Проза

— Хватит, — заключил синдик. — Если уж нельзя вынести святого на площадь, чтобы не началась драка, а это, без сомнения, сплошное свинство, так не бывать больше никаким праздникам, никаким торжествам! Я запрещаю их! И если только увижу на улице хоть один огарок — хоть один, слышите! — всех за решетку…

Он приходит туда. Почти каждый день. Я не возражаю, потому что мальчики любят его и он им нужен. Иногда мы разговариваем. Он хочет «все починить и начать сначала». Без конца повторяет, что любит меня. И вот когда он весь такой добрый, хороший, как раньше, и когда я вижу в его умоляющих глазах слезы —…

С первых же строк, как только появляется перед читателем сам Георг Гейслер и передается поток его мыслей, упомянуто имя Валлау. Это он организовал побег семи заключенных. Эрнст Валлау, несгибаемый, испытанный во многих боях коммунист, присутствует лишь на немногих страницах романа: в трагически сильной…

Первое время Игнат всегда жарил себе мясо на костре или варил в единственной посуде — солдатском котелке, происхождения которого он тоже не знал, как карабина, топора и некоторых других вещей, которые он принес с собой в рюкзаке. Он понимал, для чего они нужны, но не помнил, как они попали к нему. Он…

Вот плечистый боец приблизился к противнику, зверски ощерил зубы, хакнул, вышибая из грудной клетки воздух, чтобы в теле не осталось пустот. Калмык тоже хакнул, но не так устрашающе — и вдруг нанес резкий удар. От свиста кулака в рукавице, кажется, провис брезентовый шатер. Народ даже забыл о семечках…

Мадам Вонг редко позволяла до себя дотрагиваться. Иногда ее прислужница Тереза помогала ей одеваться, но это было в исключительных случаях – если подбитая во время одного из ограблений рука отказывалась двигаться. Пулю Шан заполучила во время примерно десятого ограбления. В послевоенное время во второй…

— Иди, иди, девка, ставь самовар, — повернул он Елену к двери. — А щас и он придет шелковый. А ну-ка, сядь на место! — приказал он Егору. — Ишь, язык отвязал… Сядь, говорю! — Насижусь, бог дал, — отмахнулся Егор. — Не больно-то! Как скажу, так и будет, а то живо посажу, у меня еще хватит… — Это,…

Этот улыбчивый, молодцеватый человек входил со своим запасом камней, отпускал шутку-другую, игриво хлопал вас по заднице, а затем, становясь в каждой комнате поочередно, спокойно разбивал все окна, осколки которых сыпались на улицу. На грохот сбегались кумушки, дети бросались врассыпную, а мужья трепетали…

Мистер Рейси был корпулентный, могучий мужчина: рост, размах плеч, толщина выражались у него примерно в одинаковых цифрах, так что, с какой позиции на него ни взгляни, он казался равно мясистым. Добавим, что каждый квадратный дюйм его тела был так превосходно ухожен, что, если принять в данном случае…

Это кладбище встречало безутешных родственников не только цветочным магазином, но и огромной парковкой с воротами изысканной ковки. И охранник заботливо приоткрывал калитку, чтобы верящие в приметы женщины, одевавшиеся для визитов на могилу в достойное серое, позволяя себе также скромный беж или глубокий…

Офицеры повздыхают, завидуя счастливчику. Потом кто-нибудь спросит: — А его он взял с собою — на пляж под Гудауты? — Кого его? — Торцовый на двадцать два. Взрыв хохота, который ничем не перекроешь... Посмеются, разойдутся, но кое-кто перед запуском окаянного «изделия» возьмет да сунет в карман…

И мне ничего тогда не было нужно от нее, кроме этих серых, влажных и доверчивых глаз, в которых я угадывал обещание чего-то единственно важного и необходимого мне в жизни. Может быть, все это происходило потому, что мне было тогда всего двадцать лет. Все кончилось просто и неожиданно. Весной она…

У отлогого берега, слегка покачнувшаяся вперед, виднелась купальня; потом показалась лодка с пристанькой. Лодка была легкая, белая, ее делал сам Илья, и на носу уже отчетливо можно было прочесть — «Люба». В прошлое лето они «крестили» ее на этой реке… На востоке, там, где остался город, вспыхивали…

Это его вообще практически не побеспокоило. Тихонечко почесал во сне место, которое пощекотала севшая в поисках пищи мушка. Слушайте. Он во сне собирается что-то сказать. Твой поцелуй принес сонное вдохновение. Слушайте. Мой постельный партнер погружен В тяжкий труд, рожая неоплаченный сон. …

Мы шли уже несколько часов по разбитой дороге, как вдруг услышали шум мотора приближавшегося лесовоза. Водитель был удивлен, увидев нас. — С геофизической партии мы, недалеко от Зашейка стоим, — соврал ему Толик. — По этой дороге лес вывозят, а до Зашейка вам придется километров шесть…

— А что ты жуешь? — Закрой глаза. Не подглядывай. — Они мытые? — Да, не бойся, не отравлю, — сказала Эвелин и положила ему в рот виноградинку. — Где ты его купила? — У Кречманов в лавочке, он сам протянул мне лишний кулек, я даже не знала, что в нем лежит.…

В половине лета медведь совершал жертву корнями сараны, лисица — кровью молодого зайца, и даже тонкий горностай приносил с большим трудом тело полевой мыши с вольной земли за пределами Чагарского поля. Только совершив жертву, они могли селиться на берегах реки и сторожить в мелкой воде широкоспинную…

Умер Лесь Мартович 11 января 1916 года в Западной Украине в с. Погариську. Произведения украинского писателя-демократа по праву входят в классическое наследство великой культуры советского народа. Л. Нестеренко. Хитрый Панько Хотя и незадолго до рассвета, но все-таки еще затемно…

— Чего тебя-то совесть мучает? Пусть она мучает тех, кто оставил нас там без жратвы. Сволочи… — Жалко его, умный был пес… Понял, что пришли убивать его … До сих пор вижу его глаза. — Черт, надо было еще одну бутылку взять. — Да брось ты, Димка! Что собака — сколько там ребят осталось хороших….…

– Рассказывай. – Чего рассказывать? – Все рассказывай. Как дела? Как Потапыч? – Дела хреново. Потапыч в лагере. Через неделю возвращается. – В каком лагере? – В спортивном. Третья смена. – Мы теперь спортсмены? – Да, самбисты. Я же тебе говорила. – Правда? Не помню. А почему дела хреново?…