Потерянная жертва

– За что у вас была судимость? – спросила Кейт.

Роберт отмахнулся, как будто эта глупая деталь ничего не значила.

– Да все из-за этой «Золотой обжарки». Я встречался с девчонкой, она заодно встречалась с Винсом, ее хозяином. Я полез драться, она вмешалась, в итоге досталось ей. Положа руку на сердце я хотел огреть его, но девчонка вызвала полицию, заступилась за Винса… В итоге мне впаяли домашнее насилие. Три месяца условно. Первое правонарушение. Это было за несколько месяцев до истории с Джейни. Адвокат сказал мне, чтобы я не переживал и что в суде это не будет иметь значения, но этот адвокат был дерьмовый. Вообще не подготовился. Ну я и сам вспылил, когда меня вызвали. В общем, присяжные признали меня виновным.

– И вы отсидели восемь лет? – спросила Кейт, внимательно наблюдая за ним.

– Да. Вскоре после вынесения приговора моя мама, да благословит Господь ее душу, начала работать над апелляцией. Мне дали нового адвоката, на этот раз отличного. Она сказала, что есть шанс добиться отмены приговора, потому что полиция так и не нашла тело. Это было обосраться… простите, охренеть как долго, но в декабре девяносто шестого года состоялся повторный суд, а в марте девяносто седьмого меня оправдали. Тело не нашли до сих пор.

Повисла долгая тишина. В гостиной было холодно. Кейт вздрогнула, и ей захотелось натянуть пальто.

– Как вы думаете, что на самом деле случилось с Джейни? – спросил Тристан.

– Ну… эта статья – довольно интересная. Томас Блэк видел Питера Конуэя в «Кувшине» с несовершеннолетними девчонками. Джейни и ее сестра бывали там каждую неделю. Она вполне могла стать его жертвой.

– Вы действительно не обсуждали это с Форрестом? Вы ведь дружили.

– Нет. Я же вам сказал: с тех пор мы не общались. Это было давно. Фред – Форрест – ушел, у него новая жизнь. Он всегда был амбициозным. Не знаю. Больше я ничему не удивляюсь. Может быть, Джейни удалось сбежать, она встретила какого-нибудь парня, радуется жизни, валяется на пляже? Случались вещи и постраннее.

– Или мы найдем ее тело, – сказала Кейт.

Роберт улыбнулся.

– Если так, то меня, может быть, реабилитируют наконец.

Глава 15

Когда Кейт и Тристан вернулись, уже стемнело и в квартире в Перси-Сёркус было холодно. По дороге домой они купили кое-какие продукты и две пиццы и теперь прямо в пальто сидели на кухне, ели, отогревались.

– Бог ты мой, как было вкусно, – сказал Тристан, отправляя последнюю корочку в рот и закрывая коробку.

– Ты уже все? – удивилась Кейт, доедавшая лишь второй кусок. – Втягиваешь ты ее, что ли?

– Между прочим, я не наелся. – Тристан вынул из пакета молоко, чай, хлеб и масло, открыл холодильник. – Кто-то забыл тут брусничный джем.

– Дай угадаю – они купили его в «ИКЕЕ»?

– Лучше бы хот-дог. – Он поставил продукты, покопался в шкафчиках. – Отлично. Оливковое масло, просроченные специи и полпакета макарон.

– Все равно я столько не съем. – Кейт пододвинула к нему свою коробку. – Угощайся. Я же столько не тренируюсь, сколько ты.

Тристан с благодарностью взял кусочек.

– Зато каждый день плаваете.

Кейт сглотнула, достала телефон.

– Кстати, я нашла, где тут можно поплавать. На другой стороне вокзала есть центр отдыха. У них большой бассейн и тренажерный зал.

– Хотите, прогуляемся, когда я доем?

– Хорошо.

– Мне кажется, раз уж мы в Лондоне, надо хоть посмотреть окрестности. Такой оживленный город по сравнению с Эшдином.

