Зора

На следующий корл Корлаг повторил опыт с обучением у лича. Только теперь он сделал иначе. Для этого он призвал в залы для ритуалов всех мастеров, учителей, а также Лукрецию и Лукаса. Он решил пожертвовать одним из менгов, чтобы призвать Форманиса прямиком сюда, в чёрную башню. Руководил этим процессом Властис. Бывший чародей белой башни был помещён в центр магической спирали, а все остальные находились за её пределами. Мастер ритуалов начал очередные долгие и непонятные манипуляции. Сколько бы Лукреция и Лукас ни пытались вникать в это, но всё происходило очень быстро. Не успевали они сосредоточиться на одном магическом потоке, чтобы понять, чего хочет достигнуть Властис с его помощью, как тут же вливался другой, и назначение менялось. В конце концов, они запутались и просто стали смотреть, чем всё это закончится. А после того, как чародей прекратил свои действия, бессмертный, который стоял в центре и смотрел строго перед собой, вдруг задвигался, будто бы обретает собственное сознание и перестаёт зависеть от хозяина. Но только вот всё это, и в самом деле, было так. Хоть в центре спирали так и продолжал стоять менг, но разум в этом существе был от зоралиста. Снова в голове брата и сестры зазвучал его жуткий голосище. Он рассказывал о том же, что раньше, однако теперь, накладываясь на то, что было уже сказано, эти знания привносили нечто новое. В них укоренялось то, что они узнали при предыдущей встрече. Снова от этих слов они наполнились тьмой и силой смерти, так что их тела сейчас полыхали от переполняющегося могущества. Да, таковым было слово лича. Что бы тогда было, если бы они взглянули на него? Или вообще прикоснулись бы? Это позволяет ещё сильнее понять, насколько они должны были стать совершенными, чтобы не умереть от его истинного присутствия.

И вот с таким багажом знаний, который они почерпнули у Форманиса во второй раз, продвигаться по боевому мастерству стало гораздо легче. На следующий корл Лукреция и Лукас закончили познание наложения чар на свои косы. И теперь, мало того, что близнецы умели прекрасно владеть этим оружием, так ещё, как и мастера-косари, им не нужно было даже поражать цель своими лезвиями. Некроплазма, что срывалась с поверхности кос, разила всё на своём пути. И это было великим сдвигом. Они вновь стали ходить в походы с мастером Киланом и сражались в первых рядах с хищными зверями. Учитель каждый раз хвалил их и не давал никаких советов. Но, несмотря на это, с каждой такой вылазкой брат с сестрой ощущали, как укрепляется их навык. Не зря они в детстве читали такие строки: «Хочешь познать новое – проявляй инициативу. Хочешь познать старое – прилагай энтузиазм. Но и в том, и в другом случае прилагай усердие». Усердно занимаясь делом, которое они, казалось бы, уже познали, двое учеников каждый раз открывали для себя что-то новое. Не боясь проводить эксперименты и рассматривая старые грани под новым углом, они всегда делали какие-то открытия. Каждый раз. Это новое накладывалось на старое и уже изученное, после чего получалось нечто феноменальное. Изученные приёмы становились ещё более изученными, так что приходилось упражняться с ними, чтобы закрепить до уровня рефлекса. Так пролетело ещё несколько корлов. Не пропустив ни одного похода, организованного Киланом, Лукреция и Лукас закрепили свои навыки настолько, что сражения с дикими животными перестали приносить нужный эффект. Они жаждали бросить вызов более сильным противникам. Килан согласился устроить поход для более продвинутых учеников в пустоши Ахкалла. И вечером следующего толнора он, Лукреция, Лукас и ещё трое некромантов вышли из главных врат и повернули на запад.

