Спасибо. Вы смогли...

все никак не мог сообразить, где видел его раньше.

Здравствуйте, дяденька. Кто вы, откуда? И чем вам помочь? — отозвался паренек, чуть растягивая слова. Только это и указывало на то, что он был не- скольконапряжен.

Понимаешь, я совсем заблудился тут. Бесконечно долго плутаю по лесу. Подскажи, пожалуйста, какой здесь ближайший населенный пункт? Какое число сегодня? Да и вообще, как звать-то тебя? — издалека начал я прояснятьситуацию.

Мальчик чуть прищурился, склонил голову набок, недоверчиво разглядывая меня, затем протянул:

Странный вы какой-то. В Краснодоне мы, в лесу загородном. Сегодня воскресенье, первое ноября! Мо- жет, вам еще и год назвать? — мальчик еле заметно улыбнулся, из-за чего выражение его лица стало хит- роватым. — Так вот, год нынче сорок второй. А зовут меня Радик. Теперь и вы расскажите. Кто вы? Откуда? А то, сами понимаете, время сейчас непростое…

Валерий, — представился я, протянув пареньку правую ладонь. Сомнения все еще не покидали меня, а поэтому на всякий случай решил уточнить: — Ты уверен? Ничего не перепутал? Ну, насчет даты.

Впрочем, действительность становилась все более понятной, словно свои места находили разбросанные кусочки мозаики: чужой лес, старая одежка парень- ка — такую в наше время даже в самой глубинке не найти, его немного непривычный для слуха говорок… Да и лицо Радика наконец всплыло в памяти. Имен- но таким оно и изображалось на фотографиях сайта

«Молодая гвардия».

Нет, не перепутал. Я в своем уме, — усмехнув- шись, ответил мальчик и протянул мне в ответ свою детскую ладошку. После рукопожатия он добавил, разглядывая меня: — А вы, видимо, не местный? Нигде вас раньше не встречал. И одежда странная какая-то у вас.

Нет, не местный, но тебя хорошо знаю. И фами- лия твоя Юркин, так? — допытывался я, предполагая, что вот теперь парень поразится по-настоящему. И оказался прав. На одно мгновение невозмутимость

слетела с его лица, уступая место плохо скрываемому удивлению, смешанному с недоумением.

Откуда знаете? Кто вы? — Радик снова выглядел спокойным, однако изумление по-прежнему читалось в его глазах.

Это очень долгая и сложная история, — начал я свой рассказ, осторожно подбирая слова, чтобы не спугнуть мальчишку и попытаться войти к нему в доверие. От Радика сейчас зависело очень многое, а потому я должен был сделать все, чтобы он согласил- ся помочь мне. — Скорее всего, прозвучит это странно, да и толком объяснить сейчас вряд ли смогу, но я мно- го знаю про тебя, твоих друзей. И мне нужно кое-что рассказать вам. Кое-что очень и очень важное. Мог бы ты, например, устроить встречу с Олегом? Я про Кошевого. Постараюсь доказать вам, что свой и что доверять мне можно. Потом принимайте решение.

Я не понимаю, о чем вы говорите, Валерий. Но с Олегом я знаком, да. Могу передать, что поговорить хотите, — может, он сообразит, что за дело у вастакое. Только сейчас на улицу все равно выходить нельзя. Комендантский час, — Радик ни словом, ни жестом не показывал того, что понимает, о чем идет речь, или того, что обеспокоен этим фактом. Он даже и не думал говорить что-то секретное. Профессионализм конспирацииудивлял.

Радик, послушай: идти мне совершенно некуда, а в город нельзя, ты же понимаешь. Как вы умеете ночами патрули обходить, тоже знаю. Ты же домой идешь сейчас. Так что давай договоримся с тобой: я здесь подожду. А ты позови Олега. Это очень важно.

Для вас в первую очередь, — я тоже старался изъяс- няться без подробностей. И, похоже, это сработало.

