Реки Вавилона

– И не увидишь, потому что там нет ничего, кроме крови, – вздохнула Полина.

– То есть, они захлебнулись кровью?

– Наши эксперты еще не приступили к работе, видишь, даже тела пока все на месте лежат. Но Андра считает, что кровь – это не причина, а следствие.

Она не стала продолжать, но Сергей и так догадывался, о чем речь. Андра предупреждала их, что осталось всего два элемента – воздух и огонь. А эти люди не сгорели. Что бы ни убило их, оно использовало против них воздух, которым они дышали.

Возле колеса обозрения сейчас работали десятки человек – полицейские, эксперты, экстрасенсы, охотники за нечистью. И все они были ни на что не способны! Тот, кто сделал это, смеялся над ними. Он знал, что его невозможно поймать, и упивался своей безнаказанностью.

Взгляд Сергея упал на одну из кабинок – она привлекала внимание праздничным желтым цветом. На алом полу лежали двое – молодые мужчина и женщина. Они умерли, держась за руки. Из кармана куртки мужчины вывалилась небольшая бархатная коробочка, уже пропитавшаяся кровью. Сергею не нужно было открывать ее, он и так догадался, что внутри. Он почувствовал, как в его душе вновь закипает бессильная злость.

– Не отвлекайся, – посоветовала Андра, беззвучно появившаяся рядом с ним. – Ты здесь не для того, чтобы оплакивать их, это сделают другие.

– Да? А для чего я здесь? Какой от меня вообще толк?

– Ты здесь, чтобы почувствовать, была ли в парке Алена Милославская.

– Была. И что дальше? – отмахнулся Сергей. – Мы знаем, что она была на всех местах убийства, знаем, что она разнесла в мясо своих же коллег за то, что они рассказали о ней Полине. Мы знаем, что она связана с этим. Ну и что? Разве это помогло нам остановить ее? Мы знаем, кого нужно останавливать – и не можем!

– Уймись, – велела Андра. Ее голос звучал все так же ровно, но медиум почувствовал: лучше ее не провоцировать. – Я понимаю, почему ты расстроен. Однако твоя бабская истерика делу не поможет. Делай, что можешь, это гораздо больший вклад в расследование, чем бездействие.

– Извини, я просто…

– Не оправдывайся. Держи себя в руках, этого будет достаточно. Алена была здесь одна? Ты чувствуешь ту вторую энергию, которая проявилась в торговом центре?

– Нет, – покачал головой Сергей. – Только ее. Возможно ли, что все это сотворила она?

– Возможно, но не обязательно. Как вариант, ее спутник просто оставался на расстоянии, а она не стала скрываться, потому что знала – мы ищем ее. Продолжай проверку, этот парк не такой уж большой, а с момента убийства прошло лишь несколько часов.

– Как скажешь.

Андра права, все они должны делать хоть что-то. Полина растерянно бродит среди других полицейских. Сама Андра беседует с охотниками, пришедшими сюда. Ее слепой дружок, снова замотавший глаза тряпкой, тоже был тут, но куда-то запропастился. В толпе мелькнул Мириад Серафим, от которого у Сергея до сих пор мурашки по коже шли.

Все они пришли сюда, чтобы что-то делать. Или притворяться, что они что-то делают.

У медиума больше не было сил оставаться возле колеса обозрения. Не так важно, что жертв на этот раз меньше, чем при предыдущих нападениях. Они собраны здесь, застыли в воздухе, и от этого становилось трудно дышать. Сергей отошел от аттракциона и направился вниз по аллее.

Ему не нужно было волноваться о встрече с журналистами – полиция перекрыла весь парк. Хотя в интернете уже наверняка начали появляться первые новости и записи в социальных сетях. Для маленького городка это важнейшее событие… чудовищное событие. Как ни странно, Москва и Питер, при большем количестве жертв, исцелят свои раны быстрее. Они гиганты, они видали всякое – и всякое переживали. А в этой большой деревне, где многие друг друга знают, сегодняшний случай станет черной легендой, шрамом, от которого уже не избавиться.

Погода словно чувствовала горе, свалившееся на городок, и скорбела вместе с людьми. Еще утром, когда будущие жертвы пришли сюда, живые и счастливые, сияло солнце. Но к приезду полиции начал накрапывать мелкий дождик, к которому теперь добавился туман, густой, белый, как саван мертвеца.

Сергею нравился этот туман. Он прятал медиума от посторонних глаз, от ненужного внимания – и от собственного стыда. Сколько бы он ни твердил себе, что ни в чем не виноват, полной уверенности не было. А вдруг он должен был догадаться о чем-то раньше? Вдруг это он слишком поздно распознал энергию Алены и это все изменило? Как странно – от нежелания связываться с чужими разборками он вдруг пришел к чувству личной ответственности за то, что здесь произошло.

Им нельзя сдаваться, Андра права. Поэтому он ни на секунду не прекращал проверку – и неожиданно получил результат.

Энергия Алены Милославской вспыхнула так близко и ярко, что он даже сам себе не поверил. Что это за след такой? Нет, ему, должно быть, чудится. Сергей читал когда-то, что туман сбивает способности некоторых медиумов, но сам с таким раньше не сталкивался.

Он сосредоточился, пытаясь понять, где правда, а где ложь. Энергия Алены не исчезала, она мерцала рядом с ним, причем одна, без следов того присутствия, которое было в подземном торговом центре. Какой-то странный след, слишком яркий, будто она до сих пор там! Но этого, конечно, не могло быть. Не зная, как это понимать, он решил проверить все лично.

Колесо обозрения совсем близко, он ничем не рискует. Если он и правда обнаружил нечто важное, он успеет добежать туда и позвать на помощь. Однако сначала ему нужно разобраться с этой энергией.

За туманной завесой скрывалось небольшое светлое здание с чередой стеклянных дверей. Не магазин и не кафе, больше похоже на какой-то развлекательный или спортивный центр. Двери были открыты, однако движения за ними Сергей не увидел – и это было вполне нормально. Персонал должны были вывести за пределы парка вместе с посетителями, полиция тут все проверила.

Только поэтому Сергей не остановился, продолжил идти вперед. Здесь недавно были полицейские, они наверняка осмотрели здание и никого не нашли. А энергетический след они бы не почувствовали, его различал только медиум. Он хотел проверить, что тут делала Алена, а потом вернуться к колесу и рассказать все Андре.

Он прошел через просторный холл и светлые коридоры. За окнами все гуще стелился туман, и от этого становилось неуютно. Но туман – это всего лишь вода в воздухе, что в нем может быть плохого?

А что плохого в колесе обозрения? В торговом центре? Да вот в питьевой воде, например? Ничего, пока она не утопит тебя изнутри.

Он оказался в просторном спортивном зале. Похоже, он попал в школу – Сергей не видел здесь никакого специального оборудования, только то, что было знакомо ему по его собственному детству. Тут явно никого не было, когда проходила эвакуация, слишком уж идеальный порядок царил в зале. Ну конечно, сегодня выходной, а дети, скорее всего, занимаются по будням. Поэтому они не видели, что произошло на колесе обозрения, и это к лучшему.