Истина

Эту способность къ преподаванію онъ открылъ въ себ, когда пріхалъ, посл окончанія гимназіи, семнадцатилтнимъ юношей, въ Бомонъ, чтобы закончить курсъ рисовальщика-литографа при заведеніи Папонъ-Лароша. Ему поручили составить картинки для нагляднаго обученія, и онъ создалъ настоящія произведенія искусства въ смысл точности и ясности, и этотъ успхъ указалъ ему, что его призваніе — обучать и просвщать дтишекъ. У Папонъ-Лароша онъ познакомился съ Сальваномъ, директоромъ нормальной школы, и тотъ пораженъ былъ его способностью къ преподаванію; онъ уговорилъ Марка отдаться своему призванію и сдлаться начальнымъ учителемъ; съ тхъ поръ Маркъ вполн проникся полезностью своей работы въ глухомъ деревенскомъ углу. Его стремленіемъ было пробудить дремлющіе дтскіе умы, и въ этомъ скромномъ занятіи онъ обрлъ свое счастье; оно еще боле пробудило въ немъ стремленіе къ истин, пока оно не охватило, такъ сказать, всю его душу, вошло въ плоть и кровь и сдлалось необходимымъ условіемъ его существованія. Для него было пыткой всякое сомнніе, и онъ всми силами стремился къ его разъясненію, чтобы, въ свою очередь, сообщить другимъ свои выводы; если его мучилъ неразъясненный вопросъ, онъ страдалъ не только нравственно, но и физически.

Теперь понятно, почему онъ не спалъ въ эту ночь и лежалъ съ открытыми глазами. Онъ страдалъ оттого, что не зналъ, не понималъ, сбивался въ выясненіи фактовъ, сопровождавшихъ странное, таинственное убійство. Онъ видлъ передъ собою не только омерзительное преступленіе, но и предугадывалъ страшную, мрачную пропасть, полную смутныхъ и зловщихъ угрозъ. Неужели ему долго придется такъ страдать, проникая взоромъ въ неясные призраки, которые сгущались по мр того, какъ онъ стремился ихъ освтить? Сомннія и мрачныя предчувствія овладли имъ до такой степени, что онъ съ нетерпніемъ ждалъ конца этой ночи, для того, чтобы днемъ снова приняться за разслдованія. Жена его улыбалась во сн: вроятно, ей снились хорошія, радостныя виднія; въ то же время Маркъ вспомнилъ суровое лицо госпожи Дюпаркъ и ея строгое требованіе, чтобы онъ не мшался въ эту грязную исторію. Ему представилась неизбжность серьезнаго столкновенія съ семьей жены, и это сознаніе еще увеличивало его мучительныя сомннія. До сихъ поръ между ними не возникало серьезнаго недоразумнія; онъ взялъ двушку изъ этой семьи ханжей, сдлалъ ее подругою своей жизни. Онъ не сопутствовалъ ей, когда она ходила въ церковь, какъ это длалъ покойный Бертеро, но и не мшалъ ей, не говорилъ съ нею о религіозныхъ вопросахъ, избгая всякихъ столкновеній съ обими старухами. Со времени своего замужества его жена уже не была такой рьяной католичкой, и потому не было особенныхъ поводовъ къ недоразумніямъ. Иногда онъ замчалъ въ ней проявленіе тхъ идей, въ которыхъ она была воспитана, и которыя не согласовались съ его воззрніями; ея суеврія и узкое ханжество лишь изрдка тревожили спокойствіе ихъ существованія; любовь превозмогала такое несходство понятій, и они снова соединялись посл того, какъ мимолетное разногласіе нарушало счастливое теченіе ихъ жизни. У нея явилось было желаніе занять мсто учительницы, на что она имла право благодаря отличному свидтельству объ окончаніи курса въ школ сестеръ Визитаціи; но въ Жонвил учительница женской школы, мадемуазель Мазелинъ, не нуждалась въ помощниц, и потому Женевьева, не желая разставаться съ мужемъ, не могла привести въ исполненіе своего желанія; ее поглотили заботы по хозяйству, а затмъ у нея родилась дочь, и она отложила свое намреніе до боле благопріятнаго времени. Ихъ жизнь казалась вполн счастливой, и не предвидлось ничего, что могло бы омрачить ихъ семейное благополучіе. Если у Сальвана, друга Бертеро, и были вначал нкоторыя опасенія, хорошо ли онъ поступилъ, устроивъ бракъ дочери дорогого усопшаго и внучки столь нетерпимой ханжи, какою была госпожа Дюпаркъ, съ молодымъ человкомъ совсмъ иныхъ воззрній, то вс его страхи вскор исчезли, когда онъ увидлъ ихъ счастливую семейную жизнь, которая продолжалась вотъ уже три года.

