Книги из серии "Рассказы"

Улучив момент, когда Наталья осталась в своем кабинете одна, Настенька юркой мышкой забежала в бухгалтерию и закрыла дверь изнутри на ключ. Мезенцева удивленно сдвинула на лоб модные очки и чуть приподняла левую бровь. – Что за шпионские страсти? За тобой кто-то гонится? – Нет. Наталья Андреевна,…

– каких только штук с его помощью мы не сыграем! В следующую секунду они оказались летящими в пустоте, корабль исчез. Некоторое время они еще летели вверх по инерции, потом притяжение ухватило их своей неумолимой рукой и потащило обратно. – Что случилось? – спросил Джок, с испугом рассматривая приближающуюся…

Соревнование только начиналось. Все участники чувствовали себя полными сил и бодрости. «Левши» коллективно нашли доказательство теоремы Ферма. Их противник показали, как куриное яйцо изгибается в четвертом измерении и делается кубическим. Чем они только ни занимались: стреляли в цель из луков, пытались…

Харлам вздохнул и, плотно закрыв амбразуру, ушел на нары. Он закурил очередную сигарету и, разглядывая фотографию с проказницей блондинкой, стал вспоминать Крез, которая, очевидно, сейчас и думать о нем забыла, а нежится себе на каком-нибудь уютном пляже, подставляя солнцу шоколадное, до безумия красивое…

Гунлауг отрицательно покачал головой. — Эх, — вздохнул страх. — А я тут, вроде, неплохо устроился. Обжился. Память у девчонки прекрасная. Приятно с такой работать. Посмотри, — он хлопнул ладонью по стене, возле которой сидел, — какие убедительные стены. Разве можно было бы сделать такую стену, не будь…

Наконец настал тот момент, когда Аристарх почувствовал, что сил больше нет и даже на инстинкте далеко не уедешь. Но тут впереди что-то блеснуло. Нет, не граница дождевой полосы. Посредине дождя стоял цилиндрик света. Метра три в диаметре. Легко преодолев пленку дождя и оказавшись на свету и в тепле,…

Леонид Кудрявцев Пробуждение Он вышел на балкон, облокотился о перила и стал смотреть, как по улице бегут груженные прессованной соломой машины. А на балконе соседнего дома толстяк в тренировочном костюме, выпятив благоприобретенный животик, делал ритмичные взмахи руками и приседал. Этажом ниже…

Именно у этого окна Питкин и устроился, в ожидании кельнера, рассеянно любуясь ночным небом и яркими звездами. Посетителей в трактире было немного. На низенькой полутемной сцене сидел огромный козел и тихонько наигрывал на свирели. Нежные звуки, сверкая, разлетались по залу и с шипением гасли на деревянном…

— Кто парашют укладывал?!! Александр Михайлович, капитан Табачников, белый как мел, тихо так нас спрашивает: — Кто укладчик? — Я... — говорю. — Я укладывал этот парашют. — Там все было в порядке, Костя? — спрашивает капитан. — Конечно, товарищ капитан... А генерал стал красный, как отвар свекольный,…

— Да, да, да... — печально произнес начальник. — К сожалению, его не миновать, для меня ваше дело абсолютно ясное, но наш директор — такой кретин! Можете мне только посочувствовать... На следующий день за пятьдесят долларов Давида Самойловича Зильбермана принял сам директор. — Глупая история, — сказал…

Старый еврей рассмеялся и снова вытер слезящиеся глаза. — И вот, пожалуйста! — весело повторил он. — Я — есть, часов — нету! Так что лучше, я вас спрашиваю?! — Следующий! — крикнуло окошко приема. Старик засуетился, повернулся лицом к окну заклада и вытащил из кармана руку со спичечным коробком. Трясущимися…

– А ты видел?! – закричал Нолик. – Ты меня поймал, сука?!! Пасть порву!!! – Ша! Ша, тебе говорят, Нолик... Пока ты мне пасть порвешь, я тебе глаз выниму, – миролюбиво пообещал глава синагоги. – Или вот, например, наша всеми уважаемая Любочка – бывшая Мильман, ныне Стороженко. Пока…

Некоторые Зрители прямо-таки мечтают о таких маленьких срывчиках. Это вселяет в них спокойствие и сознание преувеличенной ценности своего существования. Итак, в цирке идет представление. – Воздушная гимнастка! Лиля Гуревич!!! – прокричал инспектор манежа и шагнул в сторону. Он улыбнулся закрытому…

— Кем ЭТО вам задано?!. — в отчаянии заорал я. Но ни мой полуеврейский Вовка, ни чистокровный армянский Гургенчик не испугались моего рыка. Чутким детским ухом они расслышали в моем грозном крике бессилие и обреченность, а посему храбро и твердо заявили: — Марина Васильевна сказала, что мы все обязаны…

– Они сделали это сегодня утром, – с горечью объяснил доктор Шаффер. – Меня выбрали президентом, со всеми воинскими почестями отправили в отставку и наградили пенсией в двадцать тысяч баксов – и все за какие-то четыре минуты… как тебе это нравится? Эмили это вовсе не нравилось. В ее глазах блестели…

Визбанг издал странный звук, который люди давным-давно научились распознавать как смех. – Это я заметил, – ответил робот. – Когда мы переходили от планетарного двигателя к “относительному”, наш знаменитый психолог доктор Блэйн, если мне не изменяет память, яростно тер сухую кроличью лапку. – Можешь…

Когда вахта только-только началась, генерал Гуарнелис испытывал к своему противнику на востоке только недоверие и неприязнь. Мысленно он сравнивал его с палачом, беспринципным убийцей, только и ждущим удобного момента, чтобы нанести смертоносный удар. Но теперь, после двадцати девяти дней, неприязнь…

Четыреста лет никто не мог серьезно оспаривать этот тезис. Но теперь? Сообщение об обнаруженных на Марсе пирамидах ушло в Лунный Город и на Землю еще до того, как корабль О.Н. совершил посадку. Полученный ответ предписывал временно отложить запланированное еще на Земле методичное исследование Марса…