ЛЮБЛЮ

ный пример, и я не умею найти нужных слов для объяснения. Но, на-

деюсь, что хоть какое-то представление о том, что же такое мне снит-

ся, и как я с этим сталкиваюсь в жизни, вы себе составили. Вот вы

– 165 –

как-то сразу поверили. Даже нисколько не усомнились. Друзья же

мои, и все те знакомые кому я об этом рассказывал, не верят. Они и

знают, что я не лгу, но считают это моей фантазией, художественным

вымыслом, стремлением к оригинальности. Я не обижаюсь. Я их хо-

рошо понимаю. Я и сам с трудом поверил в это, а когда поверил и

стал размышлять, то чуть не потерял рассудок. Настолько всё моё ми-

ропонимание перевернулось. Вы только представьте себе на мгнове-

ние, что вся ваша жизнь, каждый ваш шаг, всякая мысль и даже ни-

чтожная тень мысли, сны, страхи, запахи, наконец – всё это за вас

кем-то уже распланировано до самого конца земного существования.

А может быть и далее. И не только ваша жизнь, но и детей ваших ещё

не родившихся и внуков, и внуков ваших внуков и так далее, на мно-

гие тысячи лет! И представьте ещё, что людей так много, и все они

мыслят, видят сны, испытывают различные чувства, и всё это за них

за всех уже расписано.

Фёдор отошёл от окна и, подойдя к Анне, сел на стул недале-

ко от неё.

– Завтра утром, а точнее, уже сегодня, я должен ехать в дерев-

ню, – угрюмо сказал он. – Поеду помогать печнику. В прошлом году с

матушкой ездили на кирпичный завод в Малоярославец, отработали

смену. Это непременное условие для тех, кто жителем города не явля-

ется, но хочет купить кирпич. Потом, на тракторе везли кирпич в де-

ревню, а теперь пришло время печь класть. Придёт печник, обещал

помогать. Хотите послушать рассказ? Сегодня, как раз по этому пово-

ду, сочинил.

Анна молчала, внимательно слушая.

– «Печник» называется, – сказал Фёдор и задумался. Минуту

просидели в молчании, после чего он стал рассказывать:

– Жил-был молодой человек, писал роман, учился в Литератур-

ном институте. И вдруг из института ушёл, потому что не мог одно-

временно писать и учиться. Выбрал первое, а его мама, с сыном не со-

ветуясь, выбрала ему второе. А с нею и все знакомые, родня. Все вы-

брали для него второе. После такого глупого и непонятного поступка

сыновьева, стыдно стало его матери смотреть людям в глаза. Подруги

спрашивают, как у сына дела, а что ответишь, как объяснишь? А са-

мой-то, главное, как понять? Тут у бабушки в деревне печь решили

– 166 –

новую класть, печник, окромя платы, помощника себе требует. Кого

послать? А вот его и послать. Сын упирается, говорит, теперь никак

не могу, надо писать. А мама ему: не лги, если бы хотел писать, то из

института бы не ушёл. А коли ушёл, значит, бездельничать захоте-

лось. Он ей несёт начатую рукопись, а она смеётся.

Кому, говорит, это теперь нужно, раз у тебя не будет диплома?

Делать нечего, поехал в деревню. А в деревне бабушка. Дочь у неё в

институте училась, диплом имеет, зять дипломированный специалист,

а с внуком непорядок. Не выгнали, по своей воле из института ушёл.

Беда! Настоящая беда. Да, добро бы на работу пошёл, где заработки

хорошие, понятно бы было, а то ушёл из института и дома сидит, ду-

рака валяет. Знать, и впрямь молодёжь испортилась, учиться не хочет,

работать не хочет. Да, она, впрочем, всегда это знала. Всегда, всем го-

ворила об этом. И вот едет к ней помощник, наглядный тому пример.

И взяла-поведала бабушка печнику о семейном горе. Сказала, что

внук тунеядец, перед государством, как есть преступник, не сегодня-

завтра в тюрьму посадят. А у печника своих двое, каждому за сорок, с

жёнами развелись, с работ ушли, вернулись в дом к отцу и сиднями

сидят на его шее, благо получает он хорошо за свою работу. Печник,

мужик работящий, сколько помнил себя, всё трудился, спины не раз-

гибая. Как услышал он, что не только сорокалетние, но и двадцати-

летние работать не хотят, закручинился. Лишнего выпил, всплакнул...

Да! Тут я пропустил. Бабушкин внук приехал к ночи, поужинал и

спать лёг, а печнику о нём за ужином бабушка возьми и доложи. Вот

он за этим затянувшимся ужином от горьких мыслей и угостился. Ба-

бушка ему вместе с внуком постелила, а сама в другую комнату спать

пошла. Остался печник за столом один. Вспомнил трудную, длинную

жизнь, как уставал, как выбивался из сил, работая, и как крепко и

сладко спалось после этих трудов. Вспомнил, как женился, как появи-

лись дети, как ждал, что сыновья вырастут и станут помощниками.

Ждал он, ждал, и вот дождался. Выпил он ещё, больше обычного. Ну,

да и причина на то весомая была. Выпил, но жара сердечного так и не

угасил. Сердце пылало, болела душа. Посмотрел он на молодого лен-

тяя, сладко и беззаботно спящего, смахнул с глаз пьяные слёзы, дос-

тал топор и порешил бездельника.

– 167 –

Увлечённый рассказом, Фёдор не сразу заметил, как сидящая

рядом Анна, после его слов «порешил бездельника», закрыла лицо

руками и бесшумно заплакала. Он, закончив историю, погрузился в

задумчивость, но, как только услышал всхлипывания, тут же вы-

шел из неё.

– Что это вы? – Растерявшись, стал спрашивать Фёдор и, дога-

давшись о причинах, стал заглаживать вину. – Не плачьте, Аня. Разве

можно? Я всё это выдумал. Это неправда. Ничего этого не было. Вы-