И только въ эту ночь, которую Маркъ провелъ безъ сна, рядомъ съ покойно почивавшей подругой, въ немъ впервые зародилось смутное безпокойство; передъ нимъ вставалъ вопросъ совсти, и онъ предвидлъ, что ему не избгнуть столкновенія со старыми дамами, и что его стремленіе разъяснить истину создастъ серьезныя осложненія въ его семейной жизни.

Подъ утро Маркъ заснулъ, однако, крпкимъ, здоровымъ сномъ и, проснувшись, удивился, какъ это онъ могъ предаваться мрачнымъ сомнніямъ; вокругъ сіяло солнце, и настроеніе у него было самое радостное. Онъ объяснилъ свое вчерашнее удрученное состояніе тмъ, что слишкомъ поддался впечатлнію страшнаго убійства. Женевьева первая заговорила съ нимъ объ этомъ, выказывая свое участіе къ Симону.

— Бдный, онъ долженъ быть ужасно удрученъ. Ты не долженъ покидать его въ гор; сходи къ нему и предоставь себя въ его полное распоряженіе.

Маркъ обнялъ ее и поцловалъ, радуясь, что она такая добрая и справедливая.

— А что скажетъ на это бабушка? Она разсердится, и намъ плохо придется.

Женевьева улыбнулась и пожала плечами.

— О, бабушка, — она готова поссориться съ ангеломъ небеснымъ. Если сдлаешь половину того, что она требуетъ, то и этого достаточно.

Они оба посмялись вмст и принялись играть съ Луизой, которая только что проснулась и потягивалась въ своей постельк; они провели такимъ образомъ нсколько безконечно счастливыхъ минутъ.

Маркъ ршилъ уйти посл кофе и предложить свою помощь для разслдованія таинственнаго убійства. Онъ раздумывалъ о немъ, пока одвался, и пытался какъ можно трезве взглянуть на дло. Онъ хорошо зналъ условія жизни въ Мальбуа; городъ былъ какъ бы раздленъ на два враждебныхъ лагеря: съ одной стороны — мелкіе буржуа, торговцы, съ другой — около восьмисотъ рабочихъ, которые занимались въ мастерскихъ крупныхъ предпринимателей; муниципальный совтъ тоже являлся ареной борьбы партій: половина была настроена въ пользу клерикаловъ и отличалась реакціонернымъ образомъ мыслей, а другая половина была республиканская и исповдывала боле широкіе принципы. Мэръ Даррасъ, подрядчикъ-строитель, былъ республиканецъ и открыто выражалъ свои антиклерикальныя убжденія. Конкуррентомъ его на выборахъ явился Филисъ, бывшій фабрикантъ брезентовъ, который ликвидировалъ дла, заработавъ значительный капиталъ, дававшій ему тысячъ двнадцать въ годъ доходу. Дарраса, дятельнаго, богатаго и энергичнаго, имвшаго въ своемъ распоряженіи боле ста рабочихъ, выбрали лишь большинствомъ двухъ голосовъ, поэтому онъ долженъ былъ дйствовать очень осторожно, чувствуя, что его положеніе весьма непрочно. Достаточно было самаго незначительнаго колебанія на выборахъ, и власть его могла перейти къ сопернику. Еслибы на его сторон было боле обезпеченное большинство, онъ иначе работалъ бы на пользу свободы и истины, а не ограничился бы дипломатическимъ опортунизмомъ. Маркъ отлично зналъ, что дленіе Мальбуа на два лагеря принимало все боле зловщій характеръ вслдствіе постояннаго усиленія клерикальной партіи, которая грозила покорить подъ свое вліяніе всю страну. Въ продолженіе десяти лтъ, съ тхъ поръ, какъ община капуциновъ утвердилась въ старомъ монастыр, уступивъ часть зданія подъ школу христіанскихъ братьевъ, она съ возрастающею смлостью пропагандировала поклоненіе св. Антонію Падуанскому и получала значительныя прибыли. Въ то время, какъ школа братьевъ все боле и боле привлекала къ себ учениковъ, въ сосдней часовн съ утра до вечера стояли вереницы людей, которые за соотвтственную плату обращались съ молитвами къ св. Антонію Падуанскому. Святой возсдалъ на позолоченномъ трон, окруженный ярко горвшими свчами; потерялась ли какая-нибудь вещь, надо ли было держать экзаменъ или избгнуть воинской повинности, избавиться отъ врнаго банкротства, исцлиться отъ болзни, — словомъ, всякія самыя разнообразныя просьбы оплачивались соотвтствующимъ количествомъ франковъ. Распускаемые слухи объ удачахъ подобныхъ прошеній еще больше возбуждали народъ, и деньги такъ и приливали обильной волной. Напрасно аббатъ Кандье, приходскій священникъ церкви св. Мартина, въ своихъ проповдяхъ возставалъ противъ низменныхъ суеврій и указывалъ на опасность подобныхъ увлеченій: его не слушали. Какъ человкъ боле просвщенной вры, онъ возмущался тми пріемами, къ какимъ прибгали капуцины. Во-первыхъ, его приходъ совершенно обнищалъ, потому что вс деньги уходили на пожертвованія въ капуцинскую часовню. Во-вторыхъ, его, не признававшаго верховенства Рима, огорчала очевидная невозможность въ скоромъ будущемъ утвердить отдльную церковь для Франціи, независимую и просвщенную, которая боле соотвтствовала бы передовому движенію страны. Поэтому онъ воевалъ съ торгашами, которыхъ когда-то изгналъ изъ храма Христосъ; говорили, что епископъ Бомона, преосвященный Бержеро, держался такого же образа мыслей, что нисколько не мшало капуцинамъ пользоваться неограниченнымъ успхомъ и понемногу покорять весь Мальбуа и превращать его въ послушное орудіе своихъ хитроумныхъ выдумокъ.

