Поэзия

А вот Морторис сидит в своей башне и плачет. Ни рабов, ни славных битв, ни трофеев, ни ресурсов. — О, Великий! — в тронный зал забежал худощавый сгорбленный чёрт. — Мы добыли! Трофей! — Неси! — в глазах демона блеснул лучик надежды. — Если подношение будет достойным, мы сможем попросить Верховных…

Глаза закрылись, снова проваливаюсь в сон. Опять кошмар и снова выстрел! Ощущения во тьме в этот раз другие. Видения и воспоминания о далёком прошлом. Маленькие руки, слабость в теле. [Ребёнок, но не я?] Снова выстрел! В «меня» попали сзади. Пуля прошла навылет, лёгкое едва задето. Зима, знакомый…

   - Следуй за мной, - Янирен немногословен.    Он ведёт меня к чистой и опрятной деревушке, опоясанной частоколом из заострённых сверху брёвен, каковой в реальном мире, наверно, нигде и нет. На ближней к нам окраине лежит здоровущий плоский камень, на котором выбиты концентрические круги.    - Вставай…

Я закрыл глаза, отдаваясь неимоверной всепожирающей боли. Узор начал действовать… * * * Я открыл глаза и уставился в розовый потолок. Не знаю, что меня больше поразило, то, что он розовый или то, что у меня есть потолок. Чистый, без единой подпалины и скола, без копоти, плесени и грязных потёков.…

И со своей стороны он-то прав, конечно. Да и у Лакомки хватает дел и без короны: с Олежеком, реабилитацией альвов и родом в целом. Только сейчас получилось по-быстрому заглянуть в сад. Лена вон тоже трудяжка, тащит на себе пол-Междуречья, помогает Кире, занимается передачей предприятий от Семибоярщины,…

Равилон – олицетворение всех кошмаров, ведь он губит главное, что есть в человеке – его Дух. Скверна разрывает линии силы, превращает человека в деструкта. А это процесс необратимый. Это приговор. Для всех, кроме Совершенных. Я прикусила губу, потому что перед глазами как наяву встал ночной кровавый…

Айнур достала из кармана суконного пиджака их главного очки и блокнот. Пиджак чужак носил по-городскому, прямо на шерстяной свитер, несмотря на июльскую жару. Он был уже в летах. А записки его на русском языке… – Все надо сжечь дотла, брат, – деловито, совсем по-взрослому заявила пятнадцатилетняя Айнур…

— Я хотел сказать… — юноша собрался. — Что… — Что?! — ухмыльнулся кавалер его возлюбленной. — Что… — выдавил бледный юноша, но не смог продолжить. — Что? — на этот раз не выдержала сама избранница. — Что люблю тебя… — выдохнул юноша, жадно уставившись на неё. Все замолчали. Показалось, что…

— Вот почему все уже по парам, а я один? — вздохнул мой помощник. — Тебя Клава спрашивала, — ехидно заметила Катя и схватила папку. — Всё, я ушла. И вы не рассиживайтесь! Через секунду дверь за ней захлопнулась, а мы со Святом переглянулись. — Чего расселся? — спросил я. — По дороге чай допьёшь!…

Внутри столицы я ожидал проблем вроде пьяной драки, готовящейся дуэли или любой иной ситуации, где замешаны люди… но никак не твари! Оказывается, «мой» Портал под разрушенным театром не так уж уникален… И, с одной стороны, это меня радовало, так как найти достойный Портал для меня проблема, а с другой,…

— Чтобы он не спросил, нужно нам не только о прибытках своих думать, но и о делах державных. Мы торгуем тут, в Туле, прикрываясь грамотой Государя? Торгуем. А значит нам нужно заняться всяческой поддержкой местного полка городового. — Поддержкой? — Создадим общество соблагоденствия воинства тульского.…

Натягиваю на ногу кроссовок и бью носком в пол, чтобы до конца впихнуть стопу. – Черт! – Ударила сильнее, чем планировала. Закусываю губу и безмолвно вою. Нет, я справлюсь! Тем более поздно что-либо отменять: сумка уже собрана, я настроилась, и прямо сейчас в мою дверь раздается размеренный…

– В позу посоха! Чатуранга Дандасана . Запястья на уровне плеч, пятки оттянуты, не расслабляемся… За окнами уже стемнело, на телевышке светились огоньки. Я закончила занятие раньше обычного. Пока все складывали коврики и подушки, Лоу вернулся в зал. – У тебя ведь есть ключ от ее квартиры, – тихо…

— Я пробью барьер? — указал я на воздушный пузырь, на всякий случай. Не хватало ещё, что-то здесь поломать. — Попробуй, — рядом нарисовался высокий парень, сложивший руки на груди, — Сейчас я выкрутил защиту на максимум, чтобы твари сильно не доставали. Пусть Рыжий и Стёпа поработают, — ухмыльнувшись,…