Детская проза

Всей жизни уже не хватит на эту работу! Руки, ноги — будто и нет их совсем. И не было никогда. Разве эти ноги — неподвижные тонкие жерди — били когда-то по мячу? Возносили без передышки на пятый этаж? Разве эти руки — тонкие ветки засохшего деревца — водили пером, держали паяльник? Отрывали киркой…

Даша сразу поняла, что его ждет вечером. Не зря же она всю жизнь была его соседкой. Чуть ли не каждый вечер за стеной был слышен Генкин плач. Слышали его и на соседних этажах. Весь подъезд знал о том, что Генкины родители воспитывают своего сына без устали. А Даша могла не только слышать, но и видеть,…

Тут Дикки и говорит: — Вот что. Давайте помолчим, — ровно десять минут по часам, — а потом каждый скажет, какой способ искать сокровища он придумал. А потом мы попробуем все методы один за другим, по старшинству. — Я не сумею ничего придумать за десять минут, дайте мне полчаса, —…

Медведь ухом пошевелил, ворчит сквозь зубы: — А мне какое до вас, лосей, дело! Мне снег глубокий только на пользу: и тепло, и спится спокойно. Тут Белая Куропатка запричитала: — А не стыдно, Медведь? Все ягоды, все кустики с почками снег закрыл — что нам клевать прикажешь? Ну что тебе…

– Ну, приехали! – оглянулся стряпчий на стрельцов. Пока ямщик переговаривался с дворовым человеком через щель в заборе, стряпчий и двое стрельцов опальных повернулись в сторону Михайло-Архангельского монастыря и молились на высокий деревянный шатер соборной колокольни. Потом все трое – посыльный впереди,…

Весной 1945 года война кончилась. Славику шел седьмой год. Осенью он пошел в школу. Ох уж эта школа! На вопрос: «Как вы учились в школе?» – писатель честно отвечает: «Всяко». Например, в девятом классе остался на второй год. Из-за одной очень вредной учительницы, которая будущему писателю все время…

– Нина Петровна, я прошу прощения. Вот, познакомьтесь, – сказал директор, – Это ваша новая ученица, Валерия Гайкина. Ее папу срочно перевели работать в наш город. Поэтому Валерии тоже пришлось срочно менять школу. Надеюсь, вы подружитесь. И вытолкнул вперед высокую ушастую девочку. В ее глазах застыло…

После Февральской революции 1917 года Аркадий стал посещать большевистский клуб, в августе 1918 года становится членом РКП(б), работает в городской газете «Молот», где публикует свои стихи. Четырнадцатилетний юноша после установление в Арзамасе советской власти патрулирует вместе с чоновцами (ЧОН –…

В одном из углов «аптечки» была маленькая скамеечка, известная под названием «скамьи подсудимых». Дело в том, что папа-доктор считал стояние детей в углу негигиеничным и не ставил нас в угол, а сажал. Мы сидели на позорной скамье. В «аптечке» синели тюремные сумерки. Оська сказал: — Это он про цирк…

– А ты по сказанному все живешь! Отсюда досюда! – не оборачиваясь, вполголоса сказал Костя Ручьев, незаметными движениями коленей и пяток заставляя Гордого идти вперед. – Ты это брось, брось! – встревоженно закричал Паша. – Там, посередине реки, ключи бьют… закрутить лошадь может. Но Костя ничего,…

– Ты бы не дразнила гусей… – Какое мне до них дело! – я фыркнула. – Ославят ни за что, – предупредила бабушка. – А мне-то что! – Тебе, может, и ничего, а нам с дедушкой здесь жить. – Вообще больше никуда не выйду! Я раздраженно передернула плечами. Ничего себе – каникулы начинаются! Настроение…

— Тимофеевич, вот разве тебя нельзя прикрепить к трудикам? — Нельзя, — сразу, не думавши, выпалил Леденцов. — Почему? — Я спортсмен, товарищ капитан. — Дамы из инспекции по малолеткам просят помочь… Леденцов вздохнул: «Борис Тимофеевич» сработал. Видимо, к его делам, большим и малым, добавится еще…

Вначале Оля хотела быть пианисткой, но потом произошла ее встреча с органом. Орган привезли из Германии в больших ящиках, на которых было написано: «Зауэр, ГДР, Опус-16». Начали монтировать. Это длилось несколько месяцев. Когда сборку закончили, Чибис придвинула к органу скамью и села, надавила клавиши,…

Утром Антошка проснулась от холода. Ее соседка Наташа спала, завернув голову в одеяло, высунув голые пятки. Антошка пыталась растолкать подружку, но та сердито брыкалась, что-то бормотала, и Антошка, опасаясь разбудить пионервожатую, поспешно натянула сарафан, сверху накинула как плащ одеяло и выскользнула…

— Скоренько, — поторопил мужик и помог ему вылезть. Парень спрыгнул на землю и с трудом удержался на ногах, затекших от сидения в бочке. — До чего же неудобный вид транспорта! — сказал он, подтягивая голенища хромовых командирских сапог. — Да уж не метра, — буркнул мужик…

— Пар, — машинально ответил Никита и потянул товарища за рукав. — Пойдем. Жарко. — Я сказал лодка, а не пароход, — уточнил Алик, едва поспевая за приятелем. — Куда ты разбежался? — Мороженого хочу. — А искупаться? — Там видно будет. Друзья сели на трамвай и, проехав несколько остановок, сошли…

Все ждали, что новый с того же начнет. И вдруг: — Где здесь в Березках кладбище? Где? За околицей. На самом высоком месте. Метрах в двухстах от села. Кто-то когда-то очень давно очень верно тут выбрал место. Гордились раньше в Березках кладбищем. Лучшее было во всей округе. Но те времена миновали.…

Но Петька дал честное слово, и тогда она поверила, что это не сон. Нужно вам сказать, что Таня очень любила нового воспитателя, даром что он был такой странный. Ей даже нравилась его борода. Он часто рассказывал Тане разные истории, и Таня готова была слушать их с утра до ночи. И вот на другое утро…

– Ты, должно быть, моего носа ещё не видал, – сказал Дятел. – Вот полюбуйся! – А что ж на него любоваться? – спросил Мухолов. – Самый обыкновенный нос: прямой, не очень длинный, без сетки и без мешка. Таким носом пищу себе на обед доставать долго, а о запасах и не думай. – Нельзя же всё только об…

– Я так и подумал. Мама недовольно подняла брови. Папа хмыкнул. За один вечер они продемонстрировали весь свой арсенал по недовольству. Разве что ругаться в голос не принялись. Ругань началась вечером. – Ему восемнадцать! – воскликнула мама, как только они вошли в свой номер. – Ну и что? – Маше…