Реки Вавилона

– Тогда сколько их? – поинтересовался он.

– Шесть оборотов Земли вокруг солнца, шесть ритуалов, все просто. В этих магических традициях часто встречаются повторы. Помните, я ходила в магическую библиотеку, чтобы найти описание подходящего ритуала? Я нашла его. Я давно уже знаю, что пытаются провернуть наши маленькие друзья-садисты.

Она не знала этого раньше – только не после первой атаки. Жертвоприношение на пароме было неожиданным и вместе с тем универсальным. Десятки культов могли использовать его для своих нужд. Однако было второе убийство, потом – третье, добавились знания об Алене, о Безымянных, и картинка сложилась.

Они пробивают дыру в пространстве, готовят дверь, через которую должны вернуться забытые боги. Разрушение, порожденное массовыми смертями, подобно удару кувалдой по каменной стене. Первый удар, как бы силен он ни был, не снесет стену, он лишь оставит трещины, мелкие или глубокие. Второй удар эти трещины расширит, третий, может, выбьет пару камней. Но нужно определенное количество ударов, чтобы стена окончательно поддалась.

В этом случае – шесть. Четыре поклона, каждой из стихий, которыми повелевают Безымянные, четыре вида энергии, четыре стороны света. Четыре жертвы принесены, осталось еще две.

– Те, кто познал истину, и те, кто уверовали, – сказала Андра. – Так было записано в книге ведьм. Понятия не имею, что это значит, так что на этот раз у нас нет сведений о методе убийства. Зато, если я правильно поняла, у нас есть подозреваемые. Теперь, когда я и Ник вернулись, хрен они от нас уйдут! Если они расслабились, принеся четыре жертвы, их ждет большой сюрприз – их победа была не так значительна, как они считали.

– Вообще-то, этот пожар не был их единственной победой, – тихо произнесла Полина.

Нужно было сказать им. Она сама отвлекла их, когда бросилась обнимать Доминика, сама заставила остановиться у входа на сцену, откуда они просто не могли увидеть тело Мириада. Но теперь они заметили…

Полина рассказала им все, что знала – а знала она немного. Его обнаружила полиция, прибывшая в амфитеатр, когда пожар потушили. Он отличался от других трупов: он погиб не в огне. Но глядя на его тело, Полина не бралась сказать, что именно стало причиной смерти.

Он всегда казался ей таким сильным, таким смелым – почти непобедимым. И судя по тому, как помрачнела Андра, так и было. Может, они с Мириадом не были друзьями – но они уважали друг друга.

– В этом мире не так много существ, способных за пару минут превратить в фарш охотника его уровня, – вздохнула она. – Да, он был простым человеком, но еще – фанатиком своего дела, в охоте это помогает. Он не жалел себя ради того, во что верил. Тот, кто сделал это, однозначно не человек.

– И не существо уровня Алены, – добавил Доминик. – Я сражался с ней. Она была сильна, но не слишком.

– С существом уровня Алены он как раз справился, – вмешался Сергей. – Он убил Глеба Горнова, его тело почти не обгорело, его уже опознали.

– Тот, кто это сделал, был сильнее Глеба и Алены, – пояснила Андра. – Это тоже трансмутация, но отличающейся от той, что была проведена в замке семь лет назад. Думаю, Мириад сцепился с их лидером. Тот, кто ведет переговоры с Безымянными, частенько получает от них подарки – силу, способную представлять их волю. Своего рода аванс, который заставляет его работать на них с особым усердием.

– Но если это не один из тех, кто был в замке, мы его не знаем, – мрачно напомнил Сергей. – Мы проверили все контакты Алены. Только три человека были связаны с ее прошлым – теперь осталось два.

– Это не они, – пожал плечами Доминик. – В замке мы нашли четыре черепа, чудовищ изначально было всего четверо, и они прошли одинаковую трансмутацию. Тут у нас нечто другое.

– И мы ничего не знаем об этом, – отметила Полина.

– Думаю, скоро узнаем.

Андра задумчиво обошла тело Мириада, изучая его и след, который он оставил на обгоревшей сцене. Похоже, когда нападавший отпустил его, он полз вперед. Полине не хотелось и представлять, что он чувствовал при этом. Но для чего идти на такие мучения? В напрасной надежде спастись?

Другой причины Полина не видела, а вот Андра считала иначе:

– Он спасал от огня глаза, и у него получилось. Похоже, он не верил, что нас могли убить так просто, и оставил нам подсказку.

Полине сложно было представить, какой силой воли нужно обладать для такого. Мириад знал, что умирает, его наверняка переполняли боль и страх. Любое живое существо на его месте извивалось бы от боли и молило о пощаде. А он каким-то чудом помнил о своей миссии до конца. Когда он умер, его голова достигла каменной арки. Огонь смог опалить лишь его ноги, пожарные успели вовремя.

– Хороший воин, – задумчиво проговорил Доминик. – Один из лучших, кого я знал. Со своими недостатками как человек, но охотник великолепный.

– Ты не обязан этого делать, если не хочешь, – напомнила Андра. – Но, думаю, он хотел отдать тебе свои глаза.

– Мы с тобой всегда казались ему меньшим из зол. Как считаешь, если бы не эта авиакатастрофа, он бы позвал нас с собой?

– Скорее всего. Он был фанатиком, но не дураком. Какая разница теперь? Мы уже не сможем ему помочь.

– Но сможем за него отомстить.

Доминик опустился на колени возле мертвого тела, осторожно провел пальцами по окровавленной голове, чтобы найти глаза. Он ненадолго замер, а потом резко стянул с лица тканевую повязку – в ней больше не было необходимости.

Ему удивительно шли светлые глаза мертвого охотника.

Глава 9

– Олег Вячеславович, к вам гостья, – раздался из динамика голос секретарши. – Она сказала, что вы ее ждете, но ее имя в моем списке не значится. Вы и правда кого-то ждете?

Судя по легкому презрению в голосе секретарши, она уже знала, с кем имеет дело. Ей приходилось выпроваживать этих дам с «назначенными встречами» чуть ли не каждый день: торговых агентов, представительниц правозащитных организаций, жен уволенных им сотрудников. Все они были бесполезны, разговоры с ними лишь отняли бы у него время и нагнали бы на него скуку. Поэтому Олег и нанял секретаршу, способную работать надежным фильтром между ним и этими ничтожествами.

– Как ее зовут? – спросил он, хотя наперед знал, что это имя ему ничего не скажет. Он не назначал на этот день никаких встреч.