Крестоносцы
Шрифт:
– Чем докажешь правоту свою?
– усомнился в его словах человек.
– Я помолюсь, - спокойно ответил Иисус и начал молиться при всех
Люди, обращая на это внимание, обошли кругом его и стали кольцом.
Иисус, не поднимая головы, читал вслух молитву и воспротягивал руки к небу, обращаясь непосредственно к Отцу своему.
На небо в такой утренний час вдруг набежали тучи, и вовсю разразился гром небесный.
Люди в страхе начали убегать кто куда, оставив на площади молящегося, его мать и человека, приведшего племя сюда.
И к великому диву всех в центре не было дождя, а стояли выше оглашенные вне его
И главный подивился этому, и еще больше подивился, когда увидел из рук молящегося тянущиеся к небу тонкие струйки солнечного желтого света, а над головой его золотое кольцо.
Примечание автора
В каждой молитве есть своя сила.
А каждая исповедь - это и есть молитва.
И именно этому учил Иисус, совсем не предлагая лично свою, опережающую других во многом позицию в отношении самого Бога или Отца его.
Он учил исповеди души и учил канонам той самой исповеди, но никак не настаивал на своем выражении того же и тем более, не принуждал к делу тому всех иных.
Таким образом, на свет появилась сама молитва – как способ очистки своей самостоятельной души, но, к сожалению, в интерпретации времени это сложилось совсем по-другому и попросту переросло в каноны или заученные наизусть, ни к чему не обязывающие слова, фразы, словосочетания.
Это первопричина слабой победы души над телесностью, ибо во всем был утерян сам смысл происходящего или производимого самим человеком деяния.
Были и другие ошибки, а за ними последующие.
И в итоге сама вера приобрела смысл последующей, то есть по следу идущей бессмысленно или с совсем малым того вложением.
И извлечь ту самую последовательность просто нет возможности, ибо для того потребовался бы приход Христа вновь, что, естественно, для многих уже сейчас просто наказуемо.
Но не будем терять надежду и подождем немного. Что скажет по тому сам Бог или Отец его.
Пока же пойдем далее по следу Христа, так навсегда и оставленному им самим на Земле в силу состоявшегося собственного величия истинности самой души...
ПРОДОЛЖЕНИЕ…
Тут же человек упал на колени и стал просить его о прощении.
– Нe надо меня просить, - сказал ему Иисус, - я ведь не бог, хотя стану им опосля. Надо просить Отца моего, хранителя небесного, и он отведет это в сторону.
Сказав так, Иисус снова принялся усердно читать молитву вслух, а за ним повторяли ее мать и человек, имя которому било Моисей
из роду Давыдова того же племени.Спустя время дождь прекратился, и на небо взошло яркое солнце.
Набежал ветер и унес тучи подальше от них. На площадь снова начали сходиться люди и, подходя ближе, опускались на колени и молились, протягивая руки к небу и прося о своем прощении.
Моисей, поднявшись и подняв Иисуса, сказал, обращаясь ко всем:
– Люди. Это агнец божий, посланник бога нашего и единого во всем свете. Он прислан нам во благо и спасет мир от общей погибели. Рядом его мать, дева Мария, ниспославшая нам радость великую и благоуханную. Помолимся все, люди, и попросим у бога прощения за грехи наши плотоядные и за осквернение имени его в устах наших.
И они опять начали молиться, протягивая руки к небу и обращаясь вверх лицом.
Иисус говорил слова, а они повторяли. Он вселял в них веру и осуществлял спасение их душ в лице дня настоящего и злободневного.
Люди слушались его и повторяли сказанное. Они молились и обретали веру в бога единого и святого духа, его превозносящего на небеса.
И им становилось немного теплее в лучах искрящегося солнца, ибо внутри подогревало что-то другое, ранее не взойденное и не допонятое ими самими.
То было добро или первые искринки его в очерствевших сердцах ихних. Оно попыталось взойти больше и исповедать тяжесть греха ихнего.
Иисус Христос вместе с матерью своей были приняты их же племенем и воспеты, как и надлежит в порядке этому преподносящемся.
И снизошла тогда на землю их милость господня. Трава воспряла и создала новые пастбища, деревья в долине окрепли и дали свои плоды.
Зерно, брошенное в лето, взошло и околосилось, дав хороший урожай и утолив их жажду по хлебу насущному. Сказал тогда Моисей, завидев это чудо:
– Бог наш всеединый и могучий. Чудо твое лежит в сердцах наших. Благодарим тебя за ниспослание к нам на землю сына твоего, агнеца божьего. Воистину, верим тебе и любим, яко ближнего своего и воспрепятствуем любому злу, ниспосылающемуся другими. И помнить доброту твою, и содержать в сердцах своих будем. Сына твоего не обидим и не оскорбим имени его, и мать его также. Спаси нас, боже, спаси и помилуй нас всех.
Так прошел год и даже чуть больше.
И в лето следующего года Иисус, обратившись к людям, сказал:
– Знаю, сила ваша в вере своей непреклонна. Но велел Отец наш великий проверить ее в страданиях, кровью и потом омытых. Требует он исполнений от нас всех чуда великого. Пройти к местам прежним нашим и упоить землю ту слезою прощения своею. Здесь же, останутся те, кто помале и чуть старше самых ходячих, и будут дожидать нас в вере своей неотступно. А поведу вас я за собою. Верите ли мне, люди?
– Верим, агнец божий, - хором колыхнулся воздух и вознесся вверх.
– Тогда, пойдемте, - обратился снова Иисус к людям, - и да, будет путь наш многовечен и опосля понят и воспринят всею душою. Помолимся, братья и сестры мои, пред большою дорогой и обретем еще веру в силу свою и отвагу.
Сказав так, Иисус стал на колени и протянул руки к небу. Из его уст начала вытекать молитва, обращенная к богу от самих людей.
Люди последовали его примеру, и вскоре вся округа была наполнена их миросовершенством, ибо, молясь, они издавали больше тепла и света, и не сохраняли в сердцах всякую лють, препятствующую всему этому.