Город Драконов

Она устроилась на палубе рядом с колыбелькой Ефрона и нежно улыбнулась младенцу, когда он проснулся и стал ворочаться.

— Можно мне его подержать? — нетерпеливо спросила она.

******

Солнце уже спешило к холмам, когда Хэби перенесла их назад через реку. Ветер подталкивал облака заполнить вечернее небо и влажный бриз дул прямо в лицо Тимаре, но мерзли только ее щеки. Ступни и икры в обуви Элдерлингов оставались в тепле. Материал, из которого она была пошита, казалось помогал ей лучше цепляться за гладкие бока Хэби. Она крепко держалась за одежду Элдерлингов, которая была надета на Рапскале, а рюкзак, полный награбленных артефактов, был зажат между ними.

Она наклонила голову, прячась от ветра за спиной Рапскаля. Девушка подавила свой страх и сосредоточилась на удобствах, которые они несли своим товарищам. Она сомневалась, что все хранители подберут себе подходящее платье, тунику или штаны, но было бы хорошо, если бы все проявили великодушие и поделились поношенными вещами с теми, кто не сможет найти себе одежду Элдерлингов. Сегодня всем будет немного удобнее благодаря ей и Рапскалю.

Как будто прочитав ее мысли, оглянулся через плечо:

— Знаешь, Элис это не понравится, — заметил он. — Она скажет, что нам надо было оставить вещи на своих местах, чтоб она могла все записать, перед тем так что-либо передвигать. Она может даже попытаться заставить нас вернуть все.

— Я поговорю с ней, — уверенно пообещала Тимара. Несмотря на разницу в возрасте, они с Элис были подругами. Сначала она чувствовала себя неловко рядом со старшей женщиной, но искренне восхищение Элис ее охотой и рыбалкой завоевало Тимару. Девушка была не уверена в том, как та отреагирует на древности Элдерлингов, которые они с Рапскалем привезут. Тем более Тимара не думала, что Элис согласится с тем, разделение эти вещи среди хранителей будет наилучшим способом их использования. Но ведь она сама носила платье с руин в Трехоге. И конечно она не была столь лицемерной, чтоб лишить такого же удобства хранителей.

— Они ждут нас! — перекрикивая ветер, заметил Рапскаль. — Посмотри!

Она подняла голову, искоса глянув вниз. Действительно, хранители собрались на берегу, даже несколько драконов прогуливались там же. Золотой Меркор уже был там. Подняв голову, он всматривался в них.

— Наверное, они волновались за нас, — прокричала она Рапскалю.

— Глупцы. Мы можем сами о себе позаботиться, — величественно заявил он. Она почувствовала небольшую неловкость, когда он отделил их от остальных. Казалось, он считает, что что-то изменилось, что-то важное. Изменилось ли? Воспринял ли он прошлую ночь, как своего рода заявление, что она выбрала его? Выбрала ли она?

Нет, ответила она себе решительно. Она переспала с ним и все. Она сделала это импульсивно, не желая обязательств перед ним. Не долговременное решение.

Пока они кружили над собравшимися хранителями и Хэби торжествующе ревела, начав плавный спуск на землю, Тимара задумалась, понимает ли он это настолько же ясно, как она.

Татс наблюдал за кружащей красной драконицей. Дождь и ветер слепили его, но он прищурился и решил, что они его не обманывают. В Хэби что-то изменилось. Ее крылья выглядели более пропорционально, а ее полет стал увереннее. Она блестела и мерцала даже при слабом свете пасмурного дня. Когда они подлетели ближе, он смог разглядеть двух всадников на ее спине. Облегчение смешалось с ревностью. Тимара в порядке, но она с Рапскалем. А потом прямой солнечный луч упал на них и всадники засверкали так же ярко, как и дракон, на котором они сидели верхом.

— Что это на них надето? — вслух поинтересовался он.

— Где Синтара? Почему она не возвращается с ними? — ответила Элис на его вопрос своим собственным, присоединившись к нему и другим наблюдателям.

— Синтара охотится, — это утверждение исходило от Меркора. Золотистый дракон и его хранительница Сильве смотрели в небо. — Она раскрыла свои крылья и нашла силу. Теперь она может охотиться самостоятельно и не будет так сильно зависеть от Тимары.

— Что означает, что Тимара может помочь кормить остальных из нас, — серьезно прокомментировал сине-черный Кало.

— У тебя есть хранитель и он охотник. Ты не должен нуждаться в дополнительном внимании, — высказал свою точку зрения Сестикан. Он не был таким большим, как Кало, но казалось всегда стремился спровоцировать большего самца. Татс встрял, пока Кало не успел ответить:

— Мы, хранители, делаем все, что в наших силах, чтоб обеспечить мясом всех вас.

