Скончанье веков

Взметнувшись ввысь, животное принялось раздирать когтями защиту человека. Инквизитор кричал, дёргался, пытаясь высвободиться из лап корфага, но все его попытки были безрезультатны. И вот, когда парящий в небе волкоподобный зверь был готов швырнуть Фангорна вниз, с земли в него ударил луч золотистого света. Корфагу выжгло часть правого крыла и половину морды. Он, не выпуская из лап свою жертву, начал стремительно снижаться, прилично отдаляясь от места сражения на север.

Проводив их взглядом до тех пор, пока они не скрылись за верхушками деревьев, я обернулся, и посмотрел вокруг. Стены огня, по обеим сторонам от меня, успели превратиться в угасающие полоски, за которыми я не увидел ни одного служителя Церкви, который мог бы стоять на ногах. Воины — остатки нашего засадного отряда — стояли так же, как и я, не выражавшими никаких эмоций глазами, пялились на стоящих рядом товарищей. С холмов медленно, придерживаясь за всё, что только подвернётся под руку, спускались выжившие маги, которых можно было пересчитать по пальцам.

Утерев кровь с лица, я подошёл к закоптившемуся камню, оказавшемуся аккурат посреди дороги. Сел на него, и уставился на главную цель этой бойни.

В центре золотого круга не было ничего, кроме деревянной телеги, с установленной на неё стальной клетки. Всё так же, как и в момент, когда я впервые увидел её, изнутри висела красная материя, мирно покачиваясь от дуновения лёгкого ветерка.

Глава 16. Отцы и дети

Защитный золотой круг никого не впускал в себя. Он стал непреодолимой преградой даже для Даста. Всеми своими магическими способностями он пытался взломать, или, хотя бы на короткое время, нейтрализовать заклинание кардиналов, но всё было тщетно. Мы пробовали разобрать камни, которыми была вымощена дорога, чтобы сделать подкоп, но и тут нас ожидал провал. Незримый барьер замкнутой сферой уходил под землю.

— Внимание!!! Всадники!!! — взревел кто-то за нашими спинами.

С запада, по усеянной поверженными телами дороге, перескакивая поваленные деревья, и ловко маневрируя между каменными глыбами, на нас неслись четыре всадника. Мы — люди Магистрата — узнали их сразу, и поспешили разойтись в стороны. Наёмники же, начав готовиться к бою, получили от Окаянного отборную порцию ругательств в свой адрес, после чего убрали оружие и последовали за нами.

Резко остановив своего вороного коня, Магистр выпрыгнул из седла, и приземлился на дорогу у самого края золотого круга. По выражению его лица можно было понять, что он сильно встревожен. Ещё бы, ведь там должен находиться его сын.

Словно медведь, он вцепился своими страшными, чёрными когтями в защитный барьер, и с диким скрежетом принялся царапать его. От его когтей на незримой преграде оставались неровные отметины, от которых то и дело расползались мелкие паутинки трещин. В какой-то момент послышался треск, и защитная сфера Инквизиции, словно разбитое на тысячи осколков стекло, осыпалась на дорогу. Магистр рванул вперёд, и с ходу запрыгнул на телегу. Он вцепился руками в толстенные прутья решётки, и одним рывком разодрал их на части. После этого, он ещё пару раз повторил подобное, и когда размер дыры стал достаточным, ловко пробрался внутрь. Ухватившись за красную материю, которой передвижная тюрьма была занавешена изнутри, взору Магистра предстало то, что заставило его взвыть.

— А-А-А!!! — яростно заорал он, и бросился на колени. — Мои эликсиры! Быстро!!!

На цельнометаллическом полу клетки, раскинув руки и ноги в стороны, лежал Костя. Иссохший, изнеможённый парень больше походил на древнего старика, которого родня морила голодом долгие месяцы. Кожа странного, желтушного цвета, с бурыми и фиолетовыми пятнами, а всё лицо покрыто кровавыми коростами. Его шея, плечи, запястья, бёдра и щиколотки, были прикованы к полу стальными пластинами. Но это ещё не всё. Его тело, в нескольких местах было пригвождено тонкими штырями, с загнутыми кончиками. Тот, кто это сделал, был хорошо знаком с анатомией человека. Штыри пронизывали его насквозь, но не было задето ни одного жизненноважного органа. В тех местах, где металл вонзался в плоть, уже были заметны следы гниения, да, и вообще, попахивало от Кости мертвечиной, которая успела пару дней полежать под палящими лучами дневного светила… Но, несмотря на всё это, он был жив, и Магистр, как только принесли его походный саквояж, принялся оживлять измученного сына.