Холодно уже, дядя Валера, я пойду. Кошевому про вас расскажу. Что он на это ответит, не знаю — но поговорю. До свидания, — сказал паренек и, попрощав- шись, быстрым шагом, не оглядываясь, направился дальше, волоча за собой нагруженные санки.

Радик! Жду вас именно здесь. Учти, идти мне дей- ствительно некуда, а в лесу прохладно, — с надеждой окликнул я его напоследок. Вскоре мальчик скрылся из виду, звук его шагов затих, а на лес вновь опусти- лась тишина, нарушаемая лишь моим дыханием.

Что произойдет дальше, можно было только пред- полагать. Встреча для Радика, наверное, выглядела более чем странной. Непонятный дядя в неестествен- ной для сорок второго года одежде с настораживаю- щими разговорами. Просит позвать Кошевого, одного из руководителей подпольной организации. Причин верить мне действительно не было. Но думаю, что далее происходило примерно следующее.

ГЛАВА 8

Улицы города пустовали, темные и безмолвные. В занавешенное окошко дома Кошевых тихонько по- стучали — аккуратно, условным стуком. Сигнал был необходим: во время комендантского часа никто не смел показываться за дверь, а порой важные новости приходили глубокой ночью, и их по цепочке срочно нужно было передавать. На звук выглянула стройная темноволосая женщина лет тридцати пяти, кутая тонкие плечи в серую шерстяную шаль, наброшенную поверх одежды. Выглядела она очень хорошо, норано появившиеся морщинки тревоги уже залегли тонкой сеточкой в уголках красивых карих глаз, из-за чего лицо ее казалось усталым и изможденным.

Добрый вечер, Елена Николаевна. Мне Олег ну- жен, это срочно! — прошептал притаившийся в тени у окошка паренек.

Радик, ты? Здравствуй. Уже и не вечер, ночь на дворе… Забегай скорее в дом, пока никто не увидел, не дай Бог. Проходи, — ответила женщина и тяжело вздохнула.

Мальчик, торопливо скинув в сенях ботинки и стараясь не топать, прошмыгнул в комнату Олега.

Кошевой сидел, склонившись надписьменнымстолом, и что-то внимательно рассматривал. Между пальцев он вертел простой карандаш — жест этот выдавал его волнение. Завидев паренька, он широко улыбнулся, явно успокаиваясь, и сходу выпалил:

Ну наконец-то, Радик! Я уж и забеспокоился.

Почему так долго? Что удалось узнать?

Приключилось кое-что, слушай. Весь маршрут по лесу не встретил никого, абсолютно. Снег только выпал, просматривается земля хорошо — ни единого следа нет. Давай на карте покажу, — Олег кивнул, доставая расчерченный лист из потайного уголка своего стола. Радик тоже склонился над картой, водя указательным пальцем над шершавой поверхностью бумаги: — Вот этот квадрат исследовал полностью.

В этот момент в дверном проеме появилась Елена Николаевна.

Ребят, может, вам чаю сделать? — устало прошеп- тала она, прислонившись плечом к дверному косяку и глядя на них с затаенной тревогой и тоской.

М-мамуль, нет, спасибо. Извини, нам посекрет- ничать немного нужно, — едва заметно заикаясь, от- ветил ей сын. Женщина понимающе кивнула и, мягко ступая, вышла из комнаты. Радик продолжил:

Так вот, я уже обход закончил и собирался из лесу выходить, когда мне встретился очень, очень странный тип.

Паренек во всех подробностях и деталях описал неожиданную встречу и, подводя итог, добавил:

Олег, он знает и тебя, и меня, очень настаивает на немедленной встрече с тобой, утверждает, что свой,

хотя я ни словом, не жестом, ни намеком не показывал ничего. Был обычным заблудившимся мальчишкой, как договорились. Выдать себя ничем не мог. А он го- ворил так, будто совершенно точно уверен в том, кто мы и чем занимаемся на самом деле. Все это подозри- тельно и может быть опасно. Что решаешь?

Да, дела… — Кошевой нахмурился, потирая под- бородок, затем пододвинул карту поближе к Ради- ку: — Где именно он ждет?