Западня
Шрифт:
Танцовщицы сбились в кучку на сцене. Они переглядывались, перебрасывались испуганными репликами.
Бри, знакомый подавальщик, мелькнул за спиной господина. Несмотря на грузную фигуру, тот мгновенно развернулся, схватил его за шиворот и приставил к горлу нож.
— Где мой медальон! — завопил толстяк.
— Я его не брал, — перепугался Бри.
Он побелел как молоко, покрылся потом от страха.
— А почему бежал?
— Я ж тут на побегушках, вам вино нес, — пролепетал едва слышно юноша.
Он показал на перевернутый кувшинчик, из которого
«Вот это попала!» — мелькнула у меня мысль. — Пора ноги отсюда делать.
Я сместилась в сторону кухни, стараясь двигаться медленно и плавно, чтобы не привлекать внимания, а потом бросилась к дверям. Но, увы, опоздала. Охранники толстяка перекрыли все выходы из таверны.
Тогда я метнулась к Одноглазой.
— Госпожа Лутеция, мне надо бежать, меня тетка убьет!
— Стой здесь, Лили, видишь, что творится! Пока не найдут пропажу, никого не выпустят из таверны. Но кто посмел?
Она огляделась и бросилась к работникам. Я побежала следом — сзади есть вторая дверь, — но ко мне кинулись охранники свата с пиками наперевес.
— Пустите! — заверещала я. — Я тороплюсь!
— Показывай корзинку!
— Вот еще!
Но корзину выхватили из рук, вывалили на пол все содержимое. Я смотрела на рассыпавшиеся пакетики и медленно закипала от злости.
— Слепые, что ли? Медальон тяжелый, а у меня только травки.
— А это что?
Страж вытащил комок влажных дрожжей, завернутый в тряпку, быстро раскрыл ее, и дрожжи вывалились в пыль.
— Да что б вас!
Я кинулась к брикету, но страж опередил меня и наступил на него сапогом, еще и каблуком размял. Дрожжи распались на комочки, и это стало последней каплей. Я нагнула голову и пошла на таран.
Врезалась со всей дури в живот охранника, он только хрюкнул и согнулся пополам.
— Получил! — завопила я.
— Так им! — закричал подавальщик Бри. — Врежь им, Лили!
Но торжествовала я рано. Второй охранник схватил меня за косу и поволок к господину.
— Ваше благородие, эта нищенка…
Он дернул меня за волосы, заставил поднять голову. Я содрогнулась, встретившись взглядом с красными глазами бешеного быка — так сейчас выглядел господин. Его лицо побагровело, кожа залоснилась, казалось, еще миг и его хватит кондрашка.
— Это она украла?
— Не знаю, но ведет себя подозрительно.
— Обыщите!
Стражи накинулись на меня, как коршуны: ощупывали, дергали за одежду, один даже попытался задрать тунику. Я сопротивлялась, как могла, наконец не выдержала и закричала:
— Стойте! Я найду вам вора!
— Да-да, — поддержали меня работники таверны. — Лили может.
— Отпустите девчонку, — приказал сват.
Он огляделся, помощник тут же поднял стул и подставил его под внушительный зад господина. Тот сел. Все замерли в ожидании.
— Этот растоптал мои дрожжи! — заупрямилась я. — Не хочу вам помогать!
— Хозяйка! — завопил господин.
Одноглазая Лутеция тут же притащила новую плошку с дрожжами, поставила ее в корзинку и посмотрела на меня умоляюще. Я ее понимала: скандал
на весь день испортит продажи, если вообще стражники не закроют таверну.— Дайте мне несколько минут.
Я закрыла глаза, вспоминая мелкие детали, отложившиеся в мозгу, и представляя, кто мог выкрасть медальон, который сват охранял так ревностно.
«Думай, думай!» — приказала себе.
Так, когда Глория тянула свата танцевать, медальон еще был на месте, господин нащупывал его на ремне. Значит, он пропал в последние десять минут, когда я забирала дрожжи.
Что же было в это время?
Перед глазами понеслись картинки.
Пробежал подавальщик с блюдом рыбы, другой принес похлебку и поставил на соседний стол. Господин не вставал с места, все работники таверны крутились вокруг него.
А потом…
Меня отвлекла Лутеция, которая принесла дрожжи. Именно в этот момент…
— Ну, что? — подгонял меня господин.
Я протянула ладонь:
— Покажите мне ваш ремень.
Сват тут же снял пояс и подал мне. Я разглядывала основание места, к которому крепился медальон. Это был круглая металлическая оловянный кружок с выемками, в которые вставлялись выступы медальона.
В целом, устройство походило на крепко защелкивающуюся секретную коробочку из двух частей. Внешне она выглядела как грубое украшение, но в то же время внутри можно было спрятать что угодно.
А вот что хранилось там, я не знала.
Просто так вытащить медальон было невозможно, но по краям виднелись едва заметные царапины. Я быстро огляделась. Со своего стола господин все сбросил на пол.
А соседние?
Рядом находился накрытый стол. На нем — дымящаяся похлебка.
Нетронутая.
Я бросилась туда, все столпились за спиной. Потянула носом — мясо и грибы, оловянная ложка чистая, следов повреждения нет.
— Кто сидел за этим столом? — закричал сват.
— Приезжий господин, — испугалась не на шутку Одноглазая. Еще бы! Ее бизнес разваливался на глазах. — Но он расплатился и ушел еще до кражи.
До кражи? Скорее всего, до обнаружения кражи.
— Это он! Ищите! Держите вора!
Два стражника вылетели из таверны.
— Нет, это не он, — покачала я головой.
— А кто же?
Я подняла руку с намеком: не мешай! В таверну ворвались убежавшие за вором охранники, они притащили гостя, невысокого молодого человека. Он держался с достоинством, не показывал ни грамма страха.
Я мгновенно окинула его взглядом: аккуратный, чистенький, но жирное пятно на рукаве. Непорядок!
— Это не он. Но он помогал.
— Что ты мелешь? — возмутился гость, впервые дрогнув красивым лицом.
— Обыщите его! — заверещал господин.
— Погодите, — я посмотрела на свата. — Когда вы сидели, ваш большой живот закрывал ремень. Чтобы увидеть медальон, вас нужно было поднять…
— И-и-и?
— Это сделали танцовщицы.
— Чт-о-о-о? Взять их!
Стражники схватили девушек и притащили их в центр зала. Бесцеремонно они осмотрели их, но медальона не нашли.
— Ты издеваешься?