Книги из серии "Рассказы"

«Костюм светлый, пятна останутся», — запоздало шевельнулся здравый смысл, но я уже послушно растянулся на земле, ткнувшись носом в затхлую темноту. Пахло сыростью и гниющей травой. Блик света в глубине почти пропал, светил едва заметно, порой подрагивая, словно многозначительно подмигивающий темный глаз.…

— Нет, нет, я боюсь, — отказался маг. — но я мог бы попробовать обучить вас. Согласны? — Согласен! — быстро сказал Сонд. — Что для этого нужно? — Ничего. Сядьте поудобнее, расслабьтесь. Теперь примите позу и начинайте думать о предмете ваших желаний… Только думайте так, словно никогда в жизни ничего…

Работу его приходилось делать всем, кому угодно. Он не только ничего не умел, но показал себя совершенно неспособным к учению. Даже приложив все свои силы и умение, мы так и не научили его стоять у руля. Компас для него, судя по всему, был мудреной, внушающей страх вертушкой. Он путал стороны света,…

Через некоторое время, работая уже в другом цехе того же завода, где разносил работницам фрукты для приготовления консервов, он попробовал таскать сразу по два ящика вместо одного, но остальные грузчики немедленно стали ругать его за такую прыть. Это был явный саботаж, но Драмонд рассудил, что он пришел…

Сан-Франциско — Япония — прямой рейс — южное плавание — тропики. Какое богатство содержания в этих словах! Какие дивные воспоминания пробуждают они! Какую дружбу приводят на память! Какие счастливые часы были прожиты! Уже одно воспоминание о чудесах такого путешествия опьяняет. В сознании возникают…

Проанализировав действия Тома, компьютер перепрограммировал себя так, чтобы ему стали понятны невразумительные команды главы семьи. В результате все были поражены внезапной способностью Тома отдавать даже самые сложные команды правильно. Том тоже был удивлен, что он так быстро освоил все машинные премудрости,…

По телу прошла дрожь, уши заложило от нестерпимо тонкого писка. Я застыл, отшатываясь от своего неожиданного врага. Потом запустил руку в карман рубашки, вытащил маленький металлический диск. В центре Знака тлела, медленно угасая, оранжевая искра. Посмотрел на своего собеседника – и обомлел. В его руках…

Ни одно растение не может пустить корня, так как она их ежедневно пересаживает; птицы никогда не садятся на крышу замка – повинуясь темному скитальческом зову, они стаями носятся в небе, летают туда и сюда, взад и вперед, то превращаясь в точки, то становясь похожими на широкие, плоские, черные, колеблемые…

«Да, меня зовут Иоганн Герман Оберейт», – сказал старик без всякого удивления. У меня захватило дыхание, и все узнанное мною в течение дальнейшего разговора отнюдь не могло способствовать уменьшению встретившейся мне неожиданности. Само по себе для нас вовсе не обычно видеть перед собою человека, не…

Ах боже мой, если бы я тогда сразу же проник в квартиру; – но прежде чем я успел что-нибудь сообразить, турецкий слуга Дарашикуха захлопнул калитку в стене. – Я говорю тебе, мы должны проникнуть в дом! – Мы должны! – А что, если Аксель действительно жив! – Видишь ли, – ведь поймать нас совершенно не…

Переминаясь с ноги на ногу, то и дело оглядываясь без всякой надобности, он лениво плелся по дороге и, по-видимому, раздумывал, куда идти… Было не холодно, и снег слабо поскрипывал у него под ногами. Перед ним, не дальше как в полуверсте, расстилался на холме уездный городишко, в котором недавно судили…

Кучер, привезший их со станции, человек грубый, неотесанный и не знающий тонкого обхождения, прямо-таки, рот разинул в беспомощной озабоченности, когда коммерсант помогал своей супруге вылезти из экипажа; казалось даже, что оба гнедых, от которых в тихом морозном воздухе поднимался пар, скосив глаза,…

Берт в равной мере волен отнести ее к себе и к сценическим дарованиям своего друга. – А кто еще придет? – спрашивает хозяин дома. Ему перечисляют ряд имен, более или менее знакомых, – тех, кто живет здесь же в предместье или в городе, а также нескольких гимназических подружек Ингрид. Кстати, надо созвониться…

За изогнутой металлической конторкой сидел одинокий даньлай. Конторка явно была ему слишком велика. Комната, обстановка и все на космодроме отвечало комплекции давно сгинувших улнайлетов, и даньлай был слишком мал для своего кабинета. Но Холт к этому несоответствию давно привык. Вот уже почти целый год…

Сандерс пил кофе маленькими глотками и изучающе поглядывал на меня над краем чашки. Затем медленно поставил ее на стол. — И вы тоже прибыли сюда ради призраков? Я пожал плечами. — Разумеется. Моих читателей не особенно интересуют красоты природы, пусть даже такие редкостные. Дубовски и его люди…

— Ты только сейчас догадался? Кто ты? Что это за мир? — Это мой мир, — ответил он равнодушно. — Я присваивал ему тысячи имен, но ни одно из них мне не понравилось. Как-то раз мне удалось подобрать подходящее, но я забыл его. Это было так давно. Меня зовут Ларен Дор. Вернее звали когда-то, когда имя…

— Друзья! — проревел Милтон. — Я убью эту тварь! Он меня надул. Вот, посмотрите, — он вытащил из кармана какой-то предмет и бросил на стойку. Барни Дэйл предпочел пить пиво и опасливо поглядывать на сей предмет, не решаясь коснуться его. Хэнк поставил стакан, который вытирал, на столик у стойки, подошел,…

Разрывая грубую оберточную бумагу, он думал о Мишель. Конечно, он ей позвонит и скажет, как хорош новый портрет, как он ему понравился. Скажет, что скучает без нее, пригласит приехать на День Благодарения. Да, именно так. Ни слова об их ссоре — начинать все заново он не хочет, а уступать по-хорошему…