Современная проза

Было бы неверно называть автором «художественного» текста того, кто просто рассказывает нам нечто, не соответствующее действительности. В трудах Птолемея содержится ложная информация о движении Земли. Должны ли мы считать их более «художественными», чем работы Кеплера? Скорее отличие заключается в…

Драголюб садится и продолжает спать, будто ничего и не было. Веля и А. (задирает рукав). Поглядите, я весь в мурашках! Флора (смотрит). Какие мурашки? Это у вас диатез — ничего страшного, само пройдет. (Возвращается к столу.) Не следовало отрывать меня от работы из-за такой ерунды. …

– Вот если бы мне добиться расположения девицы Двайер, – проговорил Ниери подрагивающим голосом, – пусть даже всего лишь на какой-нибудь часик, как бы взыграла моя душа! Костяшки на кулаках Ниери выпирали белыми бугорками и, казалось, вот-вот прорвут кожу; впрочем, так всегда бывает, если сжимать руки…

Тем утром я увидел дедушку позже, издали, когда он, как всегда, шаркал туфлями по мраморным полам, то и дело отирая большим платком слезящиеся стариковские глаза цвета агавы. Смотрел я на него издали, и казался он мне каким-то одиноким деревцем, только движущимся. Зеленоватый, жилистый, словно кактус…

— Куда это вы собрались? — В Америку, — сказала Марика. — На кой ляд? — поинтересовался рабочий; комбинезон на нем задубел от машинного масла. — Чего вы забыли в этой Америке? Сестра Гортензия прижала к себе детей. — Не вступай в разговор с незнакомыми людьми, золотко мое… А вы оставьте в покое…

Паула проводила меня до самого дома, это, впрочем, недалеко, молочная от меня в трех минутах ходьбы, и разговора особого вроде бы не было, а я до сих пор нахожусь под его впечатлением. Паула спросила, из-за чего мы рассорились; да какая там ссора, говорю, не думает же она, будто я способна унизиться…

— Тьфу, старая истеричка! — воскликнула Ильза, неизвестно почему почувствовав себя лично задетой. — Она уже вне опасности. — Ей хочется сыграть Нору, — сказала Ильза. — Боже, до чего дешевый трюк! Рутковский ошеломленно взглянул на жену. Читка продолжалась, но он не в силах был сосредоточиться.…

Он стучал долго, яростно, уже не надеясь на спасение в этом безлюдном, темном, холодном месте, когда неожиданно дверь резко открылась внутрь, так что он, потеряв равновесие, чуть не упал на человека отворившего ему. Он так замерз – замерзли скулы, все лицо – что не смог поначалу выговорить ни слова.…

Он купил газету и вернулся в гостиницу. У стойки по-прежнему было пусто, но уже можно было заказать кофе. Его встретил длинноволосый молодой официант в расклешенных брюках колоколом. Он вспомнил трофейное хаки, солдатское обмундирование и спецодежду, в которых щеголял в конце сороковых годов: мы, мальчишки,…

Баррет был знаком с творчеством Л. Н. Толстого и А. М. Горького. В своих очерках (наибольшую известность получили «Горе Парагвая» и «Что такое плантации парагвайского чая») он сравнивал парагвайскую действительность с жизнью царской России, что порождало одинаковые образные ассоциации. Если Чехов создал…

Ее поглотило чрево Парижа и выпустило на станции "Бульвар Монпарнас", посреди лавчонок и киосков. До начала урока оставалось полчаса, и она собиралась явиться вовремя, ни секундой позже, ни секундой раньше. До обозначенной на плане улицы оставалось совсем чуть-чуть. Она остановилась у подъезда дома…

Доброе впечатление оставили ростовцы! Неплох также у них метод отрубления вражеских конечностей, а лучше — пиления столярным инструментом их отвратительных костей. Отпилят, бывалоча, подследственному руку, сказал мне начальник во время экскурсии по учреждению, глядишь, он вторую руку терять уж не захочет…

На глазах Матвея блеснули слезы. «Не-а, — сказал он, — ошиблись. Куда мне. Я, мужики, рылом не вышел». И зарыдал. Вожак смутился, быстро сунул в лапу Матвея ломоть водки, и еще быстрее исчез. Буквально — растаял в воздухе. «Спаивают, суки, русских людей», — рыдал Матвей, кроша зубами…

— Глаз Одина, — весело сказал Ив, когда я пришла туда в первый раз, — но я не собираюсь его закладывать! И я записала шариковой ручкой на запястье глаз одина, чтобы дома посмотреть в словаре. Книжная полка в студии была заставлена бутылками, початыми и полными, а книга на ней стояла…

— Вот! Вот это уже в зачет! В зачет это будет Шопенгауэру! Не знаю, заметно ли: немного грустно стало, жаль — не в Шопенгауэре дело — жаль, что музыка изменилась; или это можно назвать разложением текста «Митьков». Сел, думаю: буду писать «Митьков», посмотрю, что получится. И сразу выскакивает мелкая,…

У меня не было намерения спеть панегирик прошлому, всякое ведь случалось и тогда — и веселое и грустное. Поэтому я решил привнести в воспоминания долю иронии. Так родились заметки «С прошлым расстаюсь смеясь». В процессе работы над рукописью я вышел за рамки первоначального замысла и в «Молодежную газету»…

А он каждый раз жестоко отказывал, вспоминая те плотоядные взгляды мужчин, улыбку, с которой «продюсер» взирал на девушку. Его девушку! Свобода? Даже не проси, любимая! Тогда Сирена перестала разговаривать. Замолчала, протестуя, не произносила ни звука… Неделю, две… Потом она сбежала от него. И…

Макс не помнит день, когда я появился на свет, и не помнит, о чем он тогда думал. Но так как он придумал, что я старше и собраннее, то я мог учиться намного быстрее, чем он. Я даже в день своего рождения мог сосредоточиться лучше, чем Макс сейчас. Помню, в тот первый день мама Макса пыталась научить…

И вот, приходит муж с другом домой и спрашивает: — Приготовила гуся? — Да, — отвечает жена. — Он в печи. — Молодец! — выдохнул муж. — Ты всегда была хорошей женой. Сначала мы с другом пропустим по стаканчику-другому, а потом возьмемся за гуся. И вот, муж с другом пропустили стаканчиков по четыре,…

— Вот то, что нам нужно, — говорит жена. Коварная! Годами она вынашивала планы уничтожения этой тарелки, которую видеть не может. Но до сих пор мне удавалось помешать осуществлению ее замысла. Теперь же она знает: долгожданный миг настал. Да и я, как мудрый стратег, должен бросить все силы на борьбу…