Маркъ зналъ, что въ то время, какъ епископъ Верлгеро поддерживалъ аббата Кандьё, капуцины и братья имли серьезнаго союзника въ отц Крабо, знаменитомъ ректор Вальпарійской коллегіи. Желая доказать свое уваженіе къ школ братьевъ, одинъ изъ преподавателей коллегіи, аббатъ Филибенъ, пріхалъ въ Мальбуа, чтобы присутствовать при раздач наградъ и тмъ засвидтельствовать о своемъ высокомъ покровительств. Злые языки говорили, что въ этомъ дл не обошлось безъ вліянія іезуитовъ. Тмъ трудне было положеніе учителя Симона, еврея, который очутился въ самомъ центр разгорвшейся вражды, когда клерикалы употребляли вс усилія, чтобы добиться полнаго торжества, отлично понимая, что побда останется за тмъ, кто проявитъ наивысшее нахальство. Среди всеобщаго напряженнаго настроенія достаточно было одной искры, чтобы взволновать вс умы. До сихъ поръ свтская школа не потеряла еще ни одного ученика; она съ успхомъ боролась и численностью, и успхами обученія со школою братской конгрегаціи; такимъ относительнымъ успхомъ школа, конечно, была обязана осторожной выдержк Симона, который отличался полною терпимостью и, кром того, пользовался открытой поддержкой мэра Дарраса и тайнымъ покровительствомъ аббата Кандье. Но именно на этой почв соревнованія обихъ школъ и должна была произойти окончательная битва; рано или поздно надо было ожидать ршительнаго натиска, потому что об школы не могли существовать бокъ-о-бокъ; одна неминуемо должна была уничтожить другую. Для церкви Франціи вопросъ преподаванія являлся главнымъ средствомъ порабощенія массъ.

