Проза

Москва. Ах-ах! Что я вижу за этим словом? А вижу я одетых в мерзкие дешевые тряпки старух, денно и нощно бесцельно катающихся на заплеванных и заблеванных креслах автобусов, метро и электричек. Вижу и чую насквозь пропитавшихся запахом недельного пота и дешевого одеколона мужланов, с пустым взглядом…

— Во — гляди… Зда-аровый… С версту шли мы логом. Скоро лес загудел неумолчным ровным гудом, как будто вдали сыпали с горы камни и катились они, рождая смутный хаос звуков. Это шумел на Чусовой перебор. Лесник остановился, внимательно оглядел место. — Ну, вот здесь и построим лабаз. К трем пихтам…

В бакалейной лавочке работали молодые египтяне. Помимо моего психиатра доктора Таттл, подруги Ривы и консьержей в моем доме, египтяне были единственными, кого я регулярно видела. Все они были в какой-то степени красивыми, а некоторые даже очень: квадратные подбородки, черные брови-гусеницы, орлиный взор.…

А телефон продолжал звонить. Может быть, подумала Катя, это кто-то из родственников, тех, кто точно знает, что она поехала сюда. Или нотариус. Или социальная служба. Или кузены, хотя эти крокодилы заявились бы без предупреждения. Нет, поправилась Катя, они считают, что Ванька здесь с ней, а это значит…

– Вы до сих пор находитесь в системе Декартовых координат, а сейчас я расскажу вам о криптодешграфе. Это новая система индикаторов, которую я разрабатывал еще в то время, когда торговал деривативами на чикагской бирже… – вещал перед аудиторией Вальдман. – Какого чёрта я здесь делаю? – задумался Пётр…

Это не он, это Софи: – Ты в порядке? Тысяча поцелуев Я закатываю глаза. Все беспокоятся обо мне, непрестанно спрашивая, в порядке ли я. Сегодня я получила уже одиннадцать сообщений от родных и друзей, справлявшихся, все ли у меня «в порядке», и посылавших мне свои «поцелуи». Джеки – проклятая…

– Принесу, – коротко ответила, и хотела было уже отойти, однако в последний момент остановилась. Я все же должна его предупредить, Маринка права. – Должна сообщить. Я здесь последний день. Простите.

– Кто ты, как ты прожил свою жизнь? – Я мудак……….. кто я такой чтобы решать за других, как им будет лучше!!! Это уже кричал не я, а кто-то другой, тот, кто жил во мне всю мою жизнь и спал, не пытаясь бороться с моей беспредельной глупость и уверенностью во всем. Боль отпустила, пустота и тишина,…

– Забыл чего, Сашка? – открывая дверь, спросил с некоторым раздражением Дед. – Дед, открывай быстрей, я в универ опаздываю и писать хочу, – ответил молодой голос, тембром напоминая голос самого Деда. Дверь открылась, и в прихожую, выдавливая Деда из проема двери, ввалился высокий молодой парень лет…

Увидев, что казак проснулся, девушка спросила: – Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Ведь ты рухнул в воду с такого обрыва! – Ничего, спасибо. Вроде цел. Вот только у меня странно двигаются руки: как будто я во сне или в воде! – Ничего удивительного. Мы с тобой действительно сейчас находимся…

Поэтому я считаю, что у большинства людей есть своя собственная версия вязания либо они тратят всю свою жизнь, чтобы найти ее – такое незаметное, но непрерывное движение, которое помогает им преобразовать вселенную и найти уголок для своей личности. Для моего папы – это рыбалка; для брата – музыка. Моя…