Серпентарий
Шрифт:
Нура вернулась, переодевшись в сарафан. Она ненадолго застыла в проходе, давая ветру шевелить подол, заканчивающийся чуть ниже колена. Ткань обхватила тело в свои объятия, идеально подчеркивая грудь и талию. Русые волосы покачивались в такт сквозняку, а юбка раздувалась, делая бедра еще пышнее. В это мгновение, остановившись на полпути, очерченная утренним теплым светом, ласкаемая порывами воздуха, Пташка выглядела так, будто еще немного – и расправит крылья, взмоет вверх к кронам деревьев…
Уроборос заметил, как серые глаза прочертили узор по его телу, оглядывая плечи и торс. Щеки Нуры порозовели, и она отвернулась, опуская
Войдя обратно в комнату, Уроборос застал Нуру, тревожно вглядывавшуюся в окно и ежившуюся от прохладного дыхания Великого леса, которое ощущалось в Башне куда острее, чем в городе.
– Ты готов говорить? – робко спросила Пташка.
– Тебе холодно. Надень худи. – Заполучить еще один предмет одежды, который будет пропитан запахом Пташки? О! Настоящий приз!
– Все нормально.
– Да? – Губы расплылись в ухмылке. – Ну тогда спасибо.
– За что?
– За вид. – Уроборос выразительно опустил взгляд на ее грудь. Ткань идеально очерчивала округлости и не скрывала бугорки затвердевших сосков.
Пташка что-то пискнула, прикрываясь руками, а он жадно уставился на ее покрасневшее от смущения лицо. Дразнить ее – сплошное удовольствие. Почти такое же, как трахать пальцами…
Нуре ужасно хотелось чем-нибудь огреть противного Змея, который издевался над ней и даже не пытался сделать вид, что не наслаждался ее стыдом. Она и так готова была провалиться в недра материка прямиком в тюрьму Морока, лишь бы не встречаться с нефритовыми глазами.
Она позволила ему чересчур много, хотя и не собиралась. Все из-за очередного дурацкого сна, в котором Уроборос истязал ее своими ласками. И не сразу удалось понять, когда пошлый сон обернулся пошлой реальностью. Что Нура могла сказать точно, так это то, что пальцы Змея побывали внутри нее, растягивая влагалище. И она соврала бы самой себе, если бы не признала, что это было слишком приятно. В какой-то момент ей почудилось, что он вот-вот окажется сверху и займется с ней сексом по-настоящему. И тогда Нура бы не стала сопротивляться…
Думать об этом сейчас, придя в себя от порочного пробуждения, было странно. Разум снова и снова подкидывал аргументы, почему нельзя подпускать Уробороса. Нура изо всех сил старалась держаться за них, напоминая снова и снова, что он преследовал ее, что он едва ей знаком, что он опасен, но… Наглый шепоток внутри напоминал об информации, которой поделился Змей, о том, что он уже дважды спас ее…
– Гад ползучий! – Привычные ругательства отвлекали от противоречивых мыслей.
Нура натянула худи поверх сарафана, радуясь длине юбки и тому, что в пакете нашлись и стринги. Почти такие же, какие когда-то забрал Уроборос… А он все еще стоял слишком близко!
Нура поспешила увеличить дистанцию и уселась в кресло, лишь бы отдалиться от полуголого Уробороса. При свете дня его тело выглядело еще привлекательнее. Широкие плечи, четко очерченный пресс и косые мышцы, уходившие под пояс штанов… На мускулистых руках – татуировки, которые вдруг начали что-то напоминать… Нура не могла отвести взгляд от них и от узора вен под ними…
– Молитвы к Маан-Маан, – пробормотал Змей, заметив ее взгляд и потирая извивающиеся надписи.
Вот
что они напоминали! Мельком увиденные в Доме богини слова, вырезанные на статуях.– Может, ты оденешься?
– Мне не холодно, – ощерился Уроборос.
Ну что за привычка светить телесами? Щеки тут же запекло от воспоминаний о том, как Нура сама раздевалась перед ним.
– Ты не заболела, Пташка? – вкрадчиво поинтересовался Змей.
– Нет.
– М-м-м, значит, горишь от желания?
– Не дождешься!
– Правда?
Ложь. Он и сам знал, ведь она уже горела под его прикосновениями…
Уроборос двинулся вперед нарочито медленно, плавно. С каждым шагом сердце Нуры билось все быстрее. Она вжалась в спинку кресла, когда Змей оперся руками о подлокотники, наклоняясь к ней и запирая в своеобразной ловушке. Мятное от зубной пасты дыхание защекотало губы.
– Разве твой спаситель не заслуживает поцелуя?
– Ты меня преследовал, подглядывал за мной, пробирался в мой дом. Ждешь поцелуя? Да ты псих! У тебя точно душевная болезнь!
– А ты собираешься вылечить меня? – Уроборос оскалился. Его раздвоенный язык провел по губам Нуры. – Или насладишься последствиями «болезни»?
Внизу живота снова закручивалось возбуждение.
– Ведь, будем честными, Пташка, ты уже наслаждаешься этим. Я одержим тобой, – Змей звучал мягко, но после сна его голос оставался хриплым, сексуальным, – и тебе это нравится. Ты уже целовала меня. Вспомни, моя сладкая Пташка…
Голова закружилась. Одна ее часть жаждала позволить Уроборосу делать с ней все, что он захочет, а другая с криками носилась где-то внутри, объявляя тревогу. Потому что нельзя плавиться под ласками и забывать о том, что он опасен.
– Хочешь поцелуя? Поцелуй меня в з… – Нура проглотила реплику, решив, что со Змея станется повторить «подвиг». – Отвали!
Он расхохотался, отстраняясь.
– И я сказала, что нам нужно поговорить, ты помнишь?
– Все, что касается тебя, моя дорогая Пташка, я не забуду никогда.
Нура фыркнула, скрещивая руки на груди и пытаясь сосредоточиться.
– Ты в курсе, кто меня похитил?
– Еще бы. Агенты Службы.
– Я… Я слышала, там был Лерос.
– Да, но неуважаемый господин Гаинх не затевал этого. Это была инициатива другого.
– И для чего?
– Моя умная Пташка и так догадывается, разве нет?
– Информация… Ты знаешь, что моя сестра спрятала?
– Верное направление. Штука в том, что никто не знает, что конкретно она спрятала. Тот, кто ее убил, – идиот. Ну или…
– Что?
– Или смерть Кеи – случайность.
– Это не могло быть случайностью! – осадила Нура.
– Я предполагаю, как и моя милая Пташка. В любом случае твоя сестра многое знала, но доказательства… Были ли они? Этот вопрос мучает всех вокруг. Каждому мнится, что госпожа Кея Йон успела нарыть информацию обо всех тайнах, но так ли это? Никто не знает.
– Значит, все ищут, как в сказке, «то, не знаю что»?
– Примерно так.
Следовательно, нет уверенности, что у сестры остались зацепки, которые выведут на убийцу. Возможно, кто-то просто решил, что у нее на него что-то есть, и убил ее, но… Зачем? Не проще было сначала найти документы? Или этот кто-то нашел, а теперь скрывался? Нура с подозрением уставилась на Змея. Тот, закончив говорить, наконец натянул одну из футболок.