Стигматы Палмера Элдрича

Какой во всем этом смысл? Эмили все равно не изменится; она была просто обычной неудачницей. Ее представление о хорошо проведенном дне ограничивалось гончарным кругом, жирными, напоминающими экскременты, красками и руками по локоть в липкой серой глине. А тем временем...

Время уходило. И весь мир, включая сотрудников мистера Булеро, а в особенности его консультантов-прогностиков, все больше отдалялся от Барни Майерсона. "Я никогда не стану консультантом в Нью-Йорке, - думал он.
– Так и буду торчать здесь, где ничего, абсолютно ничего нового не появляется. Если бы удалось место прогностика моды в Нью-Йорке... Моя жизнь имела бы какой-то смысл, - осознал Барни.

– Я был бы счастлив, поскольку занимался бы работой, при которой мог бы полностью применить свои способности. Чего, черт возьми, я еще мог бы желать? Ничего; это все, о чем я прошу".

– Я ухожу, - сказал он Эмили и, поставив бокал, направился к шкафу и снял плащ с вешалки.

– Ты вернешься, прежде чем я лягу спать?

Со скорбным видом она проводила его до дверей квартиры в доме номер 11139584 - считая от центра Нью-Йорка, - где они жили уже два года.

– Посмотрим, - сказал он и открыл дверь.

В коридоре кто-то стоял: высокий, седой человек с выступающими стальными зубами, неподвижными глазами без зрачков и сверкающей искусственной рукой, торчащей из правого рукава пиджака.

– Привет, Майерсон, - сказал человек и улыбнулся; блеснули стальные зубы.

– Это Палмер Элдрич, - сказал Барни, повернувшись к Эмили.
– Ты видела его фотографии в газетах, это тот самый знаменитый промышленник.

Естественно, он сразу узнал Элдрича.

– Вы хотели меня видеть?
– неуверенно спросил он; все это было как-то странно, как будто это когда-то уже происходило, но несколько иначе.

– Я хотел бы немного побеседовать с вашим мужем, - сказал Элдрич Эмили необычно мягким голосом; он поманил его рукой, и Барни вышел в коридор. Дверь за его спиной закрылась. У Элдрича был мрачный вид; он уже не улыбался, а когда он заговорил, его голос уже не был мягким.

– Майерсон, вы плохо распоряжаетесь своим временем. Вы ничего не делаете, просто повторяете прошлое. Зачем же мне продавать вам Чуинг-Зет? Вы извращенец; я еще никогда ни с чем подобным не встречался. Я даю вам еще десять минут, а потом отправлю вас обратно в Чикен-Покс, на прежнее место. Так что решайте, чего вы, черт побери, хотите, и понимаете ли вы вообще что-нибудь.

– Что такое Чуинг-Зет, черт побери?
– спросил Барни. Палмер Элдрич поднял искусственную руку и толкнул его со страшной силой. Барни начал падать.

– Эй, - слабо сказал он, пытаясь сопротивляться страшному давлению. Что...

Внезапно он оказался лежащим на спине. В голове у него шумело и звенело; он с трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающей обстановке. Постепенно приходя в себя, он обнаружил, что на нем пижама, но чужая; у него никогда такой не было. Неужели он оказался в чужой квартире и на нем чужая пижама? Какого-то мужчины...

Он в панике посмотрел на кровать. Рядом в постели...

Рядом, натянув одеяло на обнаженные плечи, спала незнакомая девушка. Из ее рта доносилось легкое дыхание; волосы ее были белыми, как хлопок.

– Я опаздываю, - сказал он.

Голос его был хриплым и почти неузнаваемым.

– Нет, нет, - пробормотала девушка, не открывая глаз.
– Не волнуйся. Мы доедем отсюда до работы за...- она зевнула и открыла глаза, - пятнадцать минут.

Она улыбнулась Барни; его замешательство ее развеселило.

– Ты всегда это говоришь, каждое утро. Иди, приготовь кофе. Я хочу выпить кофе.

– Ну конечно, - сказал он и выбрался из постели.

– Братец-Кролик, - шутливо сказала девушка.
– Ты такой испуганный. Ты боишься за меня, за свою работу... и постоянно торопишься.

– Боже мой, - сказал он.
– Я отказался от всего.

– От всего?

– От Эмили.

Он посмотрел на девушку, Рони... или как ее там?... и на ее спальню.

– А теперь у меня ничего нет, - сказал он.

– Ну и прекрасно, - саркастически сказала Рони.
– Может быть, теперь я скажу тебе что-нибудь приятное, чтобы и ты почувствовал себя хорошо.

– И я сделал это именно сейчас, - сказал Барни, - а не год или два назад. Незадолго до того, как пришел Палмер Элдрич.

– Как Палмер Элдрич мог куда-то "прийти"? Он лежит на больничной койке где-то возле Юпитера или Сатурна; ООН отправила Элдрича туда, когда его вытащили из-под обломков его корабля.
– Она говорила с презрением, но в голосе ее чувствовалось любопытство.

– Палмер Элдрич только что явился ко мне, - упрямо сказал Барни. "Я должен вернуться к Эмили", - подумал он. Он выскользнул из постели, наклонился и, подняв свои вещи, пошатываясь, пошел в ванную. Он запер за собой дверь, после чего поспешно побрился и оделся. Выходя из ванной, он сказал девушке, которая все еще лежала в постели:- Я должен идти. Не сердись на меня, я должен это сделать.

Чуть позже, не позавтракав, он спустился вниз и встал под термозащитным козырьком, оглядываясь в поисках такси.

Такси - красивая, сверкающая новая модель - почти молниеносно доставило его к дому Эмили; он машинально заплатил, вошел внутрь и через несколько секунд уже ехал наверх. Ему казалось, что время остановилось, что все замерло, ожидая его; он был единственным движущимся объектом в мире неподвижных предметов.

Он остановился у ее дверей и позвонил.

Дверь открылась. За ней стоял мужчина.

– Да?

Мужчина был темноволосый, достаточно представительный; у него были густые брови и старательно причесанные, слегка вьющиеся волосы; в руке он держал утреннюю газету. В глубине квартиры Барни заметил стол с неубранной после завтрака посудой.

– Вы... вы Ричард Хнатт, - сказал Барни.

– Да, - ответил тот, внимательно разглядывая Майерсона.
– Мы знакомы?

Появилась Эмили, одетая в серый свитер и запятнанные джинсы.

– Боже мой. Это Барни, - сказала она Хнатту.
– Мой бывший муж. Заходи.

Она широко открыла дверь, и Барни вошел внутрь. Эмили явно была рада его визиту.

– Очень приятно познакомиться, - безразличным тоном сказал Хнатт.

Он протянул было руку, но внезапно передумал.

– Кофе?

– Спасибо, - ответил Барни, усаживаясь на свободный стул.
– Послушай, сказал он Эмили; он не мог ждать, он должен был сказать это сейчас, даже в присутствии Хнатта.
– Я совершил ошибку, разведясь с тобой. Я хотел бы снова на тебе жениться. На прежних условиях.