Театр
Шрифт:
Донья Хуана
Сколько вы господ имели?Караманчель
Да, скажу я вам, господ Я имел, и в изобилье. Больше вряд ли Ласарильо, Что из Тормеса, [335] начтет. С месяц так я был слугою У врача — бородача. Вислогубый был, хотя И не немец. Он с собою Запах амбры приносил, Горгоран и бархат алый; [336] Много книг, а знанья мало; [337] Зачерствелый, — он мне был Неприятен, хоть довольно Он платил мне, но всегда Эти деньги без стыда Добывало — вспомнить больно — Званье доктора ему. Я удрал — не стало б хуже. [338]335
Ласарильо с Тормеса — герой старейшего из «плутовских романов», автор которого неизвестен. «Ласарильо с Тормеса» явился первым образцом широко развившейся в Испании формы «плутовского романа», представленного Кеведо и другими авторами. Герой романа Ласарильо — слуга, вечно одурачивающий своих господ.
336
Он с собою запах амбры приносил, горгоран и бархат алый. — В подлиннике: «надушенные амброй перчатки, горгоран, бархатные туфли, напомаженный». Горгоран — шелковая ткань черного цвета, из которой врачи того времени делали себе костюмы. Щегольские кожаные вещи (кошельки, перчатки) пропитывались амброй.
337
Много книг, а знанья мало. В подлиннике: «галеновых книг». О Галене см. примеч. 344.
338
Я
Донья Хуана
Эти деньги почему же Были так дурны?Караманчель
Тому Тьма причин. Во-первых: знал Он четыре афоризма, Текста два, три силлогизма, С ними весь лечил квартал. Нет науки, чтобы боле Требовала всяких книг, Нет людей, что меньше б их Занимались. Наши доли В их руках меж тем. Они Заглянуть не успевают В книги; день не приседают. Проводил мой доктор дни Так свои: восстав, сначала Завтракал; съедал один (Как старинный христьянин) [339] Свой старинный ломоть сала И, запив медикаментом, [340] Некоей водой невинной, А вернее молвить, винной, Рыскал по своим пацьентам. Бьет одиннадцать… Любезный Друг мой, ты подумай сам: Мог ли к этим он часам, Если не был он железный, От урильников устав И фистул, за Иппократа [341] Приниматься тотчас, свято Чтя врачебный свой устав? Нет, теперь он кушал олью, С ней говядины кусок, И, покушавши, часок Он играл в пикет иль в полью. [342] Било три, и доктор мой, В толкотню, не медля лишка; Я — чурбан, а он — мартышка. Приходили мы домой Только к ночи. Сон гоня, Будто совестливый, брался Он за книги и старался Что-нибудь урвать от дня Для просмотра толкований Расисов и Ависен. [343] Но как только наш Гален Пять прочтет иль шесть названий. Как уже Эстефания Донья примется кричать: «Надо доктору сказать, Леонор, Инес, глухие, — Мясо стынет!» Он поет: «Звать меня нельзя на ужин, Для занятий срок мне нужен, Пусть сеньора подождет; В крупе сын одной графини, Генуэзка же, что с ней Так дружна, всего верней В жесточайшей скарлатине, А беременна. Пускать Кровь больной? Как знать — опасно. С Диоск'oридом [344] согласно, По Галену надо ждать…» Госпожа, ворча сердито, Входит в комнату: «Сеньор, Прекращайте разговор! Вы довольно знамениты. Вашим знаньям ваш доход От больных не отвечает. А здоровье ваше тает От томительных работ. Вы Галенов к чорту бросьте, Развлекитесь от больных; Пусть десятка на два их Будет больше на погосте, — Вам-то что…» Тогда подняться С кресла доктор поспешал; Тексты мертвых порешал, Чтоб среди живых заняться; Кушал ужин, не вкусив Корня лекарских теорий; Брал на первое цикорий. На последнее — олив. И улегшись нагруженный, С самой утренней зарей Посещенья доктор мой Начинал, без книг ученый: Пациента осмотрев, С шуткой, случаю приличной, Он писал рецепт обычный, Ни на миг не оробев От незнанья, и одними «Выраженьями» своими Напускал такой дурман, Что вводил их всех в обман. «Да, болезни вашей ход На ладони; нет загадки: Ипохондрия, припадки, [345] И, сеньора, в легком гнет. Чтоб прозрачную мокроту Удалить и млечный сок, В нем застрявший, нужен срок. (А главнейшую работу Совершит природа.) Здесь Вам алк'eрмес, [346] принимайте, Этим печени давайте Вещество, что боль и резь Снимет…» Доктору дублон За совет совали в руку И, хваля его науку, Говорили: «Соломон!» Четырех больных имея, Что страдали животом, Он достал старинный том (Верь мне, лгать я не посмею) И оттуда он списал Промывательных четыре. С совестью своею в мире В важный дом рецепты взял; Там, назначивши диэту, Из запаса вынимал Он одно, и выдавал, Говоря: «Поможет это». Ваша милость пусть рассудит: Мог к наживе путь такой Не претить мне? В час благой Я решил: довольно! будет!339
Как старинный христьянин. — В подлиннике: cristiano viejo — лицо, чистота крови (см. примеч. 317 — Эзгева) и вера которого удостоверены; завтрак (свиное сало, вино) состоит из того, что запрещено по религиозному закону евреям и магометанам.
