Канун
Шрифт:
«Другъ мой, я тоскую по теб, но это происходитъ въ моемъ сердц, голова же моя заполнена тысячью вопросовъ и длъ, и не скучаетъ.
Оффиціально я считаюсь вступившимъ въ должность, но фактически я далеко еще не вступилъ въ нее. Я не сдлалъ еще ни одного, лично мн принадлежащаго, распоряженія.
Правда, я уже подписалъ множество бумагъ, но большинство изъ нихъ безразлично, а остальныя я обязанъ былъ подписать по должности, хотя нравственно не отвчаю за нихъ, ибо достоврно еще не знаю, сдлалъ-ли я ими добро, или зло. Думаю, однако, что не сдлалъ ни добра, ни зла.
Моя жизнь въ настоящее время вся превратилась въ изученіе дла. Я занимаюсь этимъ и
Я знакомлюсь съ длами, съ чиновниками, съ постителями. И удивительно медленно на этотъ разъ въ моей голов, привыкшей къ быстрой работ, складываются опредленныя представленія и я даже не могу сказать, когда я начну, наконецъ, сознательно дйствовать. Долженъ признаться, что эта область жизни совершенно чужда моему уму и ему приходится сживаться съ ней. И пока — я здсь не существующая величина.
За то въ другой области я дйствую энергично, именно въ дл устроенія нашей предстоящей жизни. Казенную квартиру я не только осмотрлъ, но и изучилъ каждый уголокъ ея и съ академически серьезнымъ видомъ каждой комнат далъ подходящее назначеніе.
Квартира мн очень нравится и я нахожу, что казенныя квартиры для важныхъ чиновниковъ служатъ одной изъ главнйшихъ причинъ ихъ упорнаго консерватизма. Это слишкомъ хорошо для того, чтобы кому-нибудь хотлось покидать. Вдь покидать пришлось бы вмст съ лишеніемъ должности; это значитъ, — переселиться въ наемную квартиру изъ какихъ-нибудь пяти-семи комнатъ, — кому же охота?
Если бы я былъ властенъ, я всхъ чиновниковъ переселилъ бы изъ казенныхъ квартиръ въ наемныя, а освободившіяся помщенія отдалъ бы подъ школы. Сколько возникло бы прекрасныхъ школъ, которыя не могутъ возникнуть за недостаткомъ помщеній! Впрочемъ, я уклонился.
Тмъ не мене, такъ какъ я на это власти не имю, и казенныя квартиры остаются еще и вроятно очень долго еще будутъ оставаться въ распоряженіи чиновниковъ, то и я на общемъ основаніи устраиваю для себя казенную квартиру.
Самолично я заказалъ мебель, при чемъ примнилъ свой собственный вкусъ, но въ это время, разумется, думалъ о теб, стараясь, чтобы мой вкусъ былъ твоимъ; и вотъ ты посмотришь, хорошо ли я проникся твоимъ вкусомъ и достаточно ли понялъ его.
Сестра моя Лиза никакъ не можетъ понять, почему это я, заваленный государственной работой, занялся вопросомъ о мелочахъ квартирной обстановки? А я не объяснялъ ей. Хотя я замтилъ на лиц ея даже страданіе, тмъ не мене я былъ жестокъ. Мн не захотлось находить такъ далеко и это объясняется моимъ кардинальнымъ свойствомъ: душа моя совершенно не выноситъ контроля даже въ самыхъ малйшихъ мелочахъ. Сообщая ей, я долженъ былъ-бы разсказать ей и о план нашей жизни. А это значило-бы, что мн пришлось бы выслушать ея мнніе, какъ я думаю, едва-ли одобрительное. Я предпочелъ избавить и себя и ее отъ этого совершенно ненужнаго и непріятнаго занятія.
Торжественно сообщаю теб, что у меня уже есть мундиръ и вицъ мундиръ и что послднее произведеніе искусства я уже ношу на своихъ плечахъ, благодаря чему чиновники моего департамента значительно успокоились и въ глазахъ ихъ я уже не вижу такой тревоги, какъ въ первые дни. Первое же пока мирно виситъ въ шкафу.