— Эй, пьянь, — я пихнул ногой Вершка, который сидел в компании своих новых друзей — парочки неизвестных мне магов. — Я тут друга твоего встретил.

— Какого, к бесам, друга? — фыркнул он, приподнимая над головой початую бутылку пойла. — Вот он, мой единственный друг.

— А Фангорн? С каких это пор он перестал быть твоим другом?

С перепуга Зиган выплюнул изо рта то, что успел в него набрать. Вскочил на ноги, и принялся озираться по сторонам.

— Где он?! Ты убил его?! — встревоженно завопил маг.

— Нет, не убил. Я решил, что ему нельзя умирать, не повидавшись с тобой, — издевался я над Вершком, делая выражение своего лица как можно серьёзнее.

— Ты… как ты мог… Ах ты, гад! — заорал Зиган. — Шутить надо мной вздумал?!

Он, совершенно позабыв о том, что обладает магическими способностями, бросился на меня с кулаками. Его товарищи успели вцепиться в него, и удержать от соблазна врезать мне в морду.

— Успокойся ты, — обратился я к нему. Хоть в тот момент он и выглядел мерзко, и был противен мне, но мне стало его жалко. — Его подхватил с земли, и разодрал корфаг.

— Он швырнул его на землю? — умоляюще глядя мне в глаза, спросил Зиган. — Где? Куда? Покажи место — я должен лично убедиться в том, что он сдох.

— Зверюгу поразил какой-то инквизитор, и она, вместе с Фангорном спланировала вдаль, за северный холм.

— Нужно найти. Нужно найти их, — затараторил маг. — Идём, Кайс, отыщем его.

Прости, но я не пойду с тобой, — спокойно ответил я. Развернулся и побрёл прочь.

— Кайс, дружище! — кричал он мне вслед. — Ну, ты чего?! Обиделся на что-то?! Ты только скажи, а я извинюсь! Ну же, Кайс!!!

Так же, как и я, идти с ним на поиски тела Фангорна отказались все, кому он предлагал. Никто не верил, что можно было выжить после когтей корфага, а и слоняться по лесу ради полоумной прихоти Вершка взглянуть на кусок мяса, ни у кого не было ни малейшего желания. Отчаявшись, Зиган ужрался до беспамятства, и в луже собственной блевотины, уснул в придорожной канаве.

* * *

Двое суток. Именно столько мы простояли небольшим лагерем на Зелёной дороге. За это время нас покинули все наёмники, отбыв в Сангарию, а оттуда дальше — по своим домам. В первый же день мы — счастливчики, пережившие бойню, — сходили в наш лесной лагерь, и перенесли оттуда свои вещи и палатки. Расчистили, как смогли, дорогу от трупов, и принялись ждать. Чего ждать? Приказа Магистра. Ну, или солдат королевы и инквизиторов Триединства.

Вечером всё того же, первого дня, ко мне, словно невзначай, начали подходить маги, и поздравлять с резкой переменой в жизни. Делали они это шуточно, и я совершенно не понимал причин происходящего. На все мои вопросы о том, что всё это значит, они загадочно улыбались и, ничего не ответив, уходили прочь.

Да, блять, что всё это значит?!!! — заорал я, схватив очередного шутника за рукав.

— А-А-А!!! — раздался болезненный крик со стороны телеги, где всё это время Магистр возился со своим израненным сыном. Я сразу же узнал этот голос — это кричал Костя.

Лагерь затих, и какое-то время воцарилась мертвецкая тишина. Тот маг, которого я всё ещё держал за рукав, вырвался и поспешил отдалиться от меня подальше, ибо из темноты сгустившихся сумерек на меня надвигалась стена тьмы.

— Ещё раз потревожишь его своим визгом, и я вырву тебе последнюю пару рук, — со злостью в голосе произнёс Магистр, в ясное очертание которого превратилась тьма.

— Простите, я не хотел, — прошептал я пересохшими губами.

— Знаю, что не хотел, — сказал он на это, резко сменив тон на менее угрожающий. — Садись, поговорим.