340
Запив медикаментом. — В подлиннике: letuario (искаженное electuario — медицинский сироп) — метафора, которую Караманчель поясняет слышанным и своеобразно им переделанным латинским выражением aqua vitis (вм. aqua vitae), которое он тут же переводит на испанский язык (que es de vid — «из лозы»): «вода из виноградной лозы», чтобы не оставалось сомнения в смысле каламбура (Б. К.).
341
Иппократ — древнегреческий врач и ученый (450–356 до н. э.), один из основателей медицины (В. П.).
342
Играл в пикет иль полью — карточные игры; в подлиннике: cientos о polla. Cientos («сотни») — игра, в которой выигрыш дают сто сделанных очков, как в пикете. Polla — любимая игра испанцев в XVII веке (Б. К.).
343
Расис и Ависена — латинизированные имена двух знаменитых арабских медиков X и XI веков, оставивших трактаты по медицине: «Ар-Раси» и «Ибн-Сина» (В. П.). Медицинским предписаниям Ависены посвящена целая поэма Франциско Вильябоса (1498), который сам был врачом.
344
Педаний Диоскорид (I век н. э.) — древнегреческий врач и ботаник, автор дошедших до нас пяти книг по медицине. Клавдий Гален (131–210) — древнегреческий врач, автор сочинений по медицине.
345
Ипохондрия, припадки. — В подлиннике: flatos — «ветры».
346
Алкермес (от арабского kermes — кошениль) — медицинский сироп, возбуждающий деятельность сердца, составлявшийся из порошка розы и других цветов, толченого коралла, жемчуга и кошенили (Б. К.).
Донья Хуана
Малый с совестью! Каков!Караманчель
Вслед за этим я нанялся К адвокату, что являлся Адвокатом кошельков. Он сердил меня: часами Ждут клиенты без числа, Чтоб взглянул на их дела. Он же возится с усами, Подвивая их… Ей-ей. Так его и взгрел бы палкой! Вечно этой «завивалкой» — В форме щипчиков — своей Бороде остроконечной Придавал он яркий лоск, Будто главное — не мозг, А помады дух аптечный! Я ушел: от их ума Альгвасилы богатеют; Над законами потеют, А в делах ошибок тьма! Месяц (но не весь, не скрою) У священника служил; Раздавателем я был Подаяний и слугою. Башмаки носил сукна Тонкого отец почтенный; В шляпе вышитой, степенный, Вечно шея сведена На бок. В пятницы велел он Соблюдать нам строгий пост. Да, священник не был прост, В пище выгадать умел он. Сам, съедая каплуна (При посредстве изъяснений Богословских откровений Открывалась глубина Пастырю), перед остатком Крыл обглоданных главой Он качал и, в небо свой Взор вперяя, в тоне сладком Начинал: «Как добр господь, Управительница». — Бога Он хвалил, лишь скушав много, — Поп умел потешить плоть. После к скряге в услуженье, Что на кляче разъезжал, Поступил я. Получал Два реала каждый день я По условью, но едва Что не так, он — тучи злее, И сумеет в Agnus Dei Вставить жалкие слова: К небу мысли обращавший, Он земли не забывал, — К тексту: «Агнец божий, взявший»… «Харчевые…» прибавлял. [347] Так придравшись, иль иначе, Не платил мне. В этот день Я выкрадывал ячмень У его несчастной клячи, Продавал его и жил Без нужды, хоть без лихвы я И, добывши харчевые, Кляче фигу подносил. [348] Вслед за тем я был слугою Мужа госпожи Майор. Ей давал ее сеньор То такое, то сякое Порученье; но, по мне, Деньги брал себе ходатай. Муж все то же, раз в десятый, Поручал своей жене. Перечислить терпеливо, Сударь, всех моих господ, Что прошли, как хоровод Рыб на дне того залива, — Труд бессмысленный. Зачем? Знать тебе, сеньор, довольно: Я теперь без места, вольный, Не ужился я ни с кем.347
К тексту: «Агнец божий, взявший…» — Молитву «Agnus Dei, qui tollis peccata mundi…» — «Агнец божий, взявший грехи мира…» этот скряга читал: «Agnus Dei, qui tollis… raci'on» — «Агнец божий, который взял харчевые» (Борл.).
348
Кляче фигу подносил. — В подлиннике игра словом quitaci'on — жалованье; Караманчель осмеивает его через глагол quitar (отбирать, отнимать) и создает значение: отнимание, лишение. Т. е. от продажи он получал харчевые (raci'on), а кляча — «кукиш с маслом» (quitaci'on) (Б. К.).
