Невидимые

– Да, разумеется, - Бирюлев, вставая, взял соломенную шляпу со стола.

У входа ждала полицейская карета.

– Я арестован?
– пошутил репортер, однако сыщик оставался серьезен:

– Вы можете поговорить с актрисой прямо сейчас, если дадите слово, что пока не станете об этом писать. Тайна следствия.

– Большое спасибо!
– сердечно поблагодарил Бирюлев.

Карета неожиданно отправилась в район рабочих - царство тестя. Странно, что актрису решили разместить именно там. Но Червинский объяснил:

– У нас с тамошними медиками уговор о секретных преступниках.

Елена ждала в постели, привалившись спиной к подушкам. На стуле у изголовья сидел Бочинский.

Когда репортер вошел, они оба смеялись.

– Добрый день, господин Бирюлев, - актриса лукаво улыбнулась, вглядываясь в лицо гостя.

Он не нашел в себе сил для ответа, и просто молчал, пока не появился Червинский - тот раздобыл в коридоре стулья.

– Николай, попроси у сестры бумагу и чернила... или хоть карандаш.

– Не беспокойтесь - я все уже взял.

Расселись. Червинский достал листы, Бирюлев - свой вечный блокнот. Приготовились записывать.

– Душно, - Елена теребила узкий ворот белого больничного одеяния.
– Вы станете задавать мне вопросы?

– Да, если позволите. Начнем с самого начала, по протоколу.

С этой преступницей Бочинский был определенно крайне вежлив.

– Как вас зовут?

– Мария Степановна Лукьянова.

– Сословие?

– Мещанка...

– В каком году родились?

– В 1886.

– Состоите ли в браке? Детей имеете?

– Нет, нет.

– Род занятий?

– Актриса.

Бочинский долго расспрашивал Елену о вещах, не имевших для Бирюлева ровным счетом никакого значения. Репортер задумался о своем, и едва не пропустил смену темы.

– Чья это идея?

– Алекса! Только его! Он меня заставлял!
– патетично воскликнула Елена.
– Я должна была знакомиться с пожилыми господами. Они звали меня к себе, и, когда я приходила к ним в дом, он вламывался следом и убивал их. А потом забирал ценности.

– И что произошло бы, если бы вы отказались?

– Он бы убил меня, - всхлипнула актриса, прикрывая лицо.
– Угрожал, что так и сделает. И избивал. А я... я всего лишь приманка. Я... просто стояла рядом. Он меня использовал.

– Иванов намеренно забирал именно старинные вещи?

– Алекс говорил, что они хорошо расходятся.

– Выходит, что жертвы впускали вас сами - потому и не оставалось следов взлома.

– Все так. Уходя, Алекс захлопывал замки.

Увы: не на всех их них имелись пригодные для того механизмы. Замок на доме полковника Рябинина был иным. Однако его племянник Червинский лишь сосредоточенно водил карандашом по бумаге.

– Когда вы встретили Сергея Мефодьевича Бирюлева?

– Во вторник, 29 мая... Я хорошо запомнила, потому как в прежний раз это произошло накануне, 27-го. Я еще подумала, что теперь вынуждена сопровождать Алекса чуть ли не каждый день.

Во вторник? Но прислуга Аксинья сказала, что вернулась в понедельник - и обнаружила отца мертвым.

– Утром я пришла домой из театра, и нашла записку от Алекса. Там говорилось, что мы должны встретиться, как обычно, вечером, в восемь часов, в кафе "Якорь".

"Ты неправильно держишь" - прозвучал в голове голос скользкого рабочего - шпиона Червинского. Хозяин театра взял визитную карточку Бирюлева вверх ногами.

– Вечером я отправилась в кафе и увидела пожилого господина. Он пил один. Я подсела к нему, мы познакомились. Он назвался Бирюлевым и пригласил меня к себе... Ну, и когда я зашла - появился Алекс и убил его. Потом он собрал вещи и мы ушли.

– Вместе?
– не удержался Бирюлев.

– Да, - кивнула Елена.

Госпожа Беленькая сказала, что она села в ждавшую ее повозку.

– А как же дверь? Она осталась открыта.

– Кто-то появился на улице, и я поспешила.

– На улице? Кто-то вам подал знак?

Лицо актрисы исказила злая гримаса. Она на миг замялась, но нашлась:

– Нет. Алекс что-то услышал из дома.

Продажные полицейские и преступница договорились заранее. Они друг друга стоили.

И прямо сейчас убийца - уже признавшая вину!
– избегала расплаты.

Это сделала она! Елена! Бирюлев понял сразу, когда взглянул в ее безумные глаза. В тот первый миг актриса не обманула. Тогда она бы просто не смогла солгать.

Сборище отъявленных негодяев заставило сына убитого смотреть их гнусный спектакль.

– Каким образом Иванов убил господина Бирюлева?

– Ммм... Я не видела. Отошла и зажмурилась.

– Но других жертв Иванов задушил?

– Да.

– Все всегда происходило так? Каждый раз? Знакомство в кафе - дом жертвы - визит вашего спутника?
– спросил Червинский.

– Все верно. Так.

– Но как же госпожа Павлова?

– Она обладала необычными пристрастиями, если вы понимаете, о чем я, - без запинки ответила Елена.

– Знаете ли вы некую прачку по фамилии Митрофанова?

– О, конечно. Одна из помощниц Алекса.

– Догадываетесь ли вы, отчего стали жертвой человека по фамилии Лаптев?

– Да. Думаю, Алекс ему велел. В наказание за то, что я не соглашалась и дальше принимать участие в его делах.

– То есть, он вам угрожал, но вы все равно отказались?

– Так и есть. Это ведь большой грех!

– Значит, Иванов нанял Лаптева и Митрофанову... И вынудил вас. Он опасный преступник, уже много лет находится в розыске. Полагаю, после вашего рассказа вы в опасности, госпожа Елена. Мы возьмем под защиту, как свидетеля.

Бирюлев встал, едва не опрокинув стул, и вышел в коридор, пропитанный скверными запахами лекарств, боли и нечистот. Помедлив миг, он поспешил на лестницу, столкнувшись с сестрой в белоснежной наколке.

Какая подлая ложь!

В эту минуту репортербы охотно продал душу за то, чтобы видеть, как на тонкой шее Елены - а заодно и обоих сыщиков - затягивается петля.

***

– Алекс точно бывает в двух местах: в моих апартаментах и в театре "Париж", у сквера. Не слишком далеко от вашего участка, если я правильно помню.