Проект «Убийца»

– Именно! – щёлкнул пальцами Гаррисон. – Суть сего состоит вот в чём: на просторах Интернета на одном тёмном-тёмном сервере существует специальный форум из групповых чатов. И вот среди этих чатов есть один зловещий, таинственный чат с Потрохами Резака. Количество собеседников ограниченно: всего двое. И самое забавное, сколько бы одновременно не заходило участников с разных серверов, чат всегда будет отображать только одного участника – Потроха Резака, что ждёт тебя, чтобы сыграть в одну игру.

– Новый сценарий Пилы? – без интереса спросил Леон.

– Нет-нет! Всё иначе: тот, кто пишет Потрошителю, становится его потенциальной жертвой. Но бог свидетель по каким критериям он выбирает, кого именно убить.

– Гаррисон, ты несёшь дичь, – Рейвен пронзительно рассмеялась, запрокинув голову, на что Калеб снисходительно улыбнулся.

– Посмотрим. Адам, будь так любезен.

– Ага, – Адам в очередной раз рыгнул и, смяв банку, выкинул через плечо, виртуозно размял пальцы, щёлкнув суставами, и направился к компьютеру, спрятанному в углу у окна, где выли бессмысленной музыкой колонки. Убавив громкость, он по-хозяйски устроился у монитора и принялся выбивать трель по клавиатуре, точно опытный хакер. Монитор вспыхивал зелёным и синим светом, сменяясь незнакомыми символами и числами.

– Это ещё что такое? – Рейвен сощурила глаза, как мать заставшая своё дитя за сомнительным занятием.

– Это Даркнет [3] , – просто объяснил Адам, плутая по паутине подпольной сети. – Так сказать теневая сторона Интернета. В Даркнете можно найти много всего интересного. То, чего не достанешь в обычной сети. Наркотики, наёмного убийцу, провизию для сомнительных утех, список можно продолжать бесконечно. Я здесь, знаете ли, подрабатываю. Дрочу на камеру и зарабатываю на этом биткоины [4] .

3

Даркнет (англ. DarkNet) – скрытая сеть, соединения которой устанавливаются только между доверенными пирами, иногда именующимися как «друзья» с использованием нестандартных протоколов и портов. Анонимная «сеть» не связанных между собой виртуальных туннелей, предоставляющая передачу данных в зашифрованном виде.

4

Биткойн, или биткоин – пиринговая платёжная система, использующая одноимённую единицу для учёта операций. Для обеспечения функционирования и защиты системы используются криптографические методы, но при этом вся информация о транзакциях между адресами системы доступна в открытом виде.

– Что-что ты делаешь? – взметнув бровями, Кейн издала истеричный смешок на грани больного смеха.

– Веб-проституцией занимаюсь.

Повисло неловкое молчание, в котором каждый осознавал услышанное. Слова – вывернутое наизнанку нижнее бельё, которого Адам нисколько не стеснялся.

– Фу, какая мерзость! – первой отреагировала Рейвен, высокомерно поморщившись, как аристократ столкнувшийся лоб в лоб с чернью.

– Вот оно! Вот оно! – восхищённо увещал Гаррисон. – Я понял, чему хочу посвятить свою жизнь! Веб-проституции! Теперь у меня три сложных выбора между Президентом США, основателем секты и веб-проституткой! Ох, нелёгкий же выбор!

– Прошу тебя, скажи, что ты шутишь, – со сдержанной скромностью взмолился Леон, и неясно было к кому именно обращены слова – Гаррисону или Спарксу.

– А что, боишься однажды набрести на чат с Адамом? – осклабился Калеб.

– Какие вы злые, каждому своё, – с мудрейшей скромностью изрекла Эванс, – кто-то должен этим заниматься.

– Вот так и знал, Линор! – подхватил Гаррисон. – Ты только строишь из себя скромницу, а сама зависаешь на таких сайтах под мужским именем и следишь за дрочащими мужиками! Я прав, прав?

– Так мне заходить в чат? – прервал дискуссию Адам, повысив тон.

И дождавшись молчания, расценённого как знак согласия, щёлкнул по строчке чата «Беседка из костей», участником которой выступал «Потроха Резака» и новоприбывшая жертва «Сэт Дин».

Сэт Дин зашёл в чат.

Потроха Резака: Какой слон без носа?

Сэт Дин:?

Потроха Резака: Какой слон без носа?

Сэт Дин: Шахматный.

Потроха Резака: По какому пути ещё никто никогда не ходил и не ездил?

Сэт Дин: Это ты убийца?

Потроха Резака: Твоя роль отвечать, моя – задавать вопросы.

Сэт Дин: Если я отвечу на все вопросы, что мне будет?

Потроха Резака: Выживешь.

Сэт Дин: Ты лжёшь.