Просигналил телефон.

– Это Варя Кэмпбелл.

– Пишет, чтобы мы шли гулять?

Суперинтендант Варя Кэмпбелл служила в полиции Девона и Корнуолла, и раньше Кейт и Тристан были ее помощниками. Потом она переехала в Лондон и получила повышение по службе. Кейт написала ей письмо пару дней назад, когда только узнала, что они с Тристаном будут работать над делом Джейни Маклин.

– Нет. Что попытается получить доступ к делу Джейни. Оно находится в хранилище полицейского участка Вест-Энд-Сентрал.

– Черт возьми, как мило с ее стороны, – сказал Тристан. – Где находится полицейский участок Вест-Энд-Сентрал?

– На Чаринг-Кросс, но она хочет с нами встретиться в кофейне неподалеку… О. И еще мне пришло гневное письмо от Форреста Паркера.

– Видимо, Мэдди сильно ему присела на уши, придя домой, – предположил Тристан, вставая и наполняя чайник.

Кейт стала читать письмо.

– Когда кто-то пишет «в соответствии», это точно значит, что он вне себя от бешенства. Он пишет: «В соответствии с вашим разговором с Мадлен»… Что? Он, ее жених, зовет ее Мадлен, а мы должны называть Мэдди? Зачем нам навязывают это панибратство? Ну ладно. По крайней мере, он готов встретиться. «Я был бы не против встретиться с вами в удобное для всех нас время, но, к сожалению, буду в отъезде до… – Кейт прокрутила страницу вниз, – до седьмого января». Он просит написать, какие даты нам подходят.

Тристан включил чайник.

– Я просто не верю, что Роберт и Форрест с тех пор не общались, – сказал он, вновь садясь за стол. – Утром нам изо всех сил пыталась это доказать Мэдди, а теперь и Роберт. Я бы понял, если бы Форрест уехал куда-то далеко, но он живет в Барнсе на западе Лондона, и Мэдди сказала, что он суперхозяин на этом «Эйрбиэнби». До Голден Лейн отсюда меньше мили.

– Да, но люди могут просто не хотеть общаться. Одна моя знакомая работает в университете Эшдина. Ее сестра живет в том же городе, но они не разговаривают двадцать лет.

– Почему?

– Сестра переспала с ее мужем.

– Ну, это ясно. То есть ясно, что произошла эта ужасная история и Роберта признали виновным в убийстве, и логично, что Форрест не хотел иметь с ним ничего общего, но ведь Роберта потом оправдали. А мать Форреста жила в том же квартале, что и Роберт с матерью.

– Роберт сказал, что мать Форреста умерла, пока он был в тюрьме, и он пытался получить разрешение пойти на похороны, но ему отказали. А что с квартирой, в которой Форрест – Фред – вырос? Голден Лейн состоит из муниципальных и бывших муниципальных квартир. Либо Форрест унаследовал муниципальную квартиру, когда умерла его мать, либо она ее выкупила в восьмидесятых. Как бы то ни было, но разве бедному актеру не пригодилось бы жилье почти в центре Лондона?

– Может быть, он продал ее в девяностые, когда умерла его мама? – предположил Тристан.

– Чего ради? Это почти центр Лондона, – напомнила Кейт.

Тристан непонимающе посмотрел на нее.

– Когда я жила тут в девяностые, тут невозможно было найти жилье даже с приличной зарплатой. – Кейт вынула из кармана куртки маленькую бесплатную карту метро, развернула на столе. – Смотри, мы в зоне один, здесь, в центре, у «Кингс-Кросс», и Голден Лейн тоже, а за ней идут зоны два, три, четыре, пять, шесть, все дальше от центра Лондона. Большинство людей, которые тут живут, хотят держаться как можно ближе к зоне один, потому что тут расположено вообще все. Для актеров, думаю, это еще актуальнее: тут все театры, все телекомпании, тут проходят все кастинги. Зачем Форресту переезжать?