Сражаясь с хищниками близ Могильного леса, брат с сестрой научились думать, как один, так что они легко могли обмениваться силой. Их мысли были одним целым, и даже шагали они в такт. Сейчас они пытались скапливать всю мощь некроплазмы в своих телах, как этому обучал Форманис, чтобы чувствовать её очень точно и быть готовыми использовать даже самую мельчайшую частичку самым эффективным образом. Но не успели они как следует приступить к этому, как на горизонте показалась первая тень. Здесь, на окраине пустоши, обитают не самые сильные представители слуг Мората. Поэтому им сейчас повстречался не опасный вид тёмного существа, который даже не обращал на них внимания. Чародеи обратились к Килану, и тот дал некоторые советы, как нужно начинать атаку. Никто из чернокнижников никогда не изучал этих тёмных существ, ведь некромантия не позволяет их порабощать и делать из них слуг. Поэтому, собрав те крупицы сведений, которыми обладают все некроманты, Килан сказал, чтобы они не выказывали вражды, как явной, так и внутренней (хотя Лукас и Лукреция уже слишком отдалились от жизни, из-за чего внутренней вражды в них нет). После приближения они должны в один миг выказать всё своё мастерство управления косами, на какое только способны. Удар должен быть быстрым, точным и желательно одним. Они сделали пробный удар по воздуху. И мастер одобрил это, так что, приблизившись к той тени, которую они заметили первой, Лукреция и Лукас повторили свои манёвры. Если бы удар совершался обычным лезвием, то ничего бы не произошло. Но некроплазма в одно мгновение сожгла это существо, так что не осталось и упоминания о нём. Они так простояли какое-то время, наблюдая за окружающей средой, чтобы выяснить, во-первых, не возродится ли это существо, и, во-вторых, как на это отреагируют остальные тени. Но ничего не произошло. Даже Килан, который наблюдал за всем этим, потратил какое-то время, рассматривая магическое и духовное пространство, чтобы окончательно убедиться в том, что никаких посторонних движений нет. И он подтвердил, что никто из теней Мората никак не отреагировал на это. А потому в процесс обучения стали вливаться остальные некроманты. К слову, из трёх адептов, которые пошли в этот поход, лишь один был косарем. Другие два практиковались в использовании некроплазмы. И Лукреция с Лукасом увидели, как ещё можно использовать чистую магию смерти, помимо того, что они знали. Один из них сделал быстрый взмах рукой, и перед ним в одно мгновение возникла дуга, сотканная из чистой энергии смерти. Оказавшееся на пути этой дуги порождение Мората, погибло. Второй некроплазменный некромант призвал зелёную вспышку. Также не прошло и мгновения, как противник был уничтожен. И таким образом они по кругу уничтожали теней. Не успела ночь как следует воцариться над этим миром, как Килан сообщил о завершении похода. Все, конечно, подчинились ему, однако от вопроса не удержались, почему так быстро. Килан сказал, что начинает ощущать движение сил. А потому на сегодня хватит. Что ж, хоть для близнецов этого времени было явно недостаточно, всё же какой-никакой опыт в этих сражениях они приобрели. А потому возвращались в чёрную башню не с пустыми руками.

