Травля

— Рэй мне все рассказал, — тихо ответила Дженни. — Ты убила ее из-за папы. Она плохо с ним поступала, а он очень ее любил, все терпел. Сказал, что он из-за нее сошел с ума. А когда его посадили в тюрьму, она его бросила. И даже обо мне потом не сказала. Он умер, так и не узнав, что я у него была. А я не знала, что у меня был папа. Наверное, если бы он знал обо мне, он бы не… покончил с собой?

Глаза Кэрол медленно наполнились слезами.

— Нет, конечно. Он думал, что остался один, что никому не нужен… Если бы он знал, что есть ты, он бы не покинул этот мир. Ведь это он рассказал потом о тебе Рику, чтобы нашли тебя и помогли.

— Ты общалась с ним… после?

Кэрол кивнула.

— Я общаюсь с ним и сейчас. Он очень любит тебя, помни об этом. И это он тебя спас, отправив нас к тебе. И еще… — Кэрол придвинулась ближе, положив локти на стол и крепче сжимая ее руки. — Насчет твоей мамы… Я вытащила ее. Из тумана, где она была после смерти. Она будет жить. Я так могу. Я многих вытащила, освободила от своего проклятия. Теперь они снова в нашем мире, они заново родятся и будут жить. И твоя мама — тоже. Я забрала у нее жизнь, но я смогла подарить ей новую.

— Это правда? А я смогу узнать, кто она теперь будет?

— Да. Когда она родится, я смогу призвать ее… один раз. У меня уже получилось это с Эмми, моей подругой. Тогда я смогу узнать ее новое имя. Мы найдем ее…или его, того, кем она теперь родится. Конечно, это будет всего лишь малыш, а не твоя мама… но у этого малыша будет душа Кэт.

— О, если это правда… было бы здорово, — глаза Дженни тоже заблестели от слез. — А папа? Его ты тоже… вытащила из мира мертвых?

Кэрол грустно покачала головой.

— Нет. Я хотела, уговаривала его, но он не соглашается. А насильно я не могу.

— Но почему он не хочет?

— Я не знаю… — Кэрол опустила глаза. — Вернее, знаю. Прости, я соврала. Он ждет меня. Он не хочет уходить оттуда, потому что я скоро буду тоже там. О, я так его просила… но он ни в какую…

— Ну, раз он не хочет… может, это значит, что ему там не так уж и плохо? — с надеждой предположила Дженни. — И тебе там тоже будет неплохо? Вы будете там вместе, вдвоем… Как раньше. Вы ведь любили друг друга?

Кэрол кивнула, не в силах выдавить ни слова. Она помолчала, уставившись взглядом в столешницу, потом прошептала:

— Да, это единственное, что меня утешает… что там меня ждет он.

Дженни внимательно ее разглядывала.

— Ты болеешь? Ты… выглядишь плохо. Так сильно похудела. Почему? — спросила она. — Что это за странные синяки у тебя? А язвы?

— Нет, это не болезнь, — Кэрол грустно улыбнулась. — Это оттого, что вытаскиваю души из тумана… Это всего лишь следы смерти… ее попытки мне помешать отбирать у нее души.

— Но откуда в тебе такая сила, чтобы вырывать души у смерти?

— Не у смерти… Я не точно выразилась. У проклятия. Я могу возвращать к жизни только тех, кто в черном тумане. И я не возвращаю им жизнь. Я только вырываю их оттуда, а они после этого уже сами возвращаются в наш мир, а почему — я не знаю. Не знаю, почему они рождаются заново, а не отправляются куда-то в другое место… куда отправляются другие души всех остальных. Вот призывать и общаться я могу со всеми мертвыми, но вытащить в наш мир — только пленников тумана. Как и почему — я не знаю. Пока я еще не нашла ответы.

— Если это правда… спасибо, что вытащила мою маму. Пусть, она не будет моей мамой, но она снова будет жить. И это… это здорово! — Дженни вытерла сбежавшие по щекам слезы. — Но если… если она родится после того, как ты… уйдешь к папе, как я тогда узнаю, как найду ее?

— Попроси Патрика, он призовет ее и все узнает. Он намного сильнее меня.

