Крестоносцы

Не одно поколение сменило предыдущее. Стали немного другими сами люди. Они немного повзрослели, стали окряжистее, стройнее и даже немного симпатичнее своих предков.

Вместе с этим в их головы прибавилось немного и ума. Того самого, которого недостает всегда для более тонкого восприятия окружающего и для собственной безопасности в любом времени проникновения.

Изменилась немного суть христианского движения, и к этому описуемому моменту, она выглядела вполне схоже с тем, что происходит в настоящее время.

Вера упорно распространялась и насаждалась везде и повсюду. Исключение составили те стороны и отделившиеся ранее племена, которые не поддались общему соблазну искушения мысли и образовали свое, только им присущее выражение той же веры, но в соответствии со своим пониманием и восприятием различных сторон жизни, как мирской, так и загробной.

Время летело неумолимо вперед. Уж забыто было все то, что касалось истинной истории Христа и то, что он самолично преподносил людям.

Возникли различные кланы, обозначающие какую-то внутреннюю принадлежность душ человеческих к самовыражению их веры наружно.

И, конечно, этому способствовали сами люди, ибо их вера не относилась пока к сильной ее стороне, а скорее была необходимо-потребным атрибутом быта людского.

По сути, это была уже просто привычка, нежели сама вера в самих душах, выраженных людьми.

Но, вместе с тем, обреталось нечто новое в тех же душах, и изнутри вкладывалась первостепенная черта настоящего христианина, в последующем перерастающая в истинную силу веры, а еще дальше - в практически наследуемый религиозный фанатизм.

И таких, к сожалению, ко времени описуемому было достаточно много.

Большинство их в вере своей ничего не смыслило, но желание быть первыми среди общего числа таких же доводило порой до исступления, а дальше до кровавого насаждения своего мнения.

Что касается верхов, то есть бога и сына его, то они только наблюдали, ибо не желали вмешиваться в человеческий образ становления мысли их душ. Потому, они просто созерцали всю эту картину и делали соответствующие выводы изо всего происходящего.

Люди, в большинстве своем, искренне выражали свои чувства и обращались за помощью к богу единому и отцу его, а также к осязаемому ими святому духу. Их молитвы, первоначально воспроизведенные самим Христом, значительно изменились и обрели чисто спекулятивно-выпрашивающий мотив общего раскаивания по поводу содеянного в прошлом.

Вина гибели Христа почему-то полностью ложилась на тех, кто именно эту веру и исповедовал, карая морально или физически себя за это и предвкушая будущий рай на небесах, вместо плохого ада.

Что же касается других, то их этот вопрос практически не затрагивал. Они смирились с участью своей и только наблюдали со стороны за действиями особо провозглашенных.

В среде людей появились первые чины возвышения в самой вере и святое чинопочитание.

Выросли как грибы, так называемые, монашеские ордена, обеспечивающие некоторым кланам довольно простую, хотя и наружно богатую жизнь.

В общем, представители верхней части иерархий святого чинопочитания жили вполне сносно по сравнению с другими, более простыми верующими.

Это обусловило создание дополнительной структуры для общего контроля над всеми воспринявшими веру.

Произошла структурная, аномально развивающаяся церковно-иерархическая и ей подобная по смыслу революция в среде самих верующих, в конечном итоге приведшая к созданию единого церковно-апостолического устоя верховной власти в той же вере.

Наряду с этими изменениями, обретал совершенно иной смысл и сам подход к вероисповеданию.

Сами верующие становились более подозрительными к чинам, их окружавшим, а впоследствии, и более замкнутыми пред этими священнослужителями.

Вера начинала обретать власть. Но пока власть не иерархическую и мирскую, а власть духовную.

Появились первые символы веры, а также субординативные знаки их различия. Возникли приходы, аббатства и им подобные территориальные признаки власти.

Вместе с этим зарождалось и разложение внутри среды верующих на различные видогруппы, согласно их частично изложенным предположениям о житие мирском и божественном основополагателя веры - Иисуса Христа.

Появилось и двуязычие, а иногда, и больше, в случаях с отделившимися видогруппами вероисповедания.

Возникло первое сектанство из отделившихся ранее отдельно стоящих племен, а также из тех, кому религиозная какая-либо община обусловила более самостоятельную жизнь.

Ко времени описуемому таких сект насчитывалось довольно много. Конечно, выжить им было достаточно тяжело, но все же основные их истоки дошли и до настоящих времен.

Римская империя распалась, но вместо нее такой же силой овладела иерархическая ордено-монашеская структурная единица веры. Был создан центр иерархической силы, к которому тянулись все истоки, разошедшиеся ранее по земле.

Вместе с созданием такого центра возникла необходимость в его защите, а также в поспешном возведении его в ранг первосвященства.

Вот здесь-то и начинались все события, обозначающие

сегодня величие дня вчерашнего в постигаемом символе веропреподношения.

Вера начинала обретать вид сугубо координационной верховной иерархической власти.

Она приказывала, принуждала, исполняла и многое-многое другое делала для своего возвышения и укрепления позиций, как единой силы общедостигаемой конфигурационной величины власти среди всего населения, ибо оно к тому времени строго соблюдалось по группе своего вероотношения.

Казалось, вера досаждает людям и делает их подчиненными вторично кому-то. Но это было только внешне.

Внутри каждый, не зависимо от своей принадлежности, все же понимал, что видит во всем этом скорее всего не чинопредставителя, а кого-то больше, облаченного в свои одежды и имеющего, как им казалось, доступ лично к богу имущему.

Вспыхивали восстания, но они успешно подавлялись, ибо вера заставляла подчинить людей свои сердца и души.

Так продлилось еще немного по времени.