Детская проза

— Я тебе покажу, как надо мной хохотать! — заорал круглый троечник Миша, но Камилла его остановила. Круглый отличник Миша сказал: — Как же он будет надо мной смеяться, если я круглый отличник? А у него две двойки. Это я над ним должен смеяться вместе с его фотоаппаратом, если на то…

Наш поезд мчался с огромной скоростью. Громко стучали под вагонами колеса, телеграфные столбы за окном валились как подрубленные. Я сказал бабушке, что вдруг я возьму и стану машинистом. Разве не интересно? Бабушка, понятно, свое: для любого дела надо прилежно учиться. А кто это не знает? На первой…

В понедельник утром скелет был водворен в класс. «Ашки», притихшие и униженные, долго молча рассматривали его и так же молча удалились. Шестой «в» торжествовал. Первые дни скелет приводил учителей в содрогание, и кое-кто даже требовал удалить его из класса, но шестой «в» объяснил, что это не что иное,…

В тишине раздался насмешливый голос Саши Мятликова: — Не волнуйся, Виталя, о тебе подумали. В следующем номере стенновки увидишь карикатуру. Троечки за тобой так и ползут. Петров покраснел. Глаза его яростно округлились. — Это месть с твоей стороны! За мою критику. Учти! А… в какой стенновке?…

— Не отвлекайте меня. Так вот… давным-давно жила-была в Москве семья: папа, мама, няня и совсем маленькая девочка. Папу звали… папой. Маму… Папа называл её Юленька, мамины старшие сёстры — Люськой, брат — Пунечкой. — А брат — это дядя Лапа? — Ну, например он, хотя в жизни-то его никто так не зовёт,…

— Нет, — говорит соседка, — будет жарко под двумя одеялами. Я и дома жарко не укрываюсь. С её полки не видно того, что видно с моей. Я сейчас выйду в коридор, позову проводницу, соседей из других купе. Им хорошо там спать, а здесь на антресолях кто-то прячется, и у меня от страха трясутся…

По ночам лютует тёмно-жёлтый Дельбегень, а днём в лесах отсыпается. Белым потником-кечимом [1] зелёную долину накроет и уляжется. Семь голов Дельбегеня что круглые холмы между сопок покоятся. Вдохнёт людоед — деревья и горы, как бурей подхваченные, в его ноздри тянутся, выдохнет — деревья и горы,…

Чтобы прожить, приходилось заниматься самой разной работой — Алёша был учеником киномеханика, поварёнком, торговал газетами, учился на курсах киноактёров, был внештатным кинорепортёром, печатался в журналах. В 1926 году друзьям пришла в голову мысль написать книгу о Шкиде. Рукопись книги, которую они…

– Ну что, человек сосновый, Веткин-Щепкин, будешь жить в моём домике? – сказал Малыш. – Какое смешное имя – Щепкин! И очень тебе подходит. Давай с тобой дружить, а то здесь никого другого нет. Уговор? Отлично! Полезай в свой домик, а я приду к тебе в гости. Малыш постучал в островерхий домик. – Щепкин,…

Старый дед и внучек Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. И когда он ел, у него текло назад изо рта. Сын и невестка перестали его за стол сажать, а давали ему обедать за печкой. Снесли ему раз обедать в чашке. Он хотел её подвинуть, да…

Блаженка всегда думала, когда слышала: «Это разорвет мне сердце», что эти слова ничего не значат. Но сегодня Блажена узнала, что и вправду существует такая невыносимая боль, которая пронизывает всю душу, все мысли, охватывает все существо. Она искоса смотрит на лицо отца. Нет, он не плачет, но его…

Хотя Нюша Горелова, закадычная «на жизнь и на смерть» подруга молоденькой сербки Милицы Петрович, могла бы многое что рассказать, но она скорее даст отрезать себе язык, нежели выдаст подругу. Не скажет она, где ее Миля, не скажет ни за что! Потупляются лукавые, бойкие глазки, складываются с самым смиренным…

– Ты выбрала, что мы сегодня будем смотреть? – Сегодня мы будем смотреть «Весну на Заречной улице». – Значит, все-таки про любовь, – усмехнулся папа. Я решила не отвечать на этот выпад. Разбудил меня телефон. На часах семь утра. Суббота. Кто-то хочет быть убитым порцией яда прямо в мозг. Это я устрою!…

Живёт зимний лес. Живут заснеженные поля и долины. Живёт вся картина седой чародейки — Зимы. Можно её и Солнышку показать. Раздвинуло Солнышко сизую тучку. Глядит на зимний лес, на долины… А под его ласковым взглядом всё кругом ещё краше становится. Вспыхнули, засветились снега. Синие, красные, зелёные…

Так же как Эдгара По, Кирогу влечет к себе таинственное, необычное, «непознаваемое». Но XX век вторгается в жизнь людей замечательными открытиями в области техники, крупными достижениями естественных наук; весьма чуткий к этим приметам времени, Кирога стремится отразить их в своем творчестве. Фантастика…

Первое время рядом с латышским стрелком, который молча накалывал на штык винтовки цветные кремлёвские пропуска, дежурил старичок швейцар. Он знал в лицо всех прежних кремлёвских обитателей. Зимой у ворот часовые разжигали костры и грелись возле них. А когда смеркалось, часовые не отходили от костров—…

Только что Счастливчик спустил с постели голенькие ножонки, как за дверями слышится голос: – Можно войти? Счастливчик подбирает тотчас свои ноги под себя и садится, как турецкий паша, посреди своей нарядной кроватки. За шторой на окне слышится возня. Кто-то тревожно мечется там и свистит: «Фю-фю-фю».…

Новый приступ кашля прервал ее речь. – Да, да… Я все исполню, моя дорогая! – отвечала стоявшая на коленях молодая женщина. – Клянусь тебе, что исполню все, о чем ты просишь меня! Я напишу всю правду, открою заветную тайну моей души, я расскажу им о той женщине, которая отплатила любовью за муки, лаской…

Береле-кряква со своей сестренкой вошли в ворота, а Лям не решился. Он боится этого дома и поэтому остался на улице. Береле-кряква потащил Салю на какой-то пустынный чердак, а оттуда они оба выползли на галерею, чтобы Ляму все было видно. Галерея чуть держится, стропила прогнили, и все висит на ниточке.…

Степан Ильич быстрым шагом идет к своей хате. — Поторапливайся, жинка, поторапливайся! Время! На широком лице Степана Ильича блестят капельки пота, он расстегивает воротник и вытирает платком шею. — Ой, Степа, так же некрасиво! Татьяна на ходу застегивает мужу воротник, оправляет ему рубашку.…