За спиной

– Джемма, тебе пора нанять адвоката. Я поищу хорошего.

– Угу.

– И еще кое-что… – Бенджамин прочистил горло. – Сегодня я проезжал мимо «Примадонны» по пути в садик Лукаса. Кто-то разбил витрину и нарисовал на двери граффити. Там было твое имя. Похоже, твое настоящее имя. И еще несколько слов. Оскорбления и угрозы.

Вся ее жизнь была разрушена. Она подумала о Барбаре и Тельме, которые пришли в свой замечательный салон и увидели его таким. Понятно, что они наверняка при этом почувствовали.

– Джемма? Ты здесь?

– Да, – отозвалась она срывающимся голосом, смахнув слезу со щеки. – Да, я здесь.

– Хочешь поговорить с Лукасом?

– Да… нет. Не думаю, что мне стоит сейчас с ним разговаривать. Сначала мне надо успокоиться.

– Ладно.

– Думаю, еще мне надо позвонить Тельме. Сказать ей, чтобы поговорила с Холли О’Доннелл. Может, у нее есть видеозапись того, кто это сделал… У нас есть камеры наблюдения.

– Хорошая идея.

Это было не так. Это была совершенно бесполезная идея. Потому что, даже если они засняли того, кто это сделал, это был просто еще один человек на побегушках, отправленный Теневиком. Которого шантажом вынудили это сделать, но который не сможет вывести их на человека, стоящего за всем этим. Впрочем, что еще оставалось делать?

– Я скоро тебе опять позвоню, хорошо? – сказала Джемма.

– Да. Послушай… Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Она с силой прижала трубку к уху.

– Я найду тебе хорошего адвоката.

– Хорошо.

– Пока, милая.

– Пока. – Джемма повесила трубку и всхлипнула.

Потом пошла на кухню и выпила стакан воды. Умыла лицо в раковине и шмыгнула носом. Затем вернулась в гостиную. Ей нужно было позвонить Тельме, но она не помнила ее номер телефона, поэтому достала свой сотовый и включила его, не заботясь о том, что Теневик может мельком ее увидеть. Нашла Тельму в списке контактов и записала номер на листке бумаги. Затем вынула из своего мобильного телефона батарейку и набрала номер Тельмы со стационарного аппарата.

– Алло? – ответила та. Подозрительно. Враждебно. Естественно, у нее ведь не было этого номера, и ей постоянно названивали какие-то уроды.

– Тельма, это Джемма.

– О! Откуда ты звонишь?

– Из Джорджии.

Последовало долгое молчание.

– Довольно издалека.

– Ну да. Гм… Я ищу того типа. Который меня преследует.

– А он в Джорджии?

– Думаю, что да.

– Хорошо.

– Послушай, Бенджамин сказал мне, что какие-то вандалы разрисовали «Примадонну»…

– Это так. – Тельма явно была на пределе.

– У тебя есть что-нибудь на камере наблюдения?

– Да. Женщина. В маске.

Женщина… Интересно, подумалось Джемме, не были ли большинство жертв шантажа Теневика женщинами. Легкие мишени. Уязвимые. Все, что требуется, – это фотка в голом виде или какая-нибудь неосторожная фраза в чате или разговоре. Потому что женщины знали, что даже чего-то подобного – одной-единственной крошечной ошибки – обычно вполне достаточно, чтобы окружающие осудили их, обвинили во всем. Чтобы сделать произошедшее их виной.

– Есть женщина-детектив, которая расследует дело этого парня. Холли О’Доннелл. Ты должна ей позвонить.

– У тебя есть ее номер?

– Да, подожди секундочку. – Джемма подошла, достала из сумочки визитку О’Доннелл и продиктовала номер.

– Я поговорю с ней, – пообещала Тельма. – А ты ищи этого козла.

– Это Джемма? – Голос Барбары на заднем плане.

– Ага, – ответила Тельма.

– Дай мне с ней поговорить, – попросила Барбара, после чего ее голос зазвучал намного отчетливей: – Привет, Джемма!

