Город Драконов

Он был у Геста на посылках, носил ему чай, чистил его жакеты и, да, согревал его постель. Но, очевидно, он считал, что заслуживает чего-то лучшего и большего, чем это. Он думал, что был достаточно умен, чтобы обделать это стороннее дельце самостоятельно. Если бы он только поставил под угрозу себя и Элис, Гест, возможно, счел бы это забавным. Но, все, что он мог чувствовать, когда пересекал комнату на ватных ногах и садился за свой стол, истекая кровью из пореза на лице и из его искалеченной руки, была ярость на некомпетентность и предательство Седрика.

Калсидиец устроился на углу стола, и сидел там, глядя вниз на Геста. Он улыбнулся:

— Теперь я вижу немного злости. Ты думаешь: — эта кровь должна оросить его салфетку, а не мою-. Я прав, не так ли? Ну. Вызови своего раба и пускай эта боль касается того, кто имеет к этому отношение-.

Гест постарался сделать свой голос спокойным:

— Я сказал вам. Он сбежал. Он обокрал меня и сбежал. У меня больше нет с ним ничего общего. Какую бы сделку он не заключил с Бегасти Коредом, он выступал от себя лично. Это не имеет ко мне отношения-. Неожиданная ярость, что Седрик смог обрушить на него это несчастье, придала ему смелости. Он наклонился вперед в своем кресле и выкрикнул: — Вы, сэр, совершили огромную ошибку!-

Это не произвело на калсидийца впечатления. Он склонил голову и нагнулся ближе, растянув тонкие губы в улыбке. Но это веселье, казалось, не затронуло его глаз:

— Я совершил ошибку? Но не такую смертельную, как ты. Ты в ответе и ты будешь держать ответ. То, что чей-то раб делает или не делает, отражается на его хозяине. Ты позволил одному из своих рабов сбежать, заключив много сделок, обокрасть тебя и не сделал ничего, чтобы его наказать. Значит, ты должен заплатить, как если бы твоя лошадь вышла из под контроля на рынке или твоя собака укусила ребенка. Ты не знаешь поговорку — сколько раб языком не болтай, а вырвут его все равно у хозяина-? Ты должен отвечать за то, что сделал твой человек от твоего имени. Может быть, это будет палец, может, рука… а, возможно, и твоя жизнь. Не мне решать, как жестоко ты поплатишься, но ответить придется-.

— Если он заключил договор с Бегасти Коредом, мне об этом неизвестно. По закону я этим не связан-, - Гест старался, чтобы его голос звучал спокойно.

В Калсиде мало кого волнуют законы Бингтауна. А вот чем мы все озабочены: Герцог, мудрейшая и агустейшая личность, страдает от слабого здоровья. Нам известно, что должное применение лекарств, сделанных из органов дракона, вернет ему здоровье. Бегасти Коред — один из наших выдающихся торговцев экзотическими товарами, и он был одним из тех, кто был удостоен миссии получения необходимых органов. Чтобы освободить его ум от всех забот, в то время как он выполняет эту миссию, Герцог взял всю семью Кореда под свою защиту. Это, как ты можешь догадаться, большая честь, так же как и ответственность, взять на себя такое обязательство. Тем не менее, в течение некоторого времени, мы мало продвинулись вперед, несмотря на большую поддержку от Герцога и его дворян.

Так что мы с радостью получили известие, что Бегасти Коред в конце концов нанял торговца из Бингтауна с такой солидной репутацией в помощь в приобретении необходимых товаров-. Калсидиец со своим ножом подвинулся еще ближе и добавил:

— Нам упомянули не только этого Седрика, но и тебя — Торговца Финбока. Ты хорошо известен большому числу наших купцов. Они все говорят, что ты разносторонний и изобретательный торговец, который проводит рискованные сделки, но способен добыть товар наилучшего качества. Ну. Где наш товар?-

Я не знаю. Гест помедлил со словами, прежде чем смог их произнести, подозревая, что калсидиец жестко отреагирует, услышав их снова. Он закрыл глаза на секунду и попытался придумать тактику, которая вытащила бы его из этой ситуации. Он решил прибегнуть к старым уловкам Торговцев. Притвориться, что он в состоянии удовлетворить ожидания клиента. Потом всегда можно найти оправдание. Или вызвать городскую стражу.

