Современная проза

– Эй! Снова обед спалил? – Ничего я не спалил, – из комнаты раздался ломкий подростковый басок. Она ненадолго задержалась в коридоре, чтобы поправить рамку картины, которая висела в простенке между большой комнатой и детской. Это была абстракция: тонкие, угольного цвета перила и малиновый вихрь,…

Так прошел день, потом второй… К Семёну Семёновичу проложили народную тропу желающие угостить его кусочком чего-нибудь этакого, поставили ему коробку с мягкой подстилкой, даже навесик от дождя соорудили, но никто его так и не забрал назад – гангрена, по-видимому, не желала успокаиваться. – Ну возьмите…

Я же раскинула один из земных пасьянсов, который здесь использовали в качестве гаданий, задумчиво посмотрела на то, что получилось, покачала головой. А затем спросила: – Сколько вас у отца, всех детей? – Так трое, матушка ведьма, – откликнулась Лика. – Мы и старший брат, Алессий. – Четверо, – покачала…

— А ведь это не современная открытка, ей не меньше десяти лет, — заметила я. Отец поднес ее к свету. Несколько секунд он внимательно рассматривал карточку и пришел к выводу, что фотография действительно сделана в 1990-е годы. Насыщенные оттенки красного, отсутствие рекламных щитов вокруг оперного театра…

Когда она вернулась, Алехандро поджидал ее на лестничном пролете с их общим другом Мигелем. Фрида замедлила шаг, чтобы полюбоваться им со стороны. Алехандро Гомес Ариас был статен и красив. Его черные волосы блестели, от костюма веяло непринужденной элегантностью. Фрида положила на него глаз в первый…

– Вам для двух учеников можно и в другое место переехать. Он подходит ещё ближе. Я выставляю руку вперёд и указываю ему на дверь. – Вы нахал и грубиян! Уходите! Ближе Давид не подходит, мой палец упирается в его крепкую грудь. Но хоть какое-то расстояние. И тут ресторатор теряет всяческое терпение,…

Глава 1. Пепел Город горел. Оглушительно, медленно, как в кошмаре. Кирпичи плавились, крыши складывались, как мокрые газеты. Люди не кричали. Рты были открыты, но в оглушающем рёве бомб звук рвался в груди. И только один голос вырывался сквозь весь ад: – Мама-а-а-а!.. Лиза сидела прямо на…

Гады! Я сдержалась, ничего никому не сказала, уселась на свое место неподалеку от родителей, начала есть. Жевала кашу с медом, сырники с вареньем, пила компот из сухофруктов. И делала вид, что все просто отлично! – Лисса, к нам сегодня гости приезжают. Графиня Ротанская с сыновьями. Ты ведь спустишься?…

Конечно, я не планировала растить ребенка одна, но так получилось из-за сложившихся по разным причинам обстоятельств. Деваться мне некуда, поэтому решила выходить на работу именно сейчас. Пока бабушка в состоянии помочь мне с дочкой. Она сама предложила мне помощь, пока есть силы, и позволяет здоровье.…

– Завтра уберу, – сказал Женя. Ему все время было неловко оттого, что мать выселила деда в кухню, но и не мог не отметить, что в доме стало тише. Дед часто стонал по ночам, причитал, разговаривал с бабушкой, иногда ругался. Тогда мать вставала и колола ему обезболивающее. Он сильно сдал за последний…

«Огненный Ангел» – произведение извне историческое (« звуки милой старины »), изнутри же оккультное. Фабула, так неожиданно, даже механически оборванная, есть рассказ о том, о чем нельзя говорить, не закрываясь историей. Брюсов является в своем романе то скептиком, то, наоборот, суеверно верующим оккультистом;…

Изучение кантианской литературы есть вредная ересь; Киреевский, Хомяков – выше Канта. Но позвольте!.. Кант дал нам три капитальных исследования, вызвавших в новейшей философской литературе десятки блестящих и кропотливых работ, посвященных разработке и дальнейшему исследованию задач Канта; кроме…

Она решила, что выход Майка на пенсию не нуждается в подобном сопровождении. Вечеринка будет гламурной, непринужденной и веселой. Блестящее празднование в честь вдохновения, которым он одаривал всех своих студентов. И дань его карьере. На стенах среди ню, пейзажей и абстракций – коллекцию они собирали…

– Значит так, Велиал, – деловито сказал Сэнсэй. – Я вас подписал под мою ответственность, что, мол, я вас знаю, и вы просто отвал башки, просто молодые, и вас никто не знает. Так что ты там своих ребятишек заставь репетировать как не в себя, все-таки вы с серьезными ребятами на сцену будете выходить.…

Адвокат ухмыльнулся, словно понял намек. К счастью, шум в машине – от ветра, радио и магнитофона – стоял такой, что пацан на заднем сиденье вряд ли мог расслышать хоть слово. Или мог? Долго ли мы так продержимся? Сколько пройдет времени до того, как один из нас начнет бредить и грузить мальца всякой…

Ян с Бобром и небольшой группкой фантатов подошли где-то в начале девятого. Снова начался вроде как концерт, но после пары песен кто-то вспомнил про клип, Шутихин-старший предложил настроить проектор. Вражеская техника заартачилась, и пока с ней возились, Ян с Бобром взяли гитары и спели пару песен.…

Да, нужны нормальные концерты. Я даже афишу себе представил. С силуэтами «ангелочков» на фоне звездного неба. – Пойдем внутрь, – сказал Влад и потушил сигарету об асфальт. – Заразил ты меня всякими вот этими штуками. Даже захотелось клип какой-нибудь снять. Как думаешь, твоя эта деловая колбаса Ирина…

Исследований никто не проводил, но огромные очереди у аптеки Куэ – лучшее подтверждение действенности способа. Выздоровевших было намного больше! Люди повторяли эти слова и выздоравливали. Иногда вопреки «лекарству». Это самонастрой и самовнушение. Повторение и закрепление. Оно и помогало выздороветь.…

Ни отец, ни брат не поздравили меня с днем рождения. С уходом матери я потеряла единственное живое существо, для которого я хоть что-то значила. Я чувствую себя чужой в родном доме, где на меня обращают меньше внимания, чем на ковер или буфет. Ни отец, ни брат — сейчас они оба в Париже — даже не подумали…

Он поднимает меня на руки. Несет к дивану у окна. Лунный свет лишь частично освещает происходящее. Его губы обжигают мои ключицы, грудь, живот. Я прикусываю губу, чтобы не закричать. Слишком откровенно. Мои руки дрожат, когда я расстегиваю пуговицы его рубашки. Кожа под пальцами – горячая, а мышцы…