– Привет, Барбара, послушай…

– Сегодня утром за мной до моей машины шел какой-то парень, Джемма. – Голос у Барбары дрожал. – Я была с Каем.

– Барбара, мне так жаль…

– Я не знаю, в чем дело, но ты должна это исправить, ясно? Мне страшно. Я не заслуживаю… Я ничего такого не сделала!

– Ты права, – тяжело вздохнула Джемма. – Я все исправлю.

– Он знает, где мы работаем, и…

– Я все улажу, Барбара, хорошо?

Барбара уже плакала.

– Хорошо.

– Потом еще поговорим.

Джемма повесила трубку и отодвинула телефон в сторону. Мысли ее путались. Тельма вполне могла справиться со всем этим – иногда кажется, что она сделана из железа. Конечно, в конечном итоге Тельма могла уволить Джемму, но она с этим справится. И Бенджамин тоже.

Но Барбара? А Джойс? А Натан? А Лукас? И кто будет следующим? Сестра Натана? Дети из садика Лукаса? Соседи Джеммы?

Джемма тогда думала, что если отключит телефон и уедет в другой штат, то получит отсрочку от домогательств того урода, который прицепился к ней. В конце концов, если он не сможет ее найти, то и ничего не сможет ей сделать.

Это он таким образом посылал ей сообщение. Что от него так просто не отделаться. Что он глубоко запустил когти в ее жизнь и не собирается ослаблять хватку.

У нее не было времени ждать, фотографировать людей и изображать из себя Нэнси Дрю [30] .

Пришло время покончить со всем этим раз и навсегда.

Глава 47

Джемма наконец-то нашла в Крамвилле то, что осталось точно таким же, каким она это помнила, – комнату для допросов в отделе полиции Крамвилла. Те же пыльно-серые стены… Те же неудобные стулья… Та же видеокамера в углу потолка, направленная прямо на нее, с постоянно мигающим красным огоньком. Тот же поцарапанный стол. Вообще-то она вспомнила, как во время допроса тринадцать лет назад постоянно смотрела в стол, чтобы избежать взгляда детектива, и была зачарована тремя длинными диагональными царапинами – гадая, кто же их оставил, как и при каких обстоятельствах. И вот они! Те же три диагональные царапины. Разве что слегка потускнели.

30

Нэнси Дрю – литературный и кинематографический персонаж, девушка-детектив, известная во многих странах мира. Создана Э. Стратемаэром, основателем книжного издательства «Синдикат Стратемаэра», и впервые появилась в книге «Нэнси Дрю и тайна старых часов», опубликованной еще в 1930 г. Главная героиня множества книг, фильмов и телесериалов и по сей день.

На сей раз с ней не было ее матери. Равно как и адвоката. Джемма была совсем одна.

Данн вошел в комнату, держа в руках два бумажных стаканчика. Ногой захлопнул за собой дверь, и от этого резкого движения часть кофе пролилась на пол.

– Вот черт, – пробормотал он, ставя оба стаканчика на стол. – Простите, что заставил ждать. В кофеварке было пусто, пришлось сварить новый.

– Нет проблем.

Это часть стратегии? Дать подозреваемому помариноваться в допросной, как в тех криминальных сериалах, которые она иногда смотрела по телевизору? А может, кофе был пролит тоже стратегически – чтобы Данн выглядел безобидным и неуклюжим?

Не паранойя ли это, Джемма? Кофейное пятно – это всего лишь кофейное пятно. Если тебе нужна причина для паранойи, то вот она: ты в полиции, и тебя сейчас будут допрашивать по делу об убийстве.

– Сахару совсем чуть-чуть, насколько я помню? – Он придвинул к ней один из стаканчиков.

– Да, спасибо. – Джемма взяла его и немного отпила. Кофе был слишком горячим, с привкусом горелого. Она отставила его в сторону.

– Ужасно, правда? – Отхлебнув из своего стаканчика, Данн поморщился, будто хватил кислоты. – Но свое действие оказывает.