Утромъ во время кофе, сидя въ маленькой, мрачной столовой, въ обществ обихъ старыхъ дамъ, Маркъ, озабоченный своими мыслями, невольно пришелъ въ очень подавленное настроеніе духа. Госдожа Дюпаркъ разсказывала вполн серьезно, что если Полидоръ получилъ награду, то благодаря заботливой ревности Пелажи, которая пожертвовала франкъ, прося заступничества св. Антонія Падуанскаго. Госпожа Бертеро кивкомъ головы подтвердила такое предположеніе; Женевьева не осмлилась даже улыбнуться и, повидимскму, заинтересовалась разсказами о необыкновенныхъ событіяхъ. Бабушка все боле и боле увлекалась, передавая о внезапныхъ обогащеніяхъ, о спасенныхъ жизняхъ, благодаря взносу въ два-три франка въ общину капуциновъ. Становилось понятнымъ, почему туда притекали цлыя золотыя рки, составившіяся изъ послднихъ грошей неимущаго и непросвщеннаго населенія.

Въ эту минуту подали номеръ «Маленькаго Бомонца», отпечатанный за ночь, и Маркъ обрадовался, прочитавъ длинную статью о преступленіи въ Мальбуа, написанную въ благопріятномъ для Симона тон. Говорилось, что всми любимый учитель Симонъ получилъ отовсюду изъявленія самой глубокой симпатіи въ виду постигшаго его горя. Очевидно, эту статью написалъ наканун какой-нибудь корреснондентъ, посл раздачи наградъ, видя, въ какую сторону склонялось общественное мнніе. Ни для кого не было тайной враждебное настроеніе жителей, направленное противъ братьевъ; вс знали, какіе слухи распространялись о прежнихъ таинственныхъ преступленіяхъ, и что эти слухи въ данномъ случа могли оказать очень неблагопріятное вліяніе на исходъ дла и вызвать даже серьезный скандалъ, пагубный для реакціонерной католической партіи.

Поэтому Марка очень поразило сіяющее и злорадное лицо Пелажи, которая пришла убирать со стола. Онъ нарочно вызвалъ ее на разговоръ.

— Да, сударь, могу сообщить хорошія новости. Сегодня утромъ, покупая провизію, я узнала много интереснаго. Впрочемъ, я не сомнвалась, что вс эти негодяи, поднявшіе вчера такой шумъ окажутся безсовстными лгунами.

И Пелажи принялась передавать вс сплетни, которыя она собрала по лавкамъ и на улиц, переходя отъ двери къ двери. Подавляющее вліяніе ужаснаго преступленія не могло не вызвать броженія умовъ, находившихся все время въ состояніи крайняго напряженія. Казалось, что за эту ночь выросли густые, чудовищные всходы людской злобы. Сперва слышались только неясныя предположенія, кмъ-то высказанныя догадки, чуть замтныя нареканія. Затмъ съ необыкновенною быстротою догадки и предположенія обратились въ дйствительные факты; подыскивались всевозможныя совпаденія, такъ что неясныя указанія превращались въ непоколебимыя доказательства. Особенно замчательно было то, что вс предположенія клонились въ пользу братьевъ, что все глухое броженіе было направлено противъ Симона; съ часу на часъ крпла таинственная злоба и сяла смуту въ умахъ.

— Знаете, сударь, всмъ извстно, что учитель не любилъ своего племянника. Онъ обращался съ нимъ очень дурно; есть люди, которые видли это и докажутъ… Ему было ужасно досадно, что мальчикъ не посщалъ его школы. Когда ребенокъ въ первый разъ причастился, учитель проклиналъ его и грозилъ ему кулакомъ… Не правда ли, довольно странно, что этого чуднаго мальчика убили такъ скоро посл конфирмаціи, когда въ немъ еще была благодать?

Маркъ съ удивленіемъ слушалъ служанку, и сердце его сжималось.

— Что вы этимъ хотите сказать? Разв кто-нибудь подозрваетъ Симона въ убійств?

— Есть люди, которые, не стсняясь, говорятъ объ этомъ. Какъ хотите, а довольно странно, что человкъ детъ зачмъ-то въ Бомонъ, опаздываетъ на поздъ и потомъ отправляется домой пшкомъ. Онъ увряетъ, что вернулся безъ двадцати минутъ двнадцать; но вдь никто его не видлъ, — онъ могъ вернуться и по желзной дорог, часомъ раньше, какъ разъ въ то время, когда было совершено преступленіе. Ему стоило только потушить свчу и раскрыть окно настежь, чтобы дать возможность предположить, что въ окно вскочилъ какой-нибудь ночной бродяга… Мадемуазель Рузеръ, учительница, говоритъ, что она ясно слышала шаги въ школ, стоны, крики и хлопанье дверями.