Женщины

достичь того, о чем и я мечтал

в порывах сладострастья, и не ведал,

что ждет его лишь пшик, а не любовь,

поскольку в нем играла только кровь,

и страсти мимолетная победа

явилась пораженьем, осветив

мир мрачным светом. Этот негатив

158

лег на мечты подростка о прекрасном,

которые поруганными вдруг

явились. Он подумал, будто круг

познанья завершен и все ужасно:

любовь не то, что думалось ему.

А между тем он ошибался. Жалко!

Любовь такая штука, что и палка

сухая пустит почку, коль к тому

она приложит руку, жаль, что сила

сия его тогда не посетила,

159

да и потом, похоже… Нет в живых

его уж, кстати. Бедный, бедный Юрка!

Он спился, превратившися в придурка,

а был хорошим мальчиком… Увы!

Погиб же он, когда в нетрезвом виде

из Ялты шел пешком по трассе, - был

он сбит машиной насмерть. Говорил

об этом одноклассник мне… В обиде,

как мне казалось, был он на судьбу.

Должно быть, успокоился в гробу.

160

Мир его праху… Но поедем дальше.

И прежде чем к Оксане привести

опять рассказ ( читатель, ты прости,

что я без скорбной паузы – сей фальши

трусливо-лицемерной – поведу

повествованье дальше), обратимся

мы к случаю, который приключился

со мной в то время, впрочем, я в виду

имею лишь пустяк, но характерный

для отрочества, потому, наверно,

161

и интересный… Как-то, помню, раз

один из одноклассников порнушный

принес рассказ, который простодушным

округлым почерком переписал для нас

он у знакомого. И якобы рассказ сей

писал Толстой ( а вот какой из них –

не помню я, ну, кто-то из троих),

он назывался «В бане». Помню, в классе

его я на уроке стал читать,

и так воображенье распалять

162

мое он стал, что где-то на средине

повествованья, где уже герой

вовсю сношался с девкой крепостной,

причем в сей живописнейшей картине

описан был подробно весь процесс,

не выдержал мой организм потока

сил сладострастных – внутреннего тока

бурлящего во мне – сильнейший стресс! –

и кончил я, в трусах избыток влаги

почувствовав… И лист свернул бумаги

163

с рассказом сладострастным и отдал

его хозяину. Мне стало гадковато

и стыдно, будто видели ребята

эффект, какого я не ожидал,

от чтения рассказа. Впрочем, позже

его я дочитаю до конца

и влажных рук и красного лица

стыдиться уж не буду, впрочем, все же,

один читая дома, мне тогда

чуть гадковато будет после, да…

164

Вернемся же к Оксане! Пусть сатиры

подсовывают юношам порой

похабные рассказы, где герой

с вакханками собьют ориентиры

у юношества, все же по кривой

иль ломаной, но вывезет натура

всех чистых сердцем, чья мускулатура

сердечная сильней, чем головой

усвоенные низкие препоны.

Пускай они идут в свои притоны!

X. ВАНЕЧКА КАЗЕМОВ

165

Оставим онанизм и прочий вздор,

к влюбленности – гимнастике для сердца –

вернемся мы. Нашел единоверца

я вскоре в своих чувствах к той, чей взор,

с моим столкнувшись взглядом, вызывал вдруг

прилив сладчайшей неги, и любовь,

как кислород, входила в мою кровь,

нашел согласье в чувствах к той, чей фартук

готов был целовать, хоть фетиш тот

был следствием любви, наоборот

166

у фетишистов. Ванечка Каземов,

мой школьный друг, со мною разделил

мою любовь к Оксане, с ним я был

почти что откровенен, с новой геммой

на сердце перешел в восьмой я класс.

Не знаю, замечала ли Оксана

мои к ней чувства, или же мембрана

ее сердечка лав – влюбленных глаз –

подростка-восьмиклассника не в силах

была улавливать, но все-таки носило

167

меня всегда вблизи нее. И вот

я обнаружил вскоре ухажера

у дамы сердца, были из кастора

его перчатки, легкий шевиот

костюма не лоснился, облегая

его красивый, хрупковатый стан,

он был высок и вылитый улан.

И с ней учился в одном классе. Зная,

что я не конкурент ему, любил

ее я бескорыстно, хоть и был

168

порою в отношенье ее друга

несправедлив, злословя за спиной

его с Иваном. Впрочем, новизной

иль перлом остроумия потуга

моя шутить не отличалась, я

не помню точно, может «длинной жердью»

его назвал когда, а может «пердюк

жопастый» - уж не вспомнить, но моя

такая злость была чуть-чуть бравадой,

я сознавал несправедливость взгляда.

169

Вперед чуть забегая, расскажу –

Оксана вышла замуж лет в семнадцать,

как говорят, без лишней ажитации,

за этого парнишку. И свяжу

еще о нем два слова: как-то после