— И все же мы всегда голодны, — ответил Кало. Его пристальный взгляд был прикован к алому дракону. Хэби теперь кружилась все ниже, готовясь приземлиться. Ее приземления были всегда захватывающими. Татс подозревал, что они были больше результатом метода проб и ошибок, чем ясной наследственной памяти о том, как должен приземляться дракон. И этот раз не был исключением. Она низко петляла, летя против ветра, чтобы замедлиться. Драконица выбрала длинную полосу открытого берега реки, и все поспешили убраться подальше с ее дороги. Хэби широко открыла крылья и откинулась назад. Ее лапы были аккуратно подогнуты под тело и образовывали одну линию с хвостом. А сейчас она внезапно растопырила их. Ее задние лапы коснулись земли и она сделала несколько шагов на них, прежде чем опуститься на передние лапы. Так Хэби скользила до полной остановки, шевеля хвостом для создания дополнительного сопротивления. Рапскаль уверенно воспринял эту посадку, но Тимара сильно вцепилась в него, спрятав лицо за его спиной. В тот момент, когда они остановились, она начала съезжать с плеча Хэби.

Татс всем сердцем хотел броситься впереди поймать ее. Но не сделал этого. Он не был уверен, что она одобрит такой поступок.

— На них одежда Элдерлингов! — в словах Элис удивление смешалось с ужасом. Когда Рапскаль соскользнул вниз, присоединившись к Тимаре, Татс услышал возгласы удивления и рассеянные смешки других хранителей. Яркие цвета выглядели смехотворно на парне; такой была первая реакция Татса. Но, когда Рапскаль эффектно поклонился всем хранителям, вдруг показалось, что они не только подходят его высокой и стройной фигуре, но и выглядят очень изящно. Это была одежда, которая подходила Старшим, такая же красочная, каким стал сам Рапскаль. Не стал ли он более алым с того времени, как Татс видел его в последний раз?

Он перевел взгляд на Тимару и понял, что его первое впечатление было правильным. Она изменилась за ночь и это касалось не только ее одежды. Голубоватый тон чешуи на ее лице теперь стал цвета индиго с серебряными прожилками. Она приветливо оглядывалась вокруг и, когда ее взгляд перешел к Татсу, их глаза встретились. Он знал. Она отвела взгляд.

В ушах стоял шум и время как будто остановилось для него. Он чувствовал, что шатается от ветра, как дерево, готовое вот-вот упасть на землю. Он знал и все же не мог поверить до конца, что это правда. Она отдалась Рапскалю. Все годы, что они знали друг друга, приобретенная близость дружбы, его отчаянные ухаживание за ней последние несколько месяцев ничего не значили для нее. Она предпочла ему Рапскаля. Он постарался не думать об их сплетенных вместе телах. Он не хотел задаваться вопросом целовала ли она сначала Рапскаля, представлять, как они вместе бросились в омут страсти или, хуже того, слились в сладостной медлительности.

Хэби отошла вниз к воде, чтоб попить, не обращая внимания на собравшихся хранителей и других драконов. Татс оцепенело стоял на месте, в то время, как другие хранители бросились вперед, чтоб забросать пару вопросами.

— Что случилось в городе прошлой ночью?

— Это был пожар на улицах? Мы видели везде огни!

— Где Синтара? Она и вправду теперь может летать?

— Почему Синтара не вернулась?

— Где вы взяли эту одежду?

Вопросы градом сыпались на них и Рапскаль с Тимарой говорили одновременно. Татс видел, как Тимара открыла связку, которую везла между ними и начала вытягивать туники и платья, штаны и обувь. Казалось, никто не замечал, что поднялся ветер и дождь усилился. Тимара вытряхивала вещи и раздавала их так быстро, как могла, а хранители то и дело издавали восхищенные и радостные возгласы. Царило всеобщее волнение, пока Элис внезапно не повысила голос до крика:

— ОСТАНОВИТЕСЬ! Прекратите дергать и обращаться с вещами так небрежно! Немедленно положите их!

Возбужденное бормотание угасло и все глаза обратились на женщину из Удачного, когда она резко двинулась в сторону хранителей. Ее щеки покраснели от гнева, а голос дрожал от ярости, когда она спросила:

— Тимара, Рапскаль, о чем вы думали, когда брали вещи из города? Я должна точно знать где вы их нашли, нам нужно измерить их и…

— Элис, пожалуйста, — голос Тимары был низким и успокаивающим. — Я знаю, что для тебя значит этот город. Я знаю, что ты хочешь знать все его тайны и считаешь, что мы не должны тревожить даже пыль на полу до тех пор, пока ты не опишешь ее. Я понимаю, что…