Проза

Дрейк угрожающе взглянул на высокопоставленного собеседника: — В чем дело, мистер Денбрук? И какого черта вы вмешиваетесь? Я… Однако сенатор не дал ему договорить: — Вы вправе поступать, как считаете нужным, но при том условии, о котором я говорил: если спиртное не влияет на ваш разум. Вторая порция…

— У тебя всё иначе, совсем иначе, сама знаешь. Ты всегда была не такая, как все… Аньес то и дело пробует соус длинной деревянной ложкой и размышляет о собственной жизни. Такой размеренной. Нормальной жизни, что и говорить. Потому что не быть замужем в моем возрасте ненормально. В тридцать шесть…

— Этого я не знаю. А вы, сэнсэй? — Я тоже не знаю. Хотя полагаю, что они преследуют какую-то выгоду. Не станет современный человек просто так устраивать беспорядки. Ловчат они, вот и всё. — Неужели?.. — Кадоно посерьёзнел. Но Дайскэ больше ничего не сказал. Бесполезно. До Кадоно всё равно не дойдёт.…

Вспомните хотя бы, как однажды вы и Рейнеке повстречали на дороге крестьянина с полным возом рыбы и вы уговорили моего дядю-лиса лечь посреди дороги и прикинуться мертвым. Рейнеке согласился, хотя и рисковал при этом жизнью. Крестьянин уже замахнулся на него топором, и стоило дяде хотя бы вздрогнуть,…

Ждал-пождал старик; напекла ему бабка лепешек, положила в мешок три луковицы, и пошел старик за шестьдесят верст, в город Чермоз, к хозяину Камметаллу заработок получать. Сидит в Камметалле человек гордой наружности, а вокруг него столько бумаги, что целой деревней в год не перекрутить. Посмотрел он…

Особенно обидным было то, что в этот день мне пришлось к ней переехать. Да, пришлось снова вернуться, чтобы жить вместе. Нанять грузовик с водителем по имени Стэн и перенестись со всем своим барахлом со Сто пятнадцатой на Сорок восьмую улицу. Бамс! А вот и я. В двадцать пять лет снова в своей детской…

Она на несколько секунд задумывается. — Возможно, и миллионы. — Но ведь сейчас еще только июнь! Три месяца до начала работы, — в полном смятении говорю я. — Знаю. — Она трясет перед моим лицом пальцем с кровавым маникюром. — Но если ваш первый обзор появится в сентябре,…

И вот как-то раз один из моих сожителей, не то снабженец, не то ревизор, все они были на одну колодку, все по вечерам, вернувшись в гостиницу, выкладывали из бокастых портфелей трофеи — свертки с вином и водкой, разную снедь, соскабливали с горлышек сургуч и молодецким ударом по донышку вышибали пробку,…

И к катку нельзя подходить – Рекс укусит. Рекс – местная бродячая собака, жившая под машиной. Говорили, что ее бросили вместе с катком, и она ждала, когда ее заберут. Рекс был злой, на всех лаял, но одновременно добрый, с застенчивыми, в слезах глазами. Как будто он всю ночь плакал, когда его никто под…

Зачем она на самом деле сюда вернулась? А вот об этом она никогда не напишет — даже в свой блог. Было такое сказочное время, когда дедушка любил только одну Алису и привозил её на трамвае в выдуманный им самим Музей городских историй. Летом ли, зимой ли, ранним утром или на закате дня, Музей этот был…

— Чего-сь? — Разгар, говорю, пластмассового века… — Отчего же пластмассового? — А какого еще? — удивился офицер и как бы нехотя пояснил: — Золотой век на то и золотой, что был невесть когда (и неизвестно вообще, был ли); серебряный также минул вместе с нашей, мой друг, юностью; логически, полагался…

— Пропади все пропадом, — она отбросила карту. — Не понимаю, почему они не дают мне проехать. Грегг вжался в свое сиденье. Его не интересовало, что там, на дороге. Это рассердило Вирджинию: она почувствовала себя брошенной. Получается, всем наплевать? Но тут в потоке машин образовался просвет, и ей…

Они выходят во двор. Сын застывает. Видишь, ты меня спрашивал, что такое туман — вот он, еще немного остался, стелется под кустами. «И под скамейками прячется!» — кричит Теплый. Подпрыгивает и вдруг смеется. Он вообще смешлив, ее мальчик. С тополя мягко спархивает ворона, садится на клумбу, разрывает…

Прошли злодеи мимо, только под сапогами ихними скрып да скрып, скрып да скрып. Потом, слышно, в окошко избяное постучали. Света там не запалили, но дверь взвизгнула, кто-то вышел во двор, и все вместо черной тенью двинулись к сараю. Может, пять минут прошло, может, с десяток, но только опять зачернело…

— Куда это вы? — спросили те. — Вам-то что? огрызнулся Херувим. — Да ничего. Бегите к Железобетону, там такое делается! Компания не заставила себя уговаривать и поспела как раз к налету на механическую мастерскую. — А слабо нам разобрать мотор? — предложил Херувим.…

— Крис. — ответил рок-певец и Даншен понял, что если он попробует назвать собеседника «господин Харди», то вылетит отсюда в два счета. — Ничего, если мы пойдем на кухню? — спросил музыкант небрежно, — я предпочитаю говорить там. — Так даже лучше, — осторожно согласился…

Лиза так изумится! Она никогда бы не додумалась. Ее куклы живут в другой коробке, никогда не стригутся, не меняются и даже не шалят. Все они — девочки, и у всех голубые банты на платье. Это скучно. Услыхав шаги, Катюша подбирает ноги и совсем врастает в кресло. Будет чудесно, если ни няня, ни Лиза…

Оказавшись в штабе, генерал решает начать издалека. — Я пришел к вам с одной мыслишкой, — приступает он к делу. Командиры спецназа кивают. — Допустим, у вас имеется подразделение, которое действует вне зоны защитного охвата основных сил. Что произойдет, если кого-то из бойцов ранят? —…

Единственный выход – славянская дружина Игоря. Как бы ни хотелось в очередной раз выдвинуть на первое место своего сына, но, видно, придется смириться и направить к древлянам Игоря. Если он успешно справится со сбором дани, будет большая прибыль казне. Не справится – лишний раз киевляне увидят беспомощность…

— Так это он до такой высоты дотянулся? — Ну да, — говорю. И мой напарник запросился домой. В избушке было тепло. Помолившись, мы легли на веточки и быстро уснули. Среди ночи нас разбудил мощный медвежий рев. — Как паровоз, — сказал отец Дионисий, — и по-моему, паровоз…