Мастер Килан попросил своих учеников, с которыми он ходил в этот самый поход, побыть проводниками магической силы в его ритуале, который он собирался провести, чтобы понять, какие силы пришли в движение, а также из-за чего это произошло. Лукреция и Лукас не переставали смотреть на то, как мастер Килан проводит ритуал. Они всё ещё не оставляли попыток, чтобы понять, какие ритуалы проводят некроманты, чтобы учиться делать так же. Для этого они договорились, что будут направлять свои разумы не в одном направлении, а в разном, чтобы успеть запечатлеть как можно больше. Они это запомнят, а потом с помощью связи их разумов смогут сложить всё воедино. Килан обратился к магии воскрешения мёртвых и применил её на себя, чтобы обрести какие-то способности бессмертного. В данном случае он обратил свою силу к глазам, так что они полыхали некроплазмой, а ритуалист медленно озирался по сторонам, рассматривая всё пространство. Остальные пять некромантов стояли по краям спирали, ощущая, как через их тела проходит могущественная тёмная сила. Она пронизывает их, а также задействует магические и духовные силы, чтобы увеличивать мощь ритуала на выходе, из-за чего взор Килана делался ещё более острым. Лукреция и Лукас не переставали наблюдать за всем этим. Чего-то нового они увидеть в этом не смогли, потому что понимали: ритуал основан на воскрешающей части некромантии, к которой они пока ещё не прикасались. Спустя какое-то время мастер, не переставая осматривать округу с помощью своих сил, заговорил со своими учениками: «Наше тёмное искусство практически никак не влияет на общее эфирное пространство. Мы касаемся лишь частицы всеобщей силы. Уничтожая тени Мората, мы практически не создаём никакого диссонанса. Каждая тень, которую мы уничтожили, высвобождала частицу силы, которая приводит их в движение, после чего она возвращалась обратно в руины крепости Мората. Вместе с действием нашей силой это не создаёт никаких лишних движений. И нельзя сказать, что этот самый загадочный Морат как-то контролирует поток собственной силы. Она лишь медленно и верно проистекает из его руин, практически незаметно заполняя всё пространство пустошей Акхалла и выходя за границы, простираясь дальше и дальше во все края. Однако что-то пришло со стороны. Это был некий контролируемый выброс силы. В один миг в направлении к нам двинулась волна сил, которая как раз таки вызвала тот самый диссонанс, что ощутил я. Мой ритуал помог проследить весь путь, который прошёл этот выброс, прежде чем явиться перед нами. Источник его находился в белой башне. Цель этой силы узнать не удалось, ведь мы не практикуем никаких светлых чар. Однако этот сгусток уже рассеялся и впитался с эфирные потоки, равномерно размешавшись в них» После того, как Килан замолчал, постепенно начались рождаться вопросы в устах его учеников. Все хотели узнать, что они будут предпринимать. Означает ли это вражду с белой башней? Стоит ли им подготавливаться к тому, что они будут воевать с этими надменными чародеями, которые постоянно вмешиваются в дела чёрной башни? Ученики были готовы получить приказ идти в атаку. Но Килан на все эти вопросы ответил, что пока что нет причин и оснований для того, чтобы навязывать открытый бой тем, кто практикует противоположную сферу магии. После этого он взглянул своими зелёными глазами, которые пока что ещё были подвержены ритуалу, на близнецов и сказал: «У вас ведь тоже есть вопрос» Лукас отвечал ему: «Да, и он касается ритуала. Мы с сестрой, конечно, не сильно сведущи в некромантии воскрешения, однако почему же сейчас тебе нужно было наше присутствие, когда как там, на болотах, ты справлялся сам?» Килан отвечал: «Потому что этот ритуал сложнее. Там, на болотах, я должен был услышать крик, когда как здесь, я должен был выслеживать следы. Если бы не усиление, которое получил мой ритуал через вас, мой взор не был бы столь прозорлив, и, скорее всего, у меня не получилось бы дотянуться до источника и увидеть, что он находится в белой башне. Потому что они пытались практически не оставлять следов, а также сделали попытку указать на красную башню, чтобы мы подумали, будто бы источником этого сгустка сил были именно они. Я не Властис. Я не столь умудрён в ритуальных делах. Мастер Властис наверняка без посторонней помощи смог бы узнать это всё, да ещё и понять, чего беломаги хотели достигнуть с помощью