Донья Хуана
В список чудаков-сеньоров Можешь с нынешнего дня Ты включить еще меня; Без дальнейших разговоров Я тебя к себе зову В услуженье.Караманчель
Это слово Мне звучит как будто ново. Паж — с лакеем!Донья Хуана
Я живу На доход с земель. В столице Не был, не был и пажом, А ищу пред королем Ордена иль бенефиций. [349] Слег в Сеговии [350] больным Мой слуга, а мой обычай Слуг держать.349
Ордена иль бенефиций. — Бенефиции — земли или доходы, отдававшиеся королем в пользование аристократам и духовенству в награду за их заслуги перед ним. Термин средневекового права.
350
Сеговия — старинный город на полдороге от Вальядолида к Мадриду, отделенный от столицы горной цепью Сьерра Гуадаррама.
Караманчель
Ты ждешь отличий Молодым — найдешь седым.Донья Хуана
Как ты весел, — и меня-то Насмешил!Караманчель
Представьте, вот Не имел в числе господ Ни поэта, ни кастрата! Вы мне кажетесь вторым. Что ж, сеньор, меня возьмите, Больше выкажу я прыти На харчах, — кормим, поим, Чем поденно, что на деле Доказать возьму за цель.Донья Хуана
Звать тебя?Караманчель
Караманчель. С нижнего Караманчеля [351] Родом я.Донья Хуана
Да ты совсем Весельчак, а это краше, Чем скучать.Караманчель
Как имя ваше?Донья Хуана
351
Нижний Караманчель — народное произношение названия двух деревень в четырех милях на юго-запад от Мадрида (в настоящее время предместья Мадрида): Верхнего Карабанчеля и Нижнего Карабанчеля (Борл.). Грасиосо (см. статью) в испанской комедии обычно имеют кличку, а не имя, здесь кличка от родной деревни (Б. К.).
Караманчель
А как затем?Донья Хуана
Да никак! Дон Хиль.Караманчель
О боже, Вы и в имени кастрат! [352] Ведь на мой, скажу вам, взгляд, Борода мужчине — то же, Что фамилия.Донья Хуана
352
Вы и в имени кастрат. — Хуана называет себя одним крестным именем Хиль, без фамилии; на это обстоятельство Караманчель намекает и в акте III, сцене 8; впрочем, в акте II, сцене 12, он точно знает фамилию хозяина (Б. К.).
Караманчель
О, я мог бы предложить! На примете есть одна Комната.Донья Хуана
Хозяйка тоже?Караманчель
Молодая, слушай!Донья Хуана
Что же, Весела?Караманчель
Да не вредна.Донья Хуана
Где?Караманчель
В Де-Лас Ур'oсас. [353]Донья Хуана (в сторону)
Ладно! Я-то знаю, где стоит Дом дон Педро. Пусть Мадрид Примет странника отрадно В сень свою.353
Калье де Лас Уросас — небольшая улица в юго-западной части Мадрида между Калье де Атога и Калье де Магдалена (Борл).
Караманчель (в сторону)
Но сколько слито В нем красот! Как он хорош!Донья Хуана
Ну, Караманчель, идешь?Караманчель
Да, сеньор мой, дон Хилито.(Уходят.)
КАРТИНА ВТОРАЯ
Сцена 3
Дон Педро, дон Мартин, Осорьо
Дон Педро (читает письмо)
«В заключение скажу, что если бы дон Мартин был столь же рассудителен, сколь он молод, он сделал бы счастливой мою старость, обратив нашу дружбу в родство; но он дал слово одной даме вашего города, знатной и прекрасной, но бедной, а вы ведь знаете, что сулит в нынешние времена красавица без достатка. Дело это привело к тому, чем обыкновенно кончаются дела этого рода: он раскаивается, а она принуждает его судом к исполнению обещания; посудите, что чувствует тот, кто теряет родство с вами, вашу знатность и ваше состояние, с таким сокровищем, как сеньора донья Ин'eс. Но раз судьба лишает меня такого счастья — прошу вас считать большой удачей, что сеньор дон Хиль де-Альборн'oс, податель этого письма, собрался жениться и хочет получить те авантажи, на которые я ему указал в вашей дочери. Его происхождение, ум, возраст и состояние [354] (ибо он в скором времени унаследует десять тысяч дукатов ренты), может быть, заставят вас забыть о чести, которою вы теперь меня обязываете, а меня оставят в зависти. Милость, которую вы ему окажете, я приму как оказанную дон Мартину, который вам целует руки. Пришлите мне побольше хороших вестей о вашем здоровьи и о радостях ваших, которые да приумножит небо, и т. д. Вальядолид. Июль и т. д.
354
Его происхождение… и состояние. — В подлиннике вм. «состояние» — «майорат», т. е. право на неделимую часть земель и имущества отца, переходящую вместе с титулом к старшему сыну.