— Вот, что я знаю-, - сказал он осторожно. Он поднял обернутую руку, чтобы промокнуть кровь с кончика своего носа. Зря. Он сорвал салфеткой корку, и у кровь снова начала капать. Он решительно положил руки на стол и постарался не замечать этого. — Седрик уехал в Дождевые Чащобы. С собой он взял женщину, обладающую огромными знаниями о драконах. Я подозреваю, что он хочет использовать ее знания, чтобы завоевать расположение драконов. Я должен был уехать в свое собственное торговое путешествие. Когда я вернулся, то не обнаружил от него никаких сообщений. Согласно новостям из Дождевых Чащоб он был участником группы, которая сопровождала драконов в экспедиции вверх по реке Дождевых Чащоб. Ни одного слова не было получено от этой экспедиции. Они с драконами возможно погибли-.

— Уф! Кормишь меня старыми новостями. Когда Бегасти Коред отправил его в путь, твой Седрик не был нашим единственным лазутчиком в этом задании. Другие наши шпионы отчитались быстрее. Мы выжали из себя все до последней капли ради этой миссии. Твой Седрик был лишь одним из многих возможных контактов, которые мы поддерживали. Так что оставь свою ложь. Нам уже многое известно. Думаешь ты можешь рассказать мне старые новости, и я останусь этим доволен? Ты думаешь отвлечь меня от моего задания? Думаешь, у меня нет своих забот, связанным с этим делом? Тогда ты дурак. И ты дорого поплатишься за то, что считаешь дураками и нас-.

— Я честно не знаю, больше того, чем рассказал вам! — отчаяние сквозило в его голосе. Так подвести самого себя, противоречить всем правилам разумного торга, всему, чему его когда-либо учили об обращении с калсидийцами. Не показывать ни страха, ни сомнений, ни слабости. Но жгучая боль в руке, запах собственной капающей крови и абсолютно незнакомая ситуация в буквальном смысле заставили его дрожать.

— Я верю тебе, — неожиданно сказал калсидиец. Он спрыгнул с края стола и неторопливо прошелся обратно к окну. Он испробовал свой клинок на портьере, кромсая ее в процессе. Глядя в окно, он заговорил: — Я верю тебе, потому что у нас та же проблема. Мы не уверены, где находится Бегасти Коред; мы считаем, что он тоже отправился в Дождевые Чащобы. Возможно, это означает, что он близок к получению необходимого товара-.

Гест слегка подвинулся в кресле. Дверь была не так уж далеко. Ковер был толстым. Возможно он смог бы медленно и тихо добраться до двери, отпереть ее и спастись бегством прежде, чем мужчина заметит его побег? Он подозревал, что если не успеет выскочить за дверь, то поплатится жизнью. А если он окажется за дверью, куда ему бежать? Калсидиец кинется за ним, Гест был уверен. От ужаса его затошнило, голова закружилась от слабости.

— Ты, конечно, знаешь, как сложно калсидийцу получить доступ вверх по реке Дождевых Чащоб. То, что Бегасти проявил такую ловкость, много говорит о его изобретательности. Мы подозреваем, что ему помог Синад Арих. Возможно, они оба работают над выполнением этой миссии. Однако они находятся вне нашей досягаемости. А это не дело. Совсем не дело-.

Гест сделал шаг в сторону двери. Мужчина стоял к нему спиной. Калсидиец водил клинком вверх и вниз по дорогим портьерам, как будто он затачивал его о высококачественную материю. Гесту было все равно. Что бы не отвлекало калсидийца, было подходящим. Гест скользнул еще на один шаг ближе к двери. Еще один тихий шаг, и он бросится к двери, откинет защелку, откроет дверь и выбежит как ошпареная кошка.

— Так что мы делаем, что должны. Мы отправляем послания тому, с кем можем связаться. А он, в свою очередь, передает сообщения туда, куда мы не можем добраться самостоятельно. Он делает это очень быстро-.

Мужчина повернулся. Послышался глухой звук, как будто кто-то один раз тяжело ударил в дверь. Гест обернулся в надежде, что вернулся Чед. Вместо этого короткий нож с яркой рукоятью слегка подрагивал в твердой древесине. Какой-то момент он не мог понять, на что смотрит. Калсидиец прочистил горло и Гест постмотрел на него. Другой маленький нож, рукоять которого была украшена веселым красно-зелено-голубым узором, устроился в руке мужчины.

— Можешь ли ты бежать также быстро, как нож лететь? Проверим?-