этого выброса сил» Лукас сказал: «Тогда тебе нужно обратиться к нему» - «Я уже это сделал. И он скоро прибудет сюда» Они ещё немного поговорили о ритуалах и сложностях их проведения, так что Лукреция и Лукас выяснили, что для проведения ритуалов нужно не только обладать глубокими знаниями в какой-то из конкретных областей некромантии, но и знать что-то в непосредственных ритуалах, ведь это отдельный вид искусства. И вот мастер Властис как раз хорошо знал все тонкости проведения ритуалов. Килан сказал, что для перехода к изучению ритуального мастерства желательно наполнить себя тёмной сущностью и определённым уровнем знаний некромантии. Всё это достигается двумя разными путями: либо глубоким изучением конкретного ответвления, либо поверхностными изучением сразу всех ответвлений, чтобы иметь общее представление об этой магии, как это сделал мастер Килан. Может, он не будет столь эффективным косарем или воскресителем, или мастером некроплазмы, однако он может усилить все эти области при помощи обширных знаний в ритуальном мастерстве. Пока он это всё рассказывал, Властис прибыл, и они вместе с Киланом стали разбираться с тем, для чего беломаги навели эту силу. Лукреция и Лукас стали свидетелями того, как ритуал проводит мастер ритуалов. Да, ему не нужны были никакие усилители, он всё сделал сам. Причём легко, просто и в то же самое время очень искусно. Брат с сестрой наблюдали, как он делал. После небольших объяснений Килана они стали подмечать различные детали. Как они обговорили, их разумы будут рассредоточены, чтобы охватить как можно больше знаний, а после, сложив их всех вместе, поразмышлять и попытаться понять. Но, в отличие от Килана, Властис был быстр, поэтому уследить за всеми его действиями было всё же сложнее. После того, как ритуалист завершил своё дело, они вдвоём принялись обсуждать то, что получилось. Мастер ритуалов сказал, что эта волна магической силы должна была разрушать все чары, которые творились в той области. Ученики в конечном итоге просто-напросто не смогли бы сплетать эфир. Также Властис обратил внимание на одну деталь: «Если ты заметил, волна с севера, но, приближаясь к нашему оплоту, она обогнула его, совсем чуть-чуть. Отклонение совсем незначительное, однако оно свидетельствует о том, что светлая сила не может противостоять ауре тьмы, которая скапливается над чёрной башней. Вуаль, которую начал собирать Арх, а мы продолжаем, несла в себе не только возможность ускорить обучение некромантов, создавая пригодную для этого атмосферу. Но она служит живым щитом от вражеского посягательства. Так что, находясь тут, мы остаёмся всесильными и защищёнными. Даже если они решат напасть на нас всем своим полным количеством, всем некромантам будет сподручнее держаться поближе к чёрной башне» Килан сказал: «Что ж, теперь мы воочию убедились в том, о чём рассказывал нам Арх» Дальнейшие обсуждения касались того, как они поступят с белой башней. Поддержать этот разговор прибыл также Корлаг, но брат с сестрой уже не слушали их, потому что ничего магического они творить не будут, а это уже не имело никакого значения.

После того разговора Лукреция и Лукас поняли, что лучшего места для укрепления своих навыков, чем их мрачный оплот, не сыщется нигде. Поэтому упражнялись со своими косами и некроплазмой они только внутри или непосредственно близ чёрной башни. Но, помимо своего боевого ремесла, они развивали то, что было открыло в Шурайском лесу – более тонкому управлению своей бледно-зелёной силой, чтобы уметь заживлять раны и возвращать существ к жизни без обращения в нежить. Чтобы закрепить накопленные знания, они вдвоём ходили в Могильный лес и наносили какому-нибудь животному повреждение, а после пытались залечить его. Конечно, первые разы не получалось, но, продолжая ходить в лес и оттачивать своё мастерство, они постепенно обретали более утончённое ощущение своей силы. За эталон они брали то ощущение, которое наполняло их во время обращения к силе Форманиса. Когда бессмертный разговаривал с ними, они начинали ощущать некромантию как никогда близко, будто бы они уже преодолели рубеж мастерства и теперь могут творить с ней всё, что угодно. Сейчас же, когда они вернулись к обычному состоянию, повторить это было гораздо сложнее. Однако они оба продолжали понимать, что всё зависит только лишь от усердия. Так что они не прекращали свои тренировки.

