Война сердец

Собрав всё мужество в кулак, Эстелла постучала в дверь. Раз. Другой. Третий. Никто не отозвался. Нетерпение взыграло в ней. Ну чего ради она стучит? Она ведь не к постороннему мужчине пришла. Даже если Данте там голый бегает по комнате, что она не видела его голым что ли?

И Эстелла повернула ручку. Дверь оказалась не заперта, что девушку удивило. Данте — мизантроп по натуре и всегда закрывается на ключ. Эстелле, однако, хватило и пары шагов, чтобы увидеть: на софе, лицом вниз, лежит незнакомка. Каштановые кудри разметались по её плечам и спине. Из одежды на гостье были только панталоны с рюшами и бледно-розовый корсет. Рядом с софой валялась гора окурков. При появлении Эстеллы девица даже не шелохнулась, похоже, она спала.

У Эстеллы аж в глазах потемнело. Так вот почему Данте и написал ей то странное письмо. У него другая! Весь воздух вышел из лёгких и острая боль в груди буквально захлестнула Эстеллу. И голова её отключилась. Она и не подумала разбудить девицу, чтобы потребовать объяснений. Не догадалась и поискать Данте по номеру и убедиться, есть ли он тут вообще. Попятилась к двери и, толкнув её, стрелой вылетела прочь.

Она сейчас умрёт! Данте её предал, променял на другую, а она не может жить без него. Как же так? Он же обещал, что они будут вместе всегда!

Эстелла пронеслась мимо сеньора Нестора, чуть не сдув его юбкой. Он что-то сказал ей вслед, позвал, кажется, но Эстелла и не обернулась, так её оглушило. Слёзы лились ручьями, целыми реками. Она бежала, шатаясь как пьяная и не разбирая дороги. Кусала губы, чтобы не заорать на всю улицу. Данте её предал, у него другая, а её, Эстеллу, он больше не любит.

Девушка миновала несколько улиц и мост, задержав взгляд на водах реки. Если бы она смогла, она бы сейчас туда прыгнула, вниз, прямо с моста. Но она трусиха. Даже считая Данте мёртвым, не покончила с собой. А теперь Эстелла и сама не знала что хуже: боль от смерти любимого или боль от его предательства. Тогда Данте умирал с её именем на губах. Сейчас он жив, но больше её не любит.

— Данте... Данте, за что ты так со мной? Я ведь тебя люблю... — шептала Эстелла, всё углубляясь в сельву. Может, её тут сожрут ягуары и её муки закончатся? Хорошо бы.

Ну почему, почему Данте так сделал? Привёл какую-то девку, а сам ведь говорил, что ему нужна только она, Эстелла. Он уверял, будто она самая красивая, самая ласковая, самая любимая. Зачем же тогда ему другая? Может, он думает, будто она влюблена в Маурисио, и решил ей отомстить? Нет, Данте не такой. Хотя теперь она уже и не знает, какой он.

Путаясь в мыслях и изнемогая от рыданий, Эстелла добрела до их излюбленного с Данте берега, где они познакомились и впервые поцеловались. Протаранилась сквозь кусты, ободрав локти и оторвав кружева на платье, но даже не ощутила этого. Она вывалилась на полянку и тут заметила, что на их с Данте брёвнышке сидит человек. Длинный плащ, смоляные волосы ниспадают до поясницы, закрывая всю спину. Данте!

Это и вправду был он. Как и в детстве сидел, опустив босые ноги в воду и болтая ими. На шорох и треск ветвей он повернул голову. Удлинённые глаза его округлились, когда он заглянул в заплаканное личико Эстеллы.

— Эсте?

Она промолчала, ощутив вдруг слабость во всём теле.

— Эсте! — Данте едва успел подскочить к Эстелле, как у неё подкосились ноги и она рухнула прямо ему на руки.

Мало-помалу сознание прояснилось. Эстелла шевельнулась и ткнулась носом во что-то тёплое. Ощутила тонкий аромат мяты. Открыв глаза, увидела, что лежит в объятиях Данте, закутанная в его плащ. Высокая трава скрывает их от чужих взглядов, а Данте греет её, нежно прижимая к себе.

— Эсте? Как ты? Тебе лучше? — спросил взволнованный голос. Такой любимый голос.

— Угу... Что случилось?

— Ты упала в обморок. Вся была холодная, как кусок льда. Ты меня напугала, моя девочка.

— Девочка? Твоя девочка?! — Эстеллу захлестнула ярость, и она вырвалась из кольца объятий. — Да как ты смеешь? Как ты смеешь меня так называть после того, что ты сделал?

— Что, что я сделал? — опешил Данте.

— И ты ещё спрашиваешь? Совести у тебя нет, вот что! — Эстелла попыталась встать.

Не тут-то было. Цап! Ловкие пальцы обхватили её чуть выше локтей.

— Пусти! Пусти меня, не прикасайся ко мне! — зашипела Эстелла, надувая щёки.

— И не подумаю, — Данте обнял её так, что у девушки дух захватило. — Рассказывай что случилось.

— Что случилось? Да ты свинья, вот что случилось! Не трогай меня, отпусти! Я не хочу с тобой разговаривать!

— Эсте, пожалуйста, объясни мне что происходит? Что я сделал? — в голосе Данте сквозили нотки отчаянья.

— Не прикидывайся святошей! — Эстелла чуть ли не зарычала, вонзая ногти ему прямо в плечо. — Как ты мог так со мной поступить? Не хочу больше с тобой разговаривать! И видеть тебя не хочу! Предатель! Иди лучше кувыркайся со своими девками, а меня оставь в покое!

— Чего-чего? — прошептал ошарашенный Данте.

— Того! Я всё видела!

— Что ты видела?

— Я была в «Маске».

— И что?

— А то! У тебя в номере какая-то девка! В одних панталонах! — выкрикнула Эстелла и принялась молотить кулаками ему в грудь. — Я тебе этого никогда не прощу! Никогда! Ты предал нашу любовь, ты её убил! Ты меня уничтожил! Отпусти, я хочу уйти!

— Погоди, погоди... Эсте, милая, успокойся, — Данте не собирался отступать, держа Эстеллу крепко, как цепями сковал.

— Убери руки! И не называй меня милой. Я больше не твоя милая. Пусти, я сказала!

— Не пущу, не отпущу и всё! — синие очи потемнели. В глубине их закопошились два упрямых чёртика. — Эсте, объясни мне, о чём ты говоришь? Я ничего не понимаю. Я не понимаю, в чём ты меня обвиняешь.

— Ах, ты не понимаешь?! — Эстелла почти дымилась от гнева и ревности. — Я была в «Маске», вот сейчас, недавно. Я только что оттуда. В твоём, в нашем номере, девка в одних панталонах. Я тебя ненавижу! — Эстелла с ругани перешла к всхлипываниям. — Почему, Данте? За что ты так со мной? Ты ведь говорил, что любишь только меня, а сам спутался с какой-то особой.

А Данте вдруг начал смеяться. Попросту ржать. Он отпустил Эстеллу и хохотал, упав на спину и чуть ли не хватаясь руками за живот.

Вся ярость Эстеллы тут же улетучилась. Как он может быть таким циничным? Он смеётся в то время, когда ей так больно.

— Я не думала, что ты такой... такой жестокий... Тебе смешно, да? Тебя веселит эта ситуация? — закрыв лицо руками, Эстелла заскулила.

Данте, хихикая, поднялся на локтях и снова притянул её к себе.

— Ну Эсте, маленькая моя, ну ты чего? — сказал он ласково. — Иди сюда. Не плачь, иди ко мне, глупенькая.