Дженни спрятала взгляд и поджала горестно губы.

— Мы поссорились. Он больше не хочет со мной общаться. Даже выгонял, требовал, чтобы я уехала, только дядя Рэй меня не отпустил.

Кэрол погладила ее по руке, ласково улыбнувшись.

— Ничего. У него отцовский характер. Бескомпромиссный. И ему сейчас тяжело. Очень тяжело. Ему будет еще тяжелее… когда меня не станет. Но если ты хочешь узнать о своей маме, тебе придется с ним помирится. Я не доживу до ее рождения.

— Но почему? Люди, приговоренные к казни, десятилетиями ждут приговора, я знаю. Я узнавала. Всякие там апелляции…

— Нет, Дженни. Это не мой случай. Я не доживу до казни. Да и не хочу дожить… Я так ее боюсь. Так боялась столько лет… видела постоянно ее в своих кошмарах. Я и поседела из-за того, что увидела ее в своих видениях, в первый раз. А теперь мои кошмары стали реальностью, все это происходит со мной на самом деле. Представляешь, как это, когда твой самый страшный кошмар вдруг оживает?

— Значит, ты специально это с собой делаешь? — Дженни указала на ее язвы и синяки. — Чтобы умереть быстрее?

— Я делаю это, чтобы перед смертью успеть искупить свою вину перед всеми, кто погиб из-за меня и моего проклятия… избавить их от него, все исправить. Чтобы они снова жили, как должны были жить. Ведь эти смерти — не их судьба, они не должны были так умереть, попасть в этот туман… Наверное, потому они и возвращаются в этот мир, освободившись от проклятия. Я так предполагаю. А проклятие меня за это убивает. Ну и пусть, такова цена. А я все равно обречена и умру. Так хоть напоследок что-то полезное и хорошее сделаю.

— Ты добрая. Как такое страшное проклятие, такое зло, может быть в таком человеке, как ты? Ты пыталась спасти моего папу… спасла меня. Теперь спасаешь тех, кто умер от твоего проклятия. Разве зло может жить в человеке, у которого такое доброе и самоотверженное сердце?

Искреннее недоумение девочки рассмешило Кэрол.

— О, моя девочка, я не такая уж добрая, как ты думаешь! — она рассмеялась, чего давно уже не делала. — Ведь я убила твою маму… И Дебору Свон. Убила хладнокровно, безжалостно только потому, что она могла выдать… того, кто на нее напал. Убила Кейт Блейз и помогла задушить ее брата… Во мне есть это зло, о котором ты говоришь. И я на самом деле убийца. Убийц с добрым сердцем не бывает. И я заслужила эту казнь, Дженни. Так что жалеть меня и плакать по мне не надо. Единственное, о чем бы мне хотелось попросить… не вспоминайте обо мне, как об убийце. Если это возможно. Мне бы этого не хотелось.

Она перевела взгляд на Рэя, который молча сидел рядом, не вмешиваясь в разговор. Закрыв лицо руками, он, должно быть, опять беззвучно плакал. Кэрол с любовью положила ладонь на его крепкую кисть. Опустив руки, он посмотрел на нее обезумевшими от боли глазами.

— Кэрол… я не смогу это пережить. Моя жизнь без тебя… я даже не представляю… — прошептал он в отчаянии.

— Ты сможешь, Рэй, — твердо возразила Кэрол. — Ради наших детей. Ты нужен им, никогда об этом не забывай, как бы тяжело тебе не было. Я знаю, ты очень любишь меня. Ты сделал для меня все, что мог. Ты спас меня от матери… подарил совсем другую жизнь. Ты всегда помогал мне, заботился, хотя совсем не обязан… ведь мы с тобой даже не родные. Но ты — моя семья. И я тоже тебя очень люблю, всегда любила. Куртни тоже скоро появится на свет в нашем мире. Пусть Патрик найдет ее, когда это произойдет. Убедись, что в новой жизни у Куртни все будет хорошо. Наблюдай за ней, позаботься, если будет нужно. А обо мне не плачь. Смерть — это не конец. Теперь ведь ты это знаешь. Я просто буду в другом месте. Не одна, с Мэттом.