Серпентарий

Змей издал сдавленный звук, будто задыхался. Сдержать ехидство было почти невозможно, и усмешка расползлась на губах. Нура отстраненно подумала, что нельзя дразнить его, ведь он сильнее физически и магически. Он может сделать с ней все что угодно…

«То, что позволю я», – поправила Пташка. Она считала, что дразнить Уробороса – отличная идея. И кольцо пальцев вокруг членов разжалось.

– Морок! – выругался Змей, приподнимая таз.

Головка соскользнула с ухмылки Нуры, но как только послышался жалобный мужской стон, ее губы распахнулись, а язык слизнул с горячей нежной кожи предэякулят.

– Вот так… – Пальцы Уробороса путались в волосах Пташки. – Ты моя…

Его слова действовали опьяняюще. Нура отпустила верхний член, сосредоточившись только на нижнем, который набух сильнее внутри ее рта и пульсировал. Она потянулась к клитору и облегченно выдохнула, когда наконец смогла хоть немного унять боль между бедрами.

– Да, сильнее! – приказал Змей. Его Пташка послушно начала сосать интенсивнее.

Она застонала, пытаясь взять больше, но снова вернулась к головке члена. Уроборос же приподнялся, сильнее толкаясь в нее, а затем кончил с шипением, таящим в воздухе. Во рту Нуры разлилась его сперма, почти такая же вкусная, как и прошлый раз. Если это очередная особенность нагов, то, пожалуй, она понимает ту первую женщину, которая возлегла со змеем…

– Ты такая умница, Пташка. – Уроборос приподнял ее лицо за подбородок.

Нура сглотнула его сперму, завороженно глядя в сияющие изумруды глаз.

– Кому ты принадлежишь? – хрипло спросил он, стирая большим пальцем руки сперму, оставшуюся на уголке ее губ.

– Тебе, – застонала она, стискивая бедра.

– Хорошая девочка. Иди сюда, поцелуй меня.

Нура оперлась ладонями о его колени, вставая и жадно вылизывая его рот, специально задевая клыки, с которых капал кисло-сладкий яд. А затем отстранилась, гневно нахмурившись:

– Ты Приказал мне!

– Только опуститься, отсосала ты мне сама, – хмыкнул Уроборос.

– Поднимайся! – рявкнула она, отступая.

Змей ошарашенно уставился на нее, но поднялся.

– Раздевайся.

Он подчинился.

– Ложись.

Уроборос лег, завороженно наблюдая за тем, как она стаскивает через голову футболку, оставаясь абсолютно голой. Нура злилась. Она безумно злилась на него! Как он посмел! Гад!

Она перекинула ногу через тело Змея. И предупредила:

– Не вздумай кончать, пока я не разрешу!

– Да, – выдохнул он, даже не смотря на ее лицо, только вниз, туда, где его второй член плавно погружался в нее.

Нура могла бы помучить его, но она была на грани. Пытать саму себя ни к чему. Ей просто нужно наконец почувствовать Уробороса полностью, унять жажду по нему. Она резко опустилась на член, застонав от гаммы ощущений. От наполненности и от того, как при наклоне ее клитор вдавился в кожу Змея. Она замерла, ловя его взгляд:

– Кому ты принадлежишь?

– Тебе! – заскулил он, пальцами впиваясь в ее ягодицы. – Я только твой, Пташка.

– И ты хочешь, чтобы я тебя трахнула? – Она прошлась ногтями по его соскам.

– Да!

– Хорошие мальчики умеют просить.

– О Морок! Умоляю, Пташка! Используй меня! Пожалуйста!

Она застонала, довольная его словами. Нура начала двигаться вверх-вниз на нем, опираясь на его грудь.

– Даже лучше, чем я представлял, – судорожно глотая воздух, проскулил Уроборос. – Ты прекрасная наездница…

Нефритовые глаза проходились по Пташке, по ее подпрыгивающей груди, по ее прикушенной губе и по тому, как соединялись их тела. Его собственнический взгляд и желание в нем приближали к пику только быстрее.

Оргазм взорвался в теле, вырывая крик из горла. Нура замерла, невольно сжимая ноги и царапая кожу Уробороса перед тем, как расслабленно опуститься на него. Она вспотела, а еще у нее побаливали мышцы… Придется поупражняться в «скачках»…

– Пташка, – болезненно застонал Уроборос.

Нура не сразу поняла, чего не хватает… Спермы. Ну конечно, ее Змей обещал быть хорошим мальчиком, и он выполнял приказ Пташки – не кончал, ведь она не разрешала.

– Твоя очередь, – пробормотала она.

Однако этого хватило, чтобы Уроборос приподнял ее и опустил на одеяло, а сам пристроился сзади, приподнимая ее бедра и снова вводя свой член внутрь ее влагалища.

– Скажи еще раз, Пташка. Пожалуйста, скажи это…

– Я твоя. Только твоя, мой Змей.

Несколько грубых рваных толчков – и Нура почувствовала, как его семя заполняет ее, а сам он наваливается сверху. Тяжелое тело вдавливало в матрас, но ей было плевать.

Плевать, что вся она потная. Плевать, что Уроборос применил Приказ. Плевать, что подумают остальные. Плевать, что он станет Драконом. Пусть становится, но он будет только ее Драконом. Просто на все плевать. Нура будет брать то, чего она захочет. Больше никто и никогда не заставит ее отказаться от своих желаний ради того, чтобы кому-то угодить, будь то собственная мать или общество.

Нет, ей плевать! Она Пташка, и у нее есть Змей. Пусть это нездорово, пусть она безумна, пусть это одержимость. Плевать! Она усмехнулась, наконец чувствуя облегчение. Она приняла решение.

Пташка прокляла саму себя на любовь Змея.

– Нура, – позвал слабым голосом Уроборос, – я не думал, что это возможно, но, кажется, я люблю тебя еще сильнее, чем раньше.

Теплое чувство разлилось в груди, и приятные мурашки покрыли кожу. Он зашевелился сверху, перекатываясь на бок. Их глаза встретились, и Нура улыбнулась, чмокнув его в нос. Уроборос криво усмехнулся в ответ, сползая вниз по кровати и обнимая свою Пташку, уткнувшись ей в грудь.

– Ты знаешь, что я вечно буду твоим? Я всегда буду слушать тебя. Тебе не нужна магия, чтобы приказывать мне. И я… Я больше так не стану делать…

Нура обняла его в ответ, целуя в макушку. Забавно, как быстро он шел на попятную, как быстро становился тем самым послушным мальчиком.

– Можешь делать. Мне нравятся наши игры со Змеем. Главное, не перебарщивай.

– Никогда, – серьезно ответил Уроборос, поднимая голову. – Я слишком люблю тебя, Нура.

– Я тоже люблю тебя, Вир. И ты – мой выбор.

Он улыбнулся озорной ребяческой улыбкой, нежно целуя и выдыхая прямо ей в рот:

– Спасибо.

Глава 38. Дракон

Когда Уроборос вернулся после душа, Пташка уже спала, не дождавшись возвращения своего Змея. Он улыбнулся, смотря на ее обнаженное тело, прикрытое снизу краем пледа.

Нура сделала выбор. Она осталась с ним, отдала себя ему. Уроборос невольно ежился от сладкой истомы, разливавшейся по телу, когда он вспоминал, как она командовала им. Это успокаивало. Если даже он начнет переходить невидимую грань безумия, Пташка напомнит ему об этом и поставит на место. Он сам выдал ей власть на подобное. Он ее раб.