Книги из серии "Рассказы"

– Эй, товарищ! – окликнул Толоконников. – Этот медведь живой? – Нет! – серьезно ответил лилипут. – Ручной. А живые медведи не бывают ручными. Толоконников обрадовался. Приключение начиналось со встречи с медведем, и теперь уже все должно было пойти отлично. – А что вы здесь делаете? – спросил Юрий…

– Чего ж ты без шапки ходишь? – Не нуждаюсь! – Сергей оглядел стол. – Сколько потратили? Я верну. – Ты не об этом думай, – отмахнулась Ирина Николаевна. – Ты лучше думай о твоем светлом будущем. Чего ж ты ей цзеточков-то не купил? – Вот еще! – Почему к парикмахеру не сходил? – не унималась сваха.…

– Да, я хорошенькая! – Женя взяла бокал, выпила и… внутри у нее все вспыхнуло и загорелось адским пламенем, из глаз прозрачными бусинами посыпались слезы, дыхание остановилось. Бармен спокойно ждал, чтоб Женя очухалась. – Ну как? – спросил он, когда Женя начала приходить в себя. – Я вас избавил от…

Ура! То есть: ква-ква-ква! Отныне мы, лягушки, властелины Вселенной!

– У тебя запасного фотонного делителя не найдется? – спросил малиновый, прежде чем я успел открыть рот. – Нет, – ответил я, слегка обескураженный его бесцеремонностью. – Скорее всего, нет. – Откуда у него, – процедил желтенький в полоску. – Тогда извини, – сказал малиновый. – Следуй дальше. – Я…

Весьма срочно. Переслать с самым быстрым гонцом. За разглашение немедленная смерть без бальзамирования. О великий, наделенный божественной мудростью, повелитель обоих миров, лучезарный владыка наш. Сообщаю, что известное тебе изобретение «Способ передвижения речных и морских судов посредством использования…

Потом, когда мы уже ехали в электричке, Михаил еще раз бросил взгляд на железку и заинтересовался. Он стал ее крутить и так, и эдак и увидел в железке какую-то не такую ось симметрии и в шестеренке тоже что-то углядел и принялся ругать конструкторов, которые до такой простой вещи раньше не додумались,…

– А я разве не рассказал? Я-то думал, что вы это на пару с Грисманом придумали, меня, старика, разыграть хотели. Полянов провел ладонью по столу, и фотографии, прижатые к его поверхности, подъехали ко мне. – Ты садись, – сказал мне редактор, – в ногах правды нет. Я правильно сделал, что послушался…

В полумраке было видно, как светятся красным их слишком большие по земным меркам глаза. Оттого выражение яростных морд казалось двусмысленным – глаза никак не вязались с оскалом клыков и морщинами, топорщившими редкую шерсть на низком покатом лбу. В глазах виделись удивление, растерянность и даже жалоба.…

– А если бы вам было тринадцать лет или даже пятнадцать, мы могли бы познакомиться, – сказала Нина. – Это было бы очень смешно. Я бы сказала: приезжайте завтра вечером к памятнику Пушкину. Я вас буду ждать в семь часов ровно. И мы бы друг друга не узнали. Вы где встречаетесь с Ниной? – Как когда. …

– Пятнадцать минут, – сказал Ричард Темпест. Все вокруг были спокойны, может, даже излишне спокойны. Бесшумно, конькобежцами, в лабораторию въезжали техники, колдовали у пульта, переговаривались тихо, коротко и большей частью непонятно. Понемногу лаборатория заполнялась зрителями. Стало тесно. Кто-то…

– У нас здесь нет вулканов, – объяснила мне прекрасная Русико. – Вулканы на Камчатке. – Спасибо, – сказал я, и тут мы приехали. Перед институтом было вавилонское столпотворение, как будто дело происходило в конце рабочего дня. Стояли машины, бегали люди, в половине окон горел свет. – Землетрясение…

Я был уверен, что девушка спустится ко мне, и ожидание было недолгим. Она возникла вдруг в сплетении ветвей, и растения расступились, давая ей дорогу. – Вам скучно одному? – спросила она, улыбаясь. – Нет, – сказал я. – Мне некуда спешить. У вас чудесный сад. Девушка была легко одета, жесты ее были…

Тогда, в поле, это и случилось. Был ветер, дождь перестал, и нам не хотелось идти домой в сарай, где мы ночевали. Ребята разожгли костер, пекли картошку, немного пели. Потом пришли Ким с Селивановым, они ходили в магазин за водкой, но водки не достали. Я была рада, потому что уже видела раз Кима пьяным…

Так, решил я, будем думать, чем объясняется этот феномен. Стена выходит другой своей стороной в коридор, в глубокую выемку, в которой раньше стояли два велосипеда, а когда велосипеды уехали в Химки-Ховрино, то бабушка Каплан поставила туда шкаф под красное дерево. В этом шкафу, по общему согласию, мы…

Площадь была пуста. – Почему молчите? – спросил капитан. – Их нет дома, – сказал Бауэр. Я закрепился тросом, вылез наружу, и меня сильно толкнуло ветром в спину. Я попытался укрыться за покатой стеной. Навстречу мне зыркнул глазами белый мохнатый зверь чуть больше овчарки ростом. Присел на задние…

– Мне нечего здесь делать через три месяца, и вы об этом знаете, – заявил Теодор. – Мне нужно побывать в шахте сегодня или завтра. – Но ведь вода же пойдет! – воскликнул я. Мне стало жалко Родригеса. Он ни в чем не виноват. И позвал меня, чтобы кто-то мог подтвердить, что в шахту спускаться невозможно.…

– Надо быть молодцом, – сказал доктор. Я не стал спорить. Ночь была длинной. Я ждал рассвета, а его все не было. Сколько длятся их сутки? Если не ошибаюсь, двадцать два часа с минутами. И поделены они на периоды и доли. Об этом я читал в справочнике. Еще на базе. Наконец стало светать. Я удивился,…