Потроха Резака: По какому пути ещё никто никогда не ходил и не ездил?

Сэт Дин: Заладил! Шарлатан!

Потроха Резака: Если ты не ответишь на вопрос, умрёшь через тридцать минут.

Сэт Дин: Я засекаю время.

Потроха Резака: По какому пути ещё никто никогда не ходил и не ездил?

Сэт Дин: Приезжай к нам на тусу, поиграем с глазу на глаз.

Потроха Резака: Я поиграю с твоим сердцем через двадцать восемь минут.

Сэт Дин: По строящейся дороге?

Потроха Резака: По какому пути ещё никто никогда не ходил и не ездил?

Сэт Дин: В рот тебя ебал!

– Тревис, ты нас прости, – с искренним сожалением прошептал Калеб, всё это время следящий за перепиской из-за плеча Спаркса. – Но нас по ходу вычислили по IP-адресу. Потроха Резака написали твой адрес и грозятся прийти через двадцать минут.

– Что?! – ошеломлённо воскликнул Лэмб, открывая окно, чтобы хоть немного проветрить помещение. Он подскочил как ужаленный к компьютеру, у которого столпились друзья, оттолкнул Калеба и вперился блестящим от страха взглядом в монитор. Но Адам продолжал бессмысленную переписку, где не упоминался адрес Лэмба. Гаррисон хрюкнул от смеха и мерзко захихикал, упиваясь реакцией Тревиса: страх сменился удивлением, которое переросло в злость, выразившуюся в желании познакомить Гаррисона со вкусом своего кулака.

– Гаррисон, если сегодня ночью на этот порог явиться маньяк и убьёт меня, клянусь, я стану духом мщения, который будет третировать тебя всю оставшуюся жизнь.

– Расслабь булки, дружище, шуток, что ли, не понимаешь?

Никто не явился ни спустя полчаса, ни час. Со временем друзья забыли о самой переписки. Компьютер переключился в режим сна, и Сэт Дин автоматически покинул беседку с Потрохами Резака.

Ближе к четырём часа утра решено было оставить квартиру Лэмба в покое, которому на утро предстояла генеральная уборка – одному или со шлюхами.

Калеб и Линор уехали на одном такси, так и не сумев уговорить Рейвен подбросить её по пути. Адам, которому было всё нипочём, благодаря ножику, который он всегда хранил в кармане куртки, как он говорил наудачу и на случай, если понадобиться нарезать бутерброды, отправился пешком. Леон, как подобает джентльмену, проводил Рейвен до метро, убедившись, что она села в пустой вагон. Уговорить остаться у него Бёрку не удалось связи с тем, что у Кейн были планы на утро.

Улицы, погруженные в бурную ночь, представляли собой репродукцию арт-перфоманса [5] . Может, кто-то и ненавидел шум мегаполиса, но Леон любил его. Самая обыденная оживлённая улица – источник вдохновения. Поэтому он никогда не закладывал уши громкой музыкой наушников, предпочитая слушать шум дорог, скрежет шин, ропот проходящих людей, звонкий смех пьяной молодёжи, создающих какофонию из множества смешанных звуков.

5

Перформанс – форма современного искусства, в которой произведения составляют действия художника или группы в определённом месте и в определённое время. К перформансу можно отнести любую ситуацию, включающую четыре базовых элемента: время, место, тело художника и отношения художника и зрителя.

Ночной город, оживлённый музыкой из ближайших кафе и редким ветром мчащихся автомобилей.

Город никогда не спал, как и его жители.

И городские легенды. Вымышленные или реальные.

Леон свернул в сторону склада близ озера Мичиган, откуда доносился шум прибоя и клёкот чаек поутру. Стальные высотки контейнеров прятались в чернильном пологе. Редкий свет освещал путь от нескольких далеко стоящих фонарей – по ряду на каждый отсек.

Привычный путь, по которому Леон мог пройти с закрытыми глазами. Ноги сами вели его к дому, не мешая наслаждаться ночной тишиной. И хлюпающими звуками.

Словно зверь смачно пережёвывал острыми зубами смоченную вязкой слюной гниющую плоть. Леон услышал запах, прежде чем осмыслил увиденное. Запах сырости, стали и опорожненного кишечника – как заблёванный общественный туалет.

Когда желудок свело судорогой от смрада, Леон замедлился, чтобы сфокусировать усталый, пьяный взгляд на театре действий. Среди стальных коробок в свете фонарных столбов, как рамп освещающих сцену, он увидел хищника, обгладывающего жертву.

И по мере того, как он осознавал режущие, хлюпающие звуки и перезвон стали, будто ножа и вилки, Леон понимал, что перед ним не зверь – звери не могут стоять на коленях, и зверю не служат руки вместо клыков.