верхом на коне, наблюдает, как выбираются на сушу последние переправившиеся. Начальник охраны подъезжает к ней, докладывает:

– Переправились благополучно, ваше высо...
– осекается.
– Госпожа.

Сосоно:

– Хорошо. Идем дальше.

Начальник кивает, машет каравану, командует:

– Вперед!

Те, кто стояли, поджидая остальных, взваливают на плечи поклажу, понукают лошадей, подталкивают повозки. Двинулись.

Царевич подъезжает к Сосоно, едет рядом:

– А мы теперь мимо той горы пойдем, да? А где мы остановимся? А можно, я потом обратно к реке быстренько прокачусь, ваше высо... ой, бабушка?

Сосоно:

– Вот, правильно, бабушкой и называй, внучек. Да, мы поедем мимо той горы. Где остановимся - решим вместе с начальником Юнханом. Думаю, часа через два начнем присматривать место для ночлега. Нет, обратно к реке нельзя.

Тару:

– Почему нельзя? Я быстро, я хочу посмотреть, что там выше по течению, мне Чжан говорил, что там впадает большая река...

Сосоно:

– Потому что будет уже поздно.

Тару:

– Ничего не поздно, через два часа-то!

Сосоно:

– Подумай сам. Сначала нужно будет выбрать место для стоянки, разбить лагерь, обустроить людей и лошадей, приготовить ужин.

Тару:

– Ну вот пока люди все это будут делать, я и прокачусь...

Сосоно, сдвинув брови:

– Так, дитя мое. Запомни раз и навсегда. Ты никуда не будешь, как ты выразился, "быстренько кататься" в одиночку. Места вокруг дикие, и случись что...

Тару, с волнением, глаза блестят:

– Разбойники, да, бабушка? Или вдруг тигр?
– похоже на то, что подобные перспективы его вовсе не пугают.

Сосоно:

– Чтобы сгинуть в дикой местности, не нужно ни разбойников, ни хищных зверей. Достаточно заблудиться в горах. Или, например, подвернуть ногу. Обещай мне, что ты никуда не пойдешь без спросу и один.

Тару надувает губы.

Сосоно:

– Обещай мне. Ну?

Тару, унылым тоном:

– Ладно, - и, поскольку Сосоно продолжает глядеть сурово, добавляет: - Обещаю, бабушка. Я никогда.

Сосоно:

– Договорились. Не забудь.

Некоторое время едут молча, потом Тару говорит:

– А если я возьму Чжана и пару солдат, тогда можно?

Сосоно:

– Нельзя. Чжан и солдаты тоже будут обустраивать лагерь.

Тару:

– А я?

Сосоно:

– И ты.

Тару:

– Как это?

Сосоно, через плечо:

– Чжан!

Слуга царевича, Чжан, подъезжает к ней.

Сосоно:

– Твой господин выразил желание научиться ставить лагерь. Помогай ему во всем. Начните с установки шатра.

Чжан, кланяясь в седле:

– Да, госпожа. Молодой господин, не сомневайтесь, я научу вас всему, что знаю.

Тару с несколько обескураженным видом:

– Спасибо, Чжан.

Слуга кланяется еще раз, теперь ему, и возвращается на свое место в колонне.

Сосоно взглядывает на внука, посмеиваясь про себя.

На лице Тару озадаченное выражение. Он явно переваривает сказанное и еще не решил, как относиться к предстоящей работе - как к приключению или как к наказанию.

Вире. Царский дворец. Покои старшей царицы. Ее величество занята: она вышивает, но мыслями далека от вышивки, судя по тому, что у малинового пиона появился желтый лепесток.

Служанка тоже это заметила.

– Ваше величество, простите, не та нитка...

Царица встряхивает головой, взглядывает на вышивку. Раздраженно:

– А ты куда смотрела?

Служанка:

– Простите, ваше величество, виновата...

Царица:

– Впредь будь внимательнее!

Берет ножнички, принимается спарывать неправильно вышитое.

Со вздохом:

– Ничего делать не могу, все из рук валится. Все волнуюсь, как там мой Тару. Ночью глаз не сомкнула.

Служанка:

– Подать чаю?

Царица:

– Да, завари покрепче. И печенья подай.

Служанка кланяется, выходит. Царица, сама себе:

– А моему Тару никто не подаст печенья с кунжутом, которое он так любит! Бедный мой мальчик...

Стоянка каравана. Царевич Тару сосредоточенно натягивает какую-то веревку. Это растяжка от шатра. Слуга Чжан командует:

– Посильнее натяните, молодой господин!

Тару пыхтит и тянет.

Вире. Царские покои. Царь завтракает. Слуга наливает чай.

Царь:

– Интересно, как там дела у матушки и у Тару. Они уже должны были выйти в земли Емек?

Слуга:

– Мне кажется, еще рановато, ваше величество.

Из-за дверей голос:

– Ваше величество, к вам советник Ко.

Царь:

– Пусть войдет.

Входит советник - лиловая мантия, драгоценный пояс, квадратная шапочка, в бороде седина, вид озабоченный.

– Ваше величество! Пришло донесение - мальгали напали на укрепления в Пёнсане. Мой человек сообщает, что с ними были военные командиры из Лолана.

Царь, со стуком опуская чашку на стол:

– Опять? Немедленно созови совет.

Советник Ко, кланяясь, выходит. Царь встает. Слуга подает ему официальный красный наряд, шитый золотыми драконами. Царь, засовывая руки в рукава:

– Пожалуй, даже хорошо, что Тару здесь нет.

Слуга:

– Он немедленно стал бы проситься на войну.

Царь:

– Война без него обойдется...

Караван идет по гребню горного кряжа. Немного ниже дороги склоны поросли лесом, здесь же, наверху, открытое пространство, каменистая дорога тянется среди желто-серых высоких трав. Видно довольно далеко. Тару едет рядом с бабушкой, вертит головой.

– А вон там какие горы? А кто там живет? Бабушка, а тигры-то будут?

Сосоно смеется.

Начальник охраны Юнхан:

– Молодому господину не терпится совершить подвиг.

Сосоно:

– Тигры воо-он там. Видишь те горы слева? Мы везем шкуры, купленные у тамошних охотников. Напомни мне на стоянке, я тебе покажу.

Тару, себе под нос:

– Что я, шкуры не видел... вот если б настоящий тигр...
– громко: - Бабушка, а разбойники?

Сосоно:

– Нет, шкурами разбойников мы не торгуем.