Райский сад

— Вы не верите, что так бывает? Что можно полюбить двоих одновременно, как это случилось со мной?

— С вами этого не случилось.

— Вы не можете этого знать.

— Вздор. Вам просто захотелось произнести красивую фразу.

— Вовсе нет. Это правда.

— Вам это только кажется. В действительности все это вздор.

— Хорошо. Пусть так. И все же я здесь.

— Да, вы здесь.

Он смотрел, как к ним идет улыбающаяся счастливая Кэтрин.

— Привет купальщикам! — сказала она. — О, какая жалость. Я не видела, как Марита выпила свой первый бокал мартини.

— Я еще не допила его, — сказала девушка.

— Как он на нее подействовал, Дэвид?

— Понесла какую-то чушь.

— Выпьем еще по бокалу. Как хорошо, что ты вспомнил про этот бар. С ним еще можно поэкспериментировать. Мы повесим здесь зеркало. Что за бар без зеркала?

— Мы можем сделать это завтра, — сказала девушка. — Я с радостью куплю вам зеркало.

— Нечего швыряться деньгами, — сказала Кэтрин. — Мы купим его в складчину, и потом, когда будем болтать всякую чушь, нам будет видно в нем, насколько глупо мы при этом выглядим. Барное зеркало не обманешь.

— Когда я перестану узнавать себя в этом зеркале, мне станет ясно, что я пропал.

— Ты никогда не пропадешь. Разве можно пропасть с двумя-то девушками? — сказала Кэтрин.

— Я пыталась сказать ему, — сказала девушка и в первый раз за вечер покраснела.

— Мы обе твои девушки — она и я, — объявила Кэтрин. — Хватит занудствовать, будь поласковее со своими девушками. Тебе не нравится, как они выглядят? Я светленькая — та, на которой ты женился.

— Ты и темнее, и светлее той, на которой я женился.

— Ты тоже. Я решила подарить тебе темноволосую девушку. Тебе нравится подарок?

— Мне очень нравится подарок.

— А как ты оцениваешь свое будущее?

— Я ничего не знаю о своем будущем.

— Оно не кажется вам темным? — спросила девушка.

— Очень хорошо, — сказала Кэтрин. — Она не только умна, богата, здорова и нежна. Она еще и остроумна. Неужели она тебе не нравится?

— Я предпочитаю быть темным подарком, чем темным будущим, — сказала девушка.

— Опять, — сказала Кэтрин. — Поцелуй ее, Дэвид, покажи, что она хороший подарок.

Дэвид притянул к себе девушку и поцеловал ее. Она сначала ответила на его поцелуй, но потом отвернулась и расплакалась, опустив голову и уронив руки на барную стойку.

— Можешь продолжать упражняться в остроумии, — предложил Дэвид Кэтрин.

— Со мной все в порядке, — сказала девушка. — Не обращайте внимания. Все в порядке.

Кэтрин обняла ее, поцеловала и погладила по голове.

— Я сейчас успокоюсь. Пожалуйста, я знаю, что быстро приду в себя.

— Мне очень жаль, — сказала Кэтрин.

— Позвольте мне уйти. Мне нужно отлучиться в свою комнату.

— Ну, — сказал Дэвид, когда девушка ушла и Кэтрин вернулась в бар.

— Можешь ничего не говорить, — сказала Кэтрин. — Я знаю, что виновата.

— Она еще вернется.

— Теперь ты понимаешь, что это серьезно?

— Если ты имеешь в виду слезы, то они были настоящими.

— Не прикидывайся дураком. Ты не дурак.

— Я поцеловал ее очень осторожно.

— Да. Прямо в губы.

— А куда ты хотела, чтобы я ее поцеловал?

— Ты все сделал правильно. У меня и в мыслях нет критиковать тебя.

— Я рад уже тому, что ты не попросила меня поцеловать ее на пляже.

— У меня была такая мысль. — Кэтрин засмеялась, как в прежние дни, когда между ними еще никто не стоял. — Ты догадался?

— Мне показалось что-то в этом роде, и я поспешил нырнуть.

— Правильно сделал.

Они снова рассмеялись.

— Ну вот мы и развеселились, — сказала Кэтрин.

— Слава Богу, — сказал Дэвид. — Я люблю только тебя, чертенок, тот поцелуй ничего не значит.

— Не нужно оправдываться. Я же видела. Твоя попытка была очень неуклюжей.

— Лучше бы она уехала.

— Не будь таким бессердечным. Я уже обнадежила ее.

— А я нет.

— Это я подбивала ее быть с тобой посмелее. Пойду разыщу ее.

— Нет, подожди немного. Она слишком возомнит о себе.

— О чем ты говоришь, Дэвид? Ведь ты только что довел ее до слез.

— Я не доводил ее.

— Во всяком случае, был причиной ее слез. Я намерена найти ее и привести сюда.

Однако в этом уже не было необходимости. Девушка сама вернулась в бар, подошла к стойке, возле которой стояли Дэвид и Кэтрин, и, покраснев, сказала:

— Извините меня.

Она успела умыться и причесаться. Прижавшись к губам Дэвида быстрым поцелуем, девушка сказала:

— А мне мой подарок нравится. Кто-то выпил мой мартини?

— Я вылила его, — сказала Кэтрин. — Дэвид приготовит тебе еще.

— Надеюсь, вы еще рады, что у вас есть две девушки, — сказала Марита. — Потому что я хочу принадлежать вам обоим — и вам, и Кэтрин тоже.

— Я не вступаю в отношения с девушками, — сказала Кэтрин. Это было сказано очень тихо, но голос ей изменил, что не ускользнуло ни от Дэвида, ни от нее самой.

— И даже ни разу не пробовала?

— Никогда.

— Если хочешь, теперь я могу стать твоей девушкой и девушкой Дэвида тоже.

— Не слишком ли много ты предлагаешь? — спросила Кэтрин.

— Но ведь я затем и приехала. Мне показалось, что ты этого хочешь.

— У меня никогда не было девушки, — повторила Кэтрин.

— Какая я глупая, — сказала Марита. — Я не знала. Неужели? Вы не шутите?

— Нет.

— Как же я могла свалять такого дурака?

Она хотела сказать: «Как я могла так ошибиться», — подумал Дэвид, и Кэтрин подумала то же самое.

Той ночью, лежа в постели, Кэтрин сказала:

— Мне не следовало втягивать тебя в это. Все, от начала до конца, неправильно.

— Лучше бы нам никогда с ней не встречаться.

— С нами могло случиться что-нибудь и похуже этого. Возможно, так нужно: чтобы мы прошли через это и оставили в прошлом.

— Ты можешь попросить ее уехать.

— Не думаю, что это что-либо прояснит. Она тебя совсем не волнует?

— Конечно, волнует.

— Я так и знала. Но я люблю тебя, и больше ничто не имеет значения. Ты и сам это знаешь.