Стигматы Палмера Элдрича

– Что это такое - Чуинг-Зет?
– спросил Барни.

Где-то рядом девичий голос повторял:

– Барни Майерсон. Проснись.

Его потрясли за плечо; он заморгал, щурясь на свету. Рядом с ним на коленях стояла Энн Хоуторн, держа его за руку.

– Ну и как? Я вошла сюда и не могла никого найти; потом я наткнулась на вас - вы сидели в кружок, полностью отключившись. Что бы было, если бы я была инспектором ООН?

– Ты меня разбудила, - сказал он Энн, осознавая то, что она сделала; он ощущал огромное разочарование и сожаление. Однако время перемещения пока что миновало, и надо было с этим примириться. Несмотря на это, он испытывал наркотический голод, непреодолимое желание вернуться туда как можно быстрее. Все остальное было несущественно, даже склонившаяся над ним девушка и неподвижные товарищи по бараку, лежавшие полукругом на полу.

– Было так хорошо?
– понимающе спросила Энн и коснулась рукой кармана.
– В нашем бараке тоже был торговец; я купила. Это человек со странными зубами и глазами, седой, крупный мужчина.

– Элдрич. Или его призрак.

У него болели все суставы - как будто он долго сидел в неудобной позе, хотя, посмотрев на часы, он обнаружил, что прошло лишь несколько секунд самое большее минута.

– Элдрич - везде, - сказал он Энн.
– Дай мне свой Чуинг-Зет.

– Нет.

Он пожал плечами, скрывая разочарование, жгучую, физическую боль утраты. Ну что ж, Палмер Элдрич вернется; наверняка он знаком с действием своего продукта. Может быть, еще сегодня.

– Расскажи, - попросила Энн.

– Это иллюзорный мир, - сказал Барни, - в котором Элдрич занимает ключевую позицию божества. Он дает тебе шанс совершить то, чего в действительности ты никогда не сможешь - воссоздать прошлое и сделать его таким, каким оно должно быть. Однако даже для него это не просто. Это требует времени.
– Он замолчал, потирая болевший лоб.

– Ты хочешь сказать, что он... что ты не можешь просто щелкнуть пальцами и получить то, что хочешь? Так, как это происходит во сне?

– Это вовсе не похоже на сон.

"Это значительно хуже, - подумал он.
– Скорее это напоминает ад. Такой, каким и должен быть ад: вечный и неизменный". Однако Элдрич считал, что со временем удастся его изменить, хотя это потребует большого терпения и труда.

– Если ты туда вернешься...- начала Энн.

– Если?
– он недоверчиво посмотрел на нее.
– Я должен вернуться. На этот раз мне ничего не удалось сделать.

"Может быть, мне придется возвращаться туда сотни раз", - подумал он.

– Послушай. Ради Бога, дай мне ту порцию Чуинг-Зет, которую ты купила. Я знаю, что мне удастся ее убедить. На моей стороне Элдрич, который старается, как может. Она сейчас возмущена, я застал ее врасплох своим предложением, но...

Он замолчал, глядя на Энн Хоуторн. "Что-то тут не то, - подумал он. Ведь..."

У Энн одна рука была искусственная; пальцы из пластика и металла находились в нескольких дюймах от его лица, так что он ясно их видел. А взглянув ей в лицо, он увидел пустоту, глубокую, как космическая бездна, из которой явился Элдрич. Мертвые глаза, полные вакуума, парящего за границами известной вселенной.

– Получишь позже, - спокойно сказала Энн.
– Одного сеанса в день тебе хватит.
– Она улыбнулась.
– Иначе у тебя быстро кончатся скины; ты не сможешь купить Чуинг-Зет, а что ты тогда будешь делать, черт возьми?

На ее лице сверкнули прекрасные стальные зубы.

Остальные колонисты пробуждались со стоном, с трудом приходя в себя; они садились, бормоча что-то под нос и беспомощно озираясь вокруг. Энн куда-то ушла. Барни удалось без посторонней помощи подняться на ноги. "Кофе, - подумал он.
– Наверняка она пошла сварить кофе".

– Хо-хо!
– сказал Норм Шайн.

– Где вы были?
– спросил Тод Моррис. Он встал, шатаясь, и помог подняться своей жене, Хелен.
– Я вернулся в то время, когда я был подростком, в гимназии, когда у меня было первое удачное свидание... ну, понимаете, первое, закончившееся успехом.
– Он беспокойно взглянул на Хелен.

– Это намного лучше, чем Кэн-Ди, - сказала Мэри Риган.
– Во много раз лучше. О, я могла бы рассказать вам, что я делала...- Она захихикала.
– Но лучше не буду.

Лицо ее было красным и возбужденным.

Оказавшись в своей комнате, Барни Майерсон запер дверь и достал из кармана ампулу с токсином, которую дал ему Фейн. Он держал ее в руке и думал: "Пришло время."Однако... действительно ли я вернулся? Видел ли я лишь призрачный образ Элдрича, наложенный на образ Энн? А может быть, это было настоящее видение, предчувствие кроющейся за всем этим реальности; не только его собственной, но и коллективной реальности остальных колонистов?"

Если так, то не следовало сейчас глотать яд. Так подсказывал ему инстинкт.

Тем не менее он открыл ампулу.

Из открытой ампулы послышался тихий, слабый голос:

– Ты под наблюдением, Майерсон. И если ты планируешь какую-то хитрость, нам придется вмешаться. Ты будешь сурово наказан. Нам очень жаль.

Дрожащими руками он снова закрыл ампулу. Она была пуста!

– Что это?
– спросила Энн, стоя в дверях кухни; на ней был передник, который она где-то нашла.
– Что это?
– повторила она, глядя на ампулу в его руке.

– Бегство, - сказал он.
– От этого.

– А от чего именно?
– она уже выглядела нормально, все у нее было на месте.
– Ты, похоже, тяжело болен, Барни. Это что, последствия Чуинг-Зет?

– Похмелье.

"Неужели Палмер Элдрич там, внутри?"- думал он, разглядывая закрытую ампулу и вертя ее в руке.

– Можно как-нибудь связаться со спутником Фейна?

– Думаю, что да. Наверное, достаточно заказать видеоразговор или...

– Иди и попроси Норма Шайна, чтобы он заказал разговор для меня, - сказал Барни.

Энн послушно вышла; дверь тихо захлопнулась.

Барни быстро достал шифровальную книжку из тайника под плитой. Сообщение должно быть зашифровано.

Все страницы книжки были пусты.

"Значит, не буду шифровать, и все, - подумал он.
– Сделаю, что смогу, хотя этого может оказаться недостаточно".

Дверь распахнулась. Вошла Энн и сказала:

– Мистер Шайн заказывает для тебя разговор. Он говорит, что у него все время кто-то что-то заказывает.

Он пошел следом за ней по коридору в маленькую комнатку, где за передатчиком сидел Норм; когда вошел Барни, он обернулся и сказал: