Стигматы Палмера Элдрича

Это ее удивило.

– То есть как?

– Он оказался во власти кого-то или чего-то, что он счел воплощением зла, и это его потрясло. Ему повезло, что он сумел выбраться оттуда, - и он знал это.

– Барни, - сказала она, - почему ты оказался на Марсе? Не говори только, что тебя призвали; вполне можно было пойти к психиатру и...

– Я на Марсе, - сказал он, - потому что я совершил ошибку.

"По твоей терминологии, - подумал он, - это называлось бы грехом. По моей тоже", - решил он.

– Кто-то пострадал из-за тебя, верно?
– спросила Энн. Он пожал плечами.

– И теперь ты здесь на всю жизнь, - сказала она.

– Барни, ты не мог бы достать мне Чуинг-Зет?

– Нет проблем, - Ответил он. Он был уверен, что вскоре встретит кого-нибудь из торговцев Элдрича. Положив руку ей на плечо, он сказал:- Ты столь же легко можешь получить его и сама.

Она прижалась к нему, а он обнял ее; она не сопротивлялась, даже с облегчением вздохнула.

– Барни, я хочу тебе кое-что показать. Листовку, которую дал мне один человек в моем бараке; он сказал, что недавно им сбросили их целую пачку. Те самые, из фирмы "Чуинг-Зет".

Она полезла в недра своего комбинезона, некоторое время искала, и наконец он увидел в свете фонаря сложенную бумажку.

– Прочитай. Ты поймешь, почему я столько говорю о Чуинг-Зет... и почему для меня это такая проблема.

Поднеся бумагу к свету, он прочитал первую строчку. Крупные черные буквы сообщали:

БОГ ОБЕЩАЕТ ВЕЧНУЮ ЖИЗНЬ. МЫ МОЖЕМ ЕЕ ПРЕДОСТАВИТЬ.

– Видишь?
– сказала Энн.

– Вижу.
– Он даже не стал утруждать себя чтением остального, снова сложил бумажку и отдал ей. У него было тяжело на сердце.
– Неплохой лозунг.

– Это правда.

– Это, конечно, не назовешь большой ложью, - сказал Барни, - но это лишь заменитель большой правды.

Он думал - что хуже? Трудно сказать. Лучше всего, если бы Палмер Элдрич упал замертво по причине богохульства, крикливо заявленного в листовке, но на это явно было трудно рассчитывать. "Зло, воплощенное в каком-то пришельце из системы Проксимы, который предлагает то, о чем мы молились две тысячи лет, думал он.
– А собственно, почему мы ощущаем, что это зло? Трудно сказать, но это так. Поскольку это может означать пожизненную связь с Элдричем, какую испытал Лео; с этих пор Элдрич постоянно будет с нами, будет проникать в нашу жизнь. А Он, который хранил нас в прошлом, будет лишь бездеятельно созерцать это.

Всякий раз, когда мы переместимся, - думал он, - мы встретим не Бога, но Палмера Элдрича".

– А если Чуинг-Зет не оправдает твоих ожиданий...- вслух начал он.

– Не говори так.

– Если не оправдает твоих ожиданий Палмер Элдрич, то, может быть...- он замолчал. Они приближались к бараку Флэкс Блэк Спит; среди марсианской ночи слабо светился фонарь над входом.
– Ты уже дома.

Ему не хотелось отпускать ее; держа руку на ее плече, он прижал девушку к себе, думая о том, что сказал о ней своим товарищам по бараку.

– Давай вернемся вместе, - сказал он, - в Чикен-Покс. Там мы сможем законно пожениться.

Она недоверчиво посмотрела на него и рассмеялась.

– Это означает "нет"?
– безжизненным голосом спросил он.

– Что это такое, - спросила она, - этот Чикен-Покс? А, понимаю; это кодовое название вашего барака. Извини, Барни: я не хотела тебя обидеть. Однако ответ, естественно, будет "нет".

Она отодвинулась от него и открыла внешнюю дверь, которая вела во входной тамбур барака. Внезапно она положила фонарь и подошла к нему, протянув руки.

– Полюби меня, - сказала она.

– Не здесь. Слишком близко от входа, - испугался Барни.

– Где хочешь. Забери меня куда хочешь, - говорила она, обнимая его за шею.
– Прямо сейчас. Не теряй времени.

Он не стал терять времени.

Взяв ее на руки, он отнес ее подальше от барака.

– О Боже, - сказала она, когда он положил ее на песок; потом она тихо застонала, может быть, от холода - ведь теперь их тела не были защищены комбинезонами.

"Один из законов термодинамики, - думал он.
– Теплообмен; молекулы, которые переходят от меня к ней и обратно, как это называется... энтропия?"

– Ох, - сказала она в темноте.

– Больно?

– Нет. Извини. Пожалуйста.

Холод сковывал его спину; казалось, его излучало черное небо. Барни, как мог, старался не замечать его, но постоянно думал об одеяле, о толстом шерстяном одеяле... странно, думать об этом в такой момент. Он мечтал о мягком, теплом одеяле - вместо холодного, разреженного воздуха, из-за которого он тяжело дышал, как будто уже кончал.

– Ты что... умираешь?
– спросила Энн.

– Мне просто тяжело дышать. Воздух.

– Бедный, бедный... О Боже! Я забыла, как тебя зовут.

– Очень приятно, черт побери.

– Барни!

Он крепко прижал ее к себе.

– Нет! Не останавливайся!

Она напряглась. Зубы ее стучали.

– Я и не собирался, - сказал он.

– О-о-ох! Он рассмеялся.

– Прошу тебя, не смейся надо мной.

– Это не со зла. Наступила долгая тишина.

– Уф, - наконец сказала Энн.

Она вскочила, как будто под действием некоей силы. У него возникла ассоциация с нервной системой лягушки, возбуждаемой электрическими импульсами. Жертва обстоятельств, не пытающаяся сопротивляться. Его высокая, бледная, обнаженная собственность. Вполне реальная. Давно к этому готовая.

– Все в порядке?

– Да, - сказала она.
– Да, Барни. Вне всякого сомнения. Да!

Позже, когда он одиноко брел в свой барак, он подумал: "Может быть, я делаю то, что должен был делать Элдрич. Я ломаю ее, деморализую... как будто ее уже нет. Как будто всех нас уже нет".

Что-то преградило ему путь.

Барни остановился, нащупывая в кармане оружие, которое ему выдали; кроме грозного шакала-телепата здесь можно было - особенно ночью - встретить и других, ядовитых и прожорливых тварей. Он осторожно включил фонарь, ожидая увидеть нечто жуткое и многоногое, наверняка со студенистым телом. Вместо этого он увидел стоящий корабль: маленький, легкий и быстрый. Дюзы все еще дымились, значит, корабль сел недавно и, видимо, садился с выключенными двигателями, поскольку никакого шума Барни не слышал.

Изнутри выбрался человек, включил фонарь, заметил Барни Майерсона и, откашлявшись, сказал:

– Меня зовут Аллен Фейн. Я везде вас ищу. Лео хочет поддерживать с вами связь через меня. Я буду передавать вам зашифрованную информацию во время моих передач; вот вам кодовая книжка.
– Он протянул Барни небольшой томик.
– Вы знаете, кто я, верно?

– Рекламный агент, - ответил Барни. Ночная встреча посреди марсианской пустыни с человеком со спутника "Наборов П. П." казалась ему нереальной. Спасибо, - сказал он, беря книгу.
– И что мне делать - записывать, что вы будете говорить, а потом расшифровывать где-нибудь в углу?