Прошло несколько корлов, и можно было уже сделать кое-какие наблюдения. Всё это время Килан не ходил в пустоши Акхалла, поэтому брат и сестра были заняты исключительно тем, что учились более тонкому чутью своей магии. Как итог, за это время Лукреция и Лукас научились очень хорошо ощущать свою силу, настолько хорошо, что они обрели способность не только залечивать с её помощью раны у зверей, даруя им жизнь без обращения в нежить, но ещё это помогло им в основном деле – в мастерстве накладывать чары на боевые косы, из-за чего они стали ещё более умело владеть этим видом оружия, потому что после того, как лезвия будут объяты зелёным пламенем, некроманты могли через это самое пламя ещё чётче ощущать свои оружия. Это делало их удары более точными и расчётливыми. Но также это тонкое чутьё приоткрыло другую завесу перед некромантами. С помощью тончайших манипуляций этой губительной силой они могли воздействовать на отдельные участки тела живого существа, чтобы вызывать различные эффекты. Например, отобрать возможность шевелить руками, ногами или глазами. Отнять возможность видеть, слышать или обонять. Они могут заставить тело забыть, как дышать, как говорить или как стоять. Также брат с сестрой предполагали, что, скорее всего, с помощью своих сил они смогут проникать в мысли людей, чтобы отнимать возможность думать, чтобы отключать какую-нибудь эмоцию или вообще взять сознание под контроль. Всё это они также продолжали развивать, охотясь на животных в Могильном лесу. И однажды они даже повстречались с дулом, что обитал в этом самом лесу.

Лукреция и Лукас, как всегда, прибыли на опушку и без каких-либо приготовлений стали всматриваться в темень, что царила там. Немного постояв так, они, не проронив ни единого слова, ринулись в одном направлении, потому что для общения друг с другом им слова были не нужны. За всё это время они настолько отточили свою тёмную сущность, что стали ещё ближе к совершенству. А потому их шаг был осторожен и тих. Их чутьё было очень острым, так что они подмечали всяческие движения и могли определять, кому они принадлежат. Самыми живучими представителями Могильного леса были медведи. И некроманты искали признаки присутствия именно этих животных. Раньше их часто можно было встретить на опушках. Но теперь, когда некроманты поработали в этих местах, опушки опустели. И живность можно было повстречать лишь в сердце этого места. Продвигаясь по этим местам, они всё ещё продолжали вслушиваться и всматриваться, пока не определили по звукам наличие какого-то живого существа, которое будет гораздо-гораздо крупнее медведя. Некроманты стали пробираться к нему, однако это существо само двигалось им навстречу. И вскоре они увидели его, существо, которое люди называли энтом. Конечно, ходячее дерево было ниже обычных деревьев, но своим размером оно превосходило некромантов. Лукреция и Лукас рассматривали, как по этому дереву двигался дух. И они видели, что в нём были все признаки живого существа. Более того, в отличие от животных, у него была душа. Так что какой-нибудь некромант-воскреситель мог бы превратить это в нежить. Было бы интересно посмотреть на то, как выглядит бессмертный дул. Пока некроманты его разглядывали своими духовными взорами, существо заговорило медленно и размеренно. Его скрипучие слова были древнего наречия, и он выражал негодование по поводу того, что поборники смерти шастают здесь, в окружении жизни. Он настоятельно требовал, чтобы некроманты ушли из его укрытия. Лукреция и Лукас пытались найти общий язык с этим древним существом, подобно тому, как они отыскали его с шурайями. Однако настроенный недружелюбно энт угрожал им расправой, если они продолжат использование своей магии тут, в сердце леса. Лукас пригрозил ему зелёным пламенем, которое может разрушить, как плоть, так и гранит, так что для его древесной кожи оно также будет вредно. Однако древнего стража леса это не испугало нисколько. В ответ он пригрозил, что в таком случае они вынуждены будут напасть на чёрную башню и уничтожить всех некромантов, чтобы обеспечить мир в Могильном лесу. Да, местоимение «они», которое использовал дул, показывало, что здесь он не один. И при необходимости другие стражи леса вступятся за него. Что ж, брат с сестрой не хотели враждовать с древними существами, а потому послушно покинули это место и решили оставить Могильный лес и его обитателей в покое. Но как же им продолжать взращивать своё мастерство? Ответ был очевиден – пришла пора повидаться с простыми людьми.

