Детская проза

Девочки запрыгали: — У нас лучше! У нас лучше! — Мазин и Русаков идут! — запыхавшись, сообщил Медведев. — Я их на лестнице видел. Впереди, крепко ступая, шагал плотный, коренастый Мазин. Рядом, стараясь попасть с ним в ногу, торопился маленький, подвижной Петя Русаков. — Вот они — закадычные…

Это достаточно для «лучшей судьбы»? Или всё — пустое? И распад СССР неминуем? Надежды на Романова и «опыт будущего» — ничего против инерции исторического процесса? Вот и поглядим своими глазами, что да как будет во «второй раз». Стараюсь успевать делать всё — мыслить пикейно-жилетно о судьбе страны…

На улице было уже темно. Из окна веяло приятной прохладой. Ярко горели окна витрин, лебедеобразные фонари вдоль улицы, мягко шуршали колеса троллейбусов и машин. Зина смотрела и думала, как же они жили всю эту долгую жизнь. Хорошо жили. Никогда никаких сцен, никаких недоразумений. У отца были золотые…

Только раз в году, в свой день рождения, Чарли Бакету удавалось отведать шоколада. Целый год вся семья копила деньги, и, когда наступал счастливый день, Чарли получал в подарок маленькую плитку шоколада. И каждый раз, получив подарок, он аккуратно клал его в маленький деревянный ящичек и бережно хранил…

– Я про это не знала… – Разве отец не рассказывал? – Я не помню… Как принято говорить, вот она нынешняя молодежь… – Я заберу эту штуку. – Конечно, конечно… В сорок шестом году, когда я был худосочным тюменским первоклассником, этот барометр висел в комнатушке с обитыми некрашеной фанерой…

– А полижи, – скажет старик Савельев и нальет Сеньке меду на блюдечко. Сенька и в сельмаг зайти может. В сельмаге ему пряник дают. Один раз молодой тракторист Михаил подарил Сеньке в сельмаге четвертинку вина белого. Сенька ее принял очень серьезно. Домой отнес. Сенькина мама изловила тракториста…

— Лучше бы организованность! — Только не на скаутский манер! Тут Вольнова всерьез обижалась. Она ставила себе в заслугу, что, участвуя в скаутском движении, помогла взорвать изнутри и разоблачить эту организацию воинствующих буржуйских сынков. И считала, что нам нужно перенять немало полезного,…

Тут я заметил, что думаю не о том, и сейчас же забыл, о чем надо думать, и стал почему-то думать о лошадях и ослах: почему лошади большие, а ослы маленькие, и что, может быть, лошади – это то же, что и ослы, только большие; почему у лошадей и ослов по четыре ноги, а у людей только по две, и что было…

Он лёг спать, а ключи положил под подушку. Утром отец снова пошёл на работу в столярку с трубкой в зубах и с ключами в кармане. Мать ушла на ферму. Ну а Чубо вышел во двор. Вдруг видит: снежная старушка подмигивает ему и манит к себе белым пальцем. — Кажется, мой старик без шапки, — сказала…

Сегодня ее не было, а было много ребят, некоторые даже из нашей школы. Я съехал вместе с ними раз пять, но стало мне скучно, я собрался идти домой, чтобы санки оставить, а взять лыжи. И вдруг пришла та самая девочка в синем беретике. И глаза у нее тоже были синие, а волосы - светлые. Я сразу развеселился…

“Что, — думает Петька, — за чудик такой? То ли псих, то ли пьяный? Ну факт, что пьяный — вон ведь как разит… Фу!..” А разит действительно здорово. Течет по камере дух, не поймешь, самогонный ли, водочный ли, но здорово крепкий. — Мам-мочки! — гудит пьяный. — Мамочки! А Петька стоит, смотрит, и…

Когда вечером он приезжал со службы на «эмке» и шел по двору – стройный, подтянутый, в блестящих сапогах – все, кто бы ни был во дворе, всегда бросали свои дела и смотрели на отца, на то, как он шел, и все всегда улыбались, потому что шел он замечательно, по-военному. Даже доминошники, какие-то расхлябанные…

День красивый, как сказка. Радостный день, теплый, ласковый, нежащий, посланный небом для утехи земли. В четырех верстах от Ростова, славного города Ростова, отражавшего так отчаянно храбро набеги диких кочевников-татар и павшего под их бешеным натиском, небольшая усадьба, вся обласканная, вся согретая…

Вот теперь ты знаешь всех жителей хутора Катхульт близ деревни Леннеберга округа Смоланд. Давай-ка их вместе с тобой перечислим: папа Антон, мама Альма, сестренка Ида, работник Альфред и работница Лина, да еще две лошади, пара быков, восемь коров, три свиньи, десяток овец, пятнадцать кур, один петух,…

— А так, на твою. Василиса Аркадьевна моей маме вчера сказала. — А кто это попросил? — Очень нужно, конечно, не я. — Куда же меня пересадят? — расстроился Дорин. — Тебя никуда. Ты рядом со мной будешь сидеть, чтобы исправлять меня. Это все Василиса Аркадьевна сказала.…

– Удивительный ребенок! – сказал один из матросов, когда Пиппи исчезла вдали, и вытер слезу. Он был прав. Пиппи была в самом деле удивительным ребенком. А самым удивительным в ней была ее огромная сила. Она была так сильна, что во всем мире не нашлось бы полицейского, который мог бы помериться…

А в цирке, в скрещении прожекторов, в нежном позванивании колокольчиков, явится мальчику девочка на шаре, явится и исчезнет, уедет в дальнюю даль, в самый конец географической карты, и останется первым предупреждением о любви, разлуке и печали. И разбудит в его отце воспоминание — мальчик поймет это,…

– Я же тебя предупреждал, – сказал Генка. – Они не любят… И Генка с Витькой с удовольствием рассмеялись. Жмуркин поглядел в зеркало на стене. – Ну все, – в голосе Жмуркина проскочило бешенство, – это последняя капля… Жмуркин огляделся, увидел блестящую кувалду на стене, с трудом взял ее в руки…

– Но я не уверена, что они хорошие… – Я тоже, – отрезала я, – но всем же вроде понравилось, когда ты их в садике читала. – Что значит – ты тоже? – ахнула мама. – У тебя зубы в помаде, вытри, пожалуйста, – попросила я. – Нет, погоди, тебе не нравится, что я пишу?! «О боже, – подумала я, – мне…

Сын бабушки Жени, папа девочек, очень заботился о своём здоровье и о здоровье близких и поэтому долго уговаривал бабушку Женю поставить искусственные зубы. Чтобы его не огорчать, она согласилась. Правда, жевать ими было не очень удобно. – Ну ничего, – вздохнула бабушка Женя, глядя в зеркало, – надеюсь,…