Вообще все пока „мирно виситъ въ шкафу“. Я чувствую себя, какъ въ приготовительномъ класс. Съ Ножанскимъ у насъ происходить какая-то игра. Онъ, видимо, притаился и присматривается ко мн: кажется, ему начинаетъ открываться, что я далеко не таковъ, какимъ онъ представлялъ меня. Кажется, онъ думалъ, что я поступлю прямо
подъ его руководство и буду справляться у него о каждомъ предстоящемъ шаг. Но я ршительно ни о чемъ не справляюсь, я обхожусь безъ его помощи. Я самостоятельно роюсь въ томъ ворох матеріаловъ, изъ которыхъ мн предстоитъ создать что-то новое, и по отношенію къ нему я тоже „притаился“.Мы съ нимъ теперь очень рдко видимся.
Я нарочно избгаю его, такъ какъ при свиданіяхъ пришлось бы непремнно высказываться по вопросамъ, которые и для меня еще недостаточно ясны и излагать несозрвшія и не выношенныя мысли.
А мысли у меня самого разрушительнаго свойства. Департаментъ я нашелъ по вншности въ порядк, но съ моей точки зрнія въ ужасномъ вид. И какъ только я пріобрту полную компетентность, тотчасъ придется производить разгромъ.
Вотъ когда начнутъ проявляться мои враги. Теперь они, подобно фотографическимъ пластинкамъ, лежатъ еще въ камер-обскур. Но въ самомъ скоромъ времени на пластинкахъ начнутъ проявляться изображенія.
Въ виду всего этого, скажи Корещенскому, чтобы онъ уже укладывался и чтобы чемоданъ его всегда былъ на готов. Да и сама будь ко всему готова».
Лизавета Александровна, дйствительно, удивлялась очень многому изъ того, что происходило на ея глазахъ.
Въ гостинниц она была совершенно отдльно отъ брата. Ея номеръ былъ даже въ другомъ корридор. Это, правда, вышло случайно: въ тотъ день, когда они пріхали, не было рядомъ свободнаго номера. Но потомъ это такъ уже и осталось и даже оказалось удобнымъ. Въ особенности посл того, какъ Левъ Александровичъ вступилъ въ должность къ нему постоянно являлись служащіе съ кипами бумагъ и проводили у него по нсколько часовъ.
И съ первыхъ же дней ихъ пребыванія въ Петербург обстоятельства какъ-то такъ сложились, что Елизавет Александровн пришлось совершенно отдлитъ себя отъ брата. Онъ, правда, предложилъ ей познакомиться съ Ножанскими, куда онъ самъ въ первые дни здилъ и утромъ и вечеромъ, но она отказалась.
Она считала, что подобная торопливость въ знакомств можетъ только обременить Льва Александровича и даже повредить ему. И она съ первыхъ же дней завела обыкновеніе завтракать и обдать одна.
Въ ресторанъ она, конечно, не спускалась, ей сервировали въ номер. Она отъ этого нисколько не скучала. Она больше всего на свт любила свое собственное общество.
Брата она видла рдко, случалось даже, что не каждый день. Сперва онъ не бывалъ дома, а въ послднее время у него всегда кто-нибудь сидлъ. И въ это время въ номер у него происходили усиленныя занятія длами, такъ что она даже не позволяла себ входить туда.
Изрдка они обдали вмст въ ресторан и въ этихъ случаяхъ Левъ Александровичъ всегда торопился. Лизавета Александровна знала его манеру работать, въ особенности, когда онъ занимался какимъ-нибудь новымъ дломъ. Уже тогда отъ него нельзя было спрашивать любезности и вниманія. Онъ весь отдавался длу. Она знала это и прощала ему.
Въ незнакомомъ город оставаться всегда совершенно одной ей было немного тяжело, но она уже давно привыкла смотрть на свою жизнь, какъ на подвигъ ради великаго брата.
Къ тому же она, по своему, даромъ не теряла времени. У нея въ номер лежало нсколько справочныхъ книгъ, по которымъ она тщательно изучала Петербургъ. Она была здсь въ первый разъ.
Это было въ высшей степени основательное изученіе, — по плану, по участкамъ, по улицамъ и каналамъ, какъ урокъ географіи.
Отъ времени до времени она укрпляла свои новыя познанія «практическими занятіями», какъ она сама въ шутку называла это!