В те времена ещё не было стен и ограждений. Жизни людей ещё никто и ничто не угрожало. Первое бедствие, постигшее простых смертных, был Зорага. Он прошёл вдоль восточного побережья Ксилийского океана, поразил такие города и селения, как Ал’тимер, Улик, Ура, Па’ноктикум, Тира и Кали. Северная опушка Шурайского леса навсегда превратилась в огромное и мрачное болото, охваченное жуткими испарениями тамошнего лича. Мало кому известно, однако на том месте был воздвигнут первый военный форт, куда должны были набирать рекрутов, бесстрашных молодых людей, желавших стать истинными воителями, желавших обратиться героями, а также символами надежды и доблести, на которых будут равняться, с которыми будут вести дела истинные воители. В планах вирана было использовать таких рекрутов, обученных в стенах форта Н’октус, чтобы продолжать борьбу с древними существами. Речь, конечно же, идёт о шурайях, которых люди прозвали оборотнями, и дулах, которых они именуют энтами. Тем самым они хотели положить конец существованию тех, кто жили тут до них, и завладеть всеми этим землями окончательно и бесповоротно. Но Зорага нанёс свой удар именно туда, потопив этот форт и всех его обитателей в воде, расстроив такой великий план вирана. То болото было названо Н’октус в честь того форта, который стоял на берегу одноимённого озера. Хоть все свидетельства были на лицо – это было целенаправленным действием каких-то высших сил, всё же все хотели верить, что это просто-напросто была случайность. А в то, что там поселилось какое-то страшилище, никто верить не хотел. В общем, вся страна жила своей обыденной жизнью. И два некроманта могли путешествовать по дорогам, соединявшим города и селения, не опасаясь никаких проблем. Они отправились на северо-восток от чёрной башни.

Они вошли в деревню И, самой близкой к своему мрачному оплоту, и прошли её насквозь, собирая на себе взгляды местных обитателей. Однако в этих взглядах не было ничего особенного. Некроманты здесь гости не частые, но и не редкие. Поэтому местные не видели ничего необычного в том, что чародеи из близлежащей башни прошлись по их селению. Они изредка заговаривали с местными, чтобы узнать, нет ли в их деревни каких-нибудь проблем или подозрений на заражения тьмой. Но местные жители привыкли к опасности, что обитает в Игской роще, а потому уже не жалуются на страшных существ из ночных кошмаров. Главное, придерживаться правил, и всё будет хорошо. Ещё немного пробыв в этом поселении, брат и сестра не нашли, где бы они смогли применить свою силу, а потому двинулись дальше. Следующая на очереди была Талита. Местные видели некромантов довольно редко, поэтому присутствие двоих чернокнижников вызывало обсуждение среди местных жителей. Но всё же они слышали о них и как-никак сталкивались с ними, поэтому Лукас и Лукреция не вызывали вопроса «А кто это?». Да и разговоры близнецов с людьми на предмет каких-нибудь странных заболеваний воспринимались обычным делом. Тьма Мората сюда практически не доходила. А лесорубы из деревни И давно обучили местных, как нужно вести себя, чтобы не стать жертвой одного из этих чудовищ. Так что никто не стал жаловаться. Да и сами некроманты, пробыв здесь какое-то время, не нашли, куда бы они могли применить свою силу, а потому двинулись дальше.

