Детская проза

Последние прижизненные издания, восьмое и девятое, прошли спокойно. «Детгиз раскошелился: дают мне 12 цветных вкладок. Я сразу же написал: «Год – солнечная поэма в 12 месяцах». Много новых заметок. Ввожу отдельчики: «Клёв на уду», «Лесные враки» и «Клуб колумбов» – необычайные открытия и приключения…

В этой книге представлена лишь малая частица того, что написано Борисом Комаром почти за четыре десятилетия его работы в детской литературе. Кроме уже названных книг, его перу принадлежат повести «Ключи», «Странствующий вулкан», сборники рассказов. Многие его произведения издавались на русском и других…

Если аппетит-прогульщик и вернулся, то оставался весьма недолго: мужчина съел очень мало. И нахмурился, увидев, как мало съел мальчик. Отец сидел молча, пока сын убирал остатки еды и посуду, и продолжал молчать, когда вместе с мальчиком вышел из дома и направился к скамеечке, обращенной на запад. Если…

Они прошли по длинному служебному коридору и очутились в фойе. Ребята не могут оставить без внимания никакой неожиданности или необычности: они с удивлением смотрели на мужчину и девочку, которые пересекали фойе в плащах. Спустившись в вестибюль, Иван Максимович сказал: — Ну вот… Сдай свой плащ в…

Оборванец что-то буркнул себе под нос. Диме послышалось весьма обидное словцо. — Что такое? Что ты сказал? Повтори — тяжело переводя дух и глядя на рыжего в упор, глухо отчеканил он, и сжал руки в кулаки. Тогда смуглая девочка в лохмотьях и с босыми ногами в ссадинах и царапинах, неожиданно…

Возьмите чистое стёклышко и выройте в земле ямку. Положите в ямку фантик, а на фантик — всё, что у вас есть красивого. Можно класть камень, осколок тарелки, бусину, птичье пёрышко, шарик (можно стеклянный, можно металлический). Можно жёлудь или шапочку от жёлудя. Можно разноцветный лоскуток. …

Потом, рассказывая об этом путешествии, он ничего бы не выдумывал, и, несмотря на это, его рассказы казались бы самой свободной и захватывающей сказкой. Он умел в самом обычном, будничном открывать черты необыкновенного, и это свойство делало его подлинным художником. Для него не было в жизни скучных…

Потап Петрович Багров — старый моряк, природный помор. Род Багровых — с незапамятных времен накрепко связан с морем. Море кормило поморов. Море приносило радости и печали. Где только не побывал Потап за полвека своего «морячанья», из которого добрые тридцать лет прожиты были на воде, на крутой и злой…

Мою самую красивую куклу зовут Белла. У неё голубые глаза и золотые локоны. Она спит в кукольной кроватке с розовой простынкой и розовым одеяльцем, которые сшила мама. Однажды я подошла к Белле и увидела у неё бороду и усы. Это Лассе и Боссе нарисовали их углём. Хорошо, что теперь у меня есть своя комната.…

Виксен сочувственно залаяла, и ее пронзительное тявканье слилось с отчаянным воем бультерьера. Мне было очень неприятно, ибо я знал, что одно дело, когда человек вообще любит собак, и совсем другое, когда человек любит одну единственную собаку. В большинстве случаев собаки — просто бродяги, кишащие блохами,…

Однако свет не без добрых людей. Тете порекомендовали «коренным образом изменить обстановку». Она ухватилась за этот совет. Дядя ее поддержал, что было неожиданно. Дядя предложил деревню. У себя на родине он не бывал лет двадцать. «Снять в деревне избу — и будет как дача», — сказал дядя. Тетя не…

Ш-ших! Тетива больно ударила по запястью (надо бы сделать щиток на руку, да все некогда). Стрела как бы растаяла, и тут же донесся стук наконечника. Вот это да! На такую удачу Митька и не надеялся: стрела торчала в монокле баронессы. Митька негромко крикнул «ура!» и бросился к тумбе, путаясь ногами…

Из казармы Димка пошел домой. Он шел по тропинке вдоль забора и очень удивился, когда кто-то его позвал: – Мальчик, а мальчик! Он даже не сразу понял, откуда прозвучал этот голос, и только потом увидел: одна доска в заборе была отодвинута. Сквозь широкую щель на Димку смотрела круглолицая, курносая…

Но Алый тогда поднимался и бежал в другую сторону, а Кошкин бежал за ним. – Смотри, Алый, – грозился Кошкин, – хвост отвинчу! Но Алый бежал все быстрее и быстрее, а Кошкин никак не мог его догнать. Он бежал сзади и грозил Алому кулаком. Но ни разу он не ударил Алого. Кошкин знал, что собак бить – дело…

«Что же он ответил? Неужели они расстанутся, вот так... так глупо?» Рома считался самым красивым мальчиком из всех девятых классов в школе, но бегать за ним никто не смел – Свету побаивались. Она с соперницами обходилась строго, могла и в глаз дать. Артемон почувствовал близость дома и потянул поводок,…

Этот своего рода эпиграф, вмонтированный писателем в ткань эпических сказаний, во многом разъясняет, почему огузские племена покинули свою родину и пустились в бесконечные дали, пока не добрались до кавказских гор и малоазийских степей, принося с собой и передавая из уст в уста песни о подвигах и поражениях…

Он повернулся, чтобы уйти. — Постойте! — воскликнула Берта. Ей вовсе не хотелось, чтобы этот удивительный лис уходил. — На самом деле, мне действительно… не очень хорошо… Пожалуй, я правда чувствую себя несчастной. — Так это же замечательно! — обрадовался странный лис. — Да? — решила обидеться Берта.…

Когда Тимка освободился, в школе уже начались занятия второй смены. В коридоре было пусто. За дверями классов слышались голоса преподавателей. Вот ходит по классу Архимед и медленно произносит в такт шагам что-то про равномерное движение. Архимед — это Николай Иванович, большой усатый добрый человек,…

— Не сердись. Я не хотел тебя обидеть. Но ведь должно же быть какое-то средство. — Оно есть. — Так что же ты молчишь! — Потому что мы им никогда не воспользуемся. Никто не в силах расколдовать Глеба, кроме него самого. Для этого он должен либо уничтожить зеркало и избавиться от двойника, либо освободить…

Некоторые здоровяки думали, что болезнь — это вроде каникул. В школу ходить не надо! Уроки учить не надо! И никто тебя за это не ругает, не дразнит лодырем, прогульщиком, а наоборот: все тебя жалеют! Подарки дарят! Всякими сластями угощают. А ты валяешься целый день на кровати, уплетаешь бананы-апельсины…