Следующий пункт был город Хат’рубмер. Видеть города Лукасу и Лукреции доводилось только лишь в детстве, а потому каменные постройки, имевшие два, а то и три уровня, были для них чем-то новым. Нельзя сказать, что они были удивлены или хотя бы заинтересованы, ведь души их давно стали бессмертными, но всё же они отметили для себя, что каменные строения выглядят более достойно, чем деревянные избы, которые они видели в деревнях, и уж тем более достойнее землянок шурайев. Но этим просто приходится вести такой низменный образ жизни в ожидании пришествия нового божества. Людям же гораздо сподручнее возводить как раз таки каменные дома, чем ютиться в таких жалких деревянных халупах, лакомых кусках для термитов и других древесных паразитов. Конечно же, присутствие двух мрачных людей в чёрных одеяниях вызывало не просто интерес, а целый ажиотаж у местных жителей, которые никогда не виделись с некромантами. Лукреция и Лукас не переставали ловить на себе не просто заинтересованные, а прямиком изумлённые взгляды простых людей. Им никогда не доводилось встречать адептов бледно-зелёного пламени. Они слышали о них только из различных россказней, которые распространяют всякие трактирщики или мимо проходящие чародеи других башен. Брат с сестрой пытались расспрашивать людей, не известно ли им о каких-нибудь болезнях или странностях, которые требовали бы вмешательства мрачных чародеев. Но люди, поражённые тем, что с ними говорят чёрные мантии, не находили слов, кроме лишь «Нет, у меня всё в порядке». И они пробыли несколько толноров в этом городе, осматриваясь и пытаясь наладить контакт с теми, кто здесь жил. И всё было тщетно, пока они не повстречали тройку боевых магов, которые, заметив двоих некромантов, решили поприветствовать коллег по ремеслу. Их даже не отпугнула мрачность и несговорчивость, ведь кто-кто, а чародеи понимали, что такими их сделала тёмная сущность, которую они взращивают в себе. А потому Лукреция и Лукас из разговоров с ними узнали, что лучшие места для сборов слухов – это таверны. Хозяева таких заведений, как правило, приветливы и обладают более подробными сведениями о местной жизни. Они смогут подсказать, у кого где неладно. Возможно, какой-нибудь половой сможет подкинуть работёнку и для двоих мрачных чародеев. На этом, конечно же, их разговоры не закончились. Боевики довольно положительно откликаются о некромантах. В частности, они помнят, что именно некроманты смогли уничтожить космическую спираль смерти, которая приближалась к ним. Они даже призывали Лукаса и Лукрецию прийти к ним в гости, чтобы обменяться какими-нибудь важными секретами в магическом искусстве. Само собой, они отказались, сославшись на то, что они избрали путь, и отклонения в нём неприемлемы. Также некроманты узнали, будто бы среди всех чародеев ходят слухи, что чёрная хворь, устроенная на востоке, это дело рук некромантов, ведь только у тех, кто смог остановить космическую спираль смерти, достанет сил, чтобы сотворить нечто подобное, какое-нибудь столь мощное заклятье, чтобы создать эпидемию, которая будет, подобно живому облаку, двигаться от деревни к деревне, от города к городу, убивая одних живых и оставляя других. Брат с сестрой посоветовали расспросить у своих руководителей, у самых древних чародеев о таком страшном дне, как Зорагалдиум. Тогда они узнают, что это не дело рук некромантов, хотя и связано с ними. В общем, проведя небольшой пустой разговор, Лукреция и Лукас всё-таки отделались от этих ходячих котлов жизни, чтобы направиться, наконец уже, в местную таверну.

Стоял вечер, а потому место отдыха было достаточно людным. Пришествие некромантов тут же приковало все взгляды к ним. Сразу же воцарилась звенящая тишина. Только лишь мерный стук двух пар ботинок нарушал эту тишину. Людей привлекали как их неприметные личности, так и оружия их. Каждый понимал: пришли отнюдь не полевые жнецы. Брат и сестра прошагали под звонкую тишь к прилавку. Пузатый хозяин, не скрывая своего изумления, глядел на них. Когда они воздвиглись перед ним, его уста извлекли дежурную фразу: «Чего покрепче? Или начнём с чего полегче?» Тихий голос Лукреции, словно скользкая змея, петляющая в высокой траве, проник в сознание мужчины и сквозь его трепет донёс мысль о том, что некроманты пришли сюда, чтобы разузнать о местных слухах, в частности, нет ли среди местных жителей каких-нибудь странных людей, подверженных скверне Мората, или тех, кто подхватил какую-то заразу, а избавиться от неё не может. Разум тут же заметался в поисках каких-нибудь сведений. А все обитатели местной таверны внимательно смотрели на двоих незнакомцев. Звуки до сих пор были большой редкостью, как будто бы каждый боялся и пошевелиться, лишь бы не спровоцировать двоих людей в чёрном. Хозяин таверны не долго маялся с ответом, и сказал, что ни о чём таком не слышал. Некроманты были уверены, что больше всего на свете ему сейчас хотелось, чтобы они ушли и оставили его в покое. Поэтому, недолго думая, они исполнили его невысказанное желание. Некроманты двинулись дальше. Они хотели отыскать другую таверну и явиться туда днём, пока никого, кроме хозяина таверны, там не будет, чтобы поговорить. Поэтому они, как обычно, продолжили ходить по Хат’румберу, пока не стемнело. Но не успела ночь опустить над городом, как к ним подошёл мужчина. Он очень сильно робел перед мрачными чародеями, однако просьба, которую он имел, была сильнее страха, а потому он всё-таки заговорил с ними. Как оказалось, этот человек был в той самой таверне, которую они посетили вечером. И ему удалось услышать, о чём Лукреция расспрашивала хозяина. Он рассказал о своей беде. Оказывается, его сын, которому уже исполнилось 6 корлов, болен какой-то необъяснимой болезнью. К этому времени все здоровые дети уже умеют ходить и говорить, а его ребёнок – ещё нет. Он обращался за помощью к белым чародеям, пытался найти, где расположена тайная башня, но ничего не помогло. Его сын так и остался в таком состоянии. Они согласились посмотреть на недуг, а потому ночью заявились к нему в дом, чем очень напугали его жену. Однако он сумел заверить её, что эти чародеи могут помочь их сыну. Она же выказывала опасения по поводу того, что они не похожи на тех, кто может спасать, а, скорее, на тех, кто приходит лишь губить. Но осторожные слова мужа помогли унять её волнения. К этому ещё прибавился тихий голос Лукреции, которая утверждала, что они не станут ничего пробовать, если не будут уверены в том, что это не причинит никакого ущерба её сыну. Она лишь принялась рыдать и умолять, чтобы они помогли их ребёнку. Когда они проследовали в комнату, где был больной, Лукреция и Лукас увидели, что тот лежит и, не издавая ни слова, молча смотрит на гостей. Мама тут же припала к его постели и стала разговаривать с ним, заверяя в том, что эти люди ничего плохого не сделают. Они пришли помочь и всё подобное в том же роде. Чего ожидали увидеть Лукреция и Лукас, когда шли сюда? Чёрную хворь, одержимость тёмным духом Мората или ещё нечто подобное. Однако, глядя на их сына своими духовными взорами, они видели гораздо более тяжкую патологию. Тут дело было не в теле человека, как если бы оно было поражено каким-то недугом иль проклятьем, которое мешало ходить и говорить. Но проблема находилась в голове. Сложно представить, но некоторые повреждения головного мозга лишали этого человека возможности учиться. Некроманты стояли так довольно долго. Они обменивались мыслями, делали предположения и пытались составлять тактику лечения, которая была бы наименее вредоносной. Однако они оба понимали, что им как раз таки не достаёт практики в этом деле, чтобы приступить к исцелению этого недуга. Молчание начинало затягиваться, но родители не мешали двоих чародеям, которые просто смотрели на их сына. Лукреция и Лукас рассмотрели все варианты, а после озвучили результат: «Заболевание очень сложное. У нас с братом не хватает опыта для того, чтобы с помощью магии исправить эти отклонения» Женщина снова залилась слезами, а мужчина, держа её за плечи, спросил: «За что нам такая кара? Кто же проклял нас?» Лукас отвечал: «Несовершенство. Никто не прикладывал к этому руку. Просто лишь время и случай сыграли свою роль. Мы отправимся дальше. Но постараемся оповестить кого-нибудь из мастеров, которые обучали нас. Быть может, кто-то, более опытный, сможет вам помочь» Договорив это, они оставили расстроенных родителей наедине и покинули их дом.