Проза

Он безмолвно кивнул. И хорошо, что она — не из нынешних умников, которые даже про стрекозу все пакости знают. Ну, рыб изучает. Подумаешь. Сейчас перевезёт на материк, там и представлюсь деве речной по всей форме. Затылка её не видел, но в памяти, в придонных её тайных струях, мелькало почему-то неясное…

– Улица Святопармезанская, – сказал Кармазин и, не сдержавшись, смущенно улыбнулся. – Странное название, не так ли? Здесь и вправду есть такая улица? – А еще Хамоноядная, Прошуттинской и пригород Верхние Камамберы, – серьезно промолвил собеседник. – Впрочем, большинство топонимов звучат вполне привычно…

Тогда он попросил меня встать, прижал к себе, сказал, что тоже любит меня, но не может остаться. Я спросила, есть ли у него другая. Он сказал, что никого кроме меня у него нет, и еще долго не будет, и это было правдой. Мне хотелось поцеловать его на прощание, но он не позволил: последнего раза никогда…

   — Лежи тихо, Ванька, — твердил Фёдор, для верности удерживая товарища за полы черкески. — Лежи тихо, за рекой стрелок... Эх, что ж ты, лихоимец, в красной одёже на дело попёр? Модник станичный! Нету тута девок, для завлечения пригодных...    — Дурень ты, Федя! — почти в полный голос ответствовал…

— Почему ты не поплыл за нею? — ласково спросил бог моря, приподняв ему голову так, чтобы он мог видеть горизонт, где тучи казались островами, целыми архипелагами. Мужчина не удивился этому вопросу, но не смог ответить на него, не смог и глядеть широко раскрытыми глазами на небо и заплакал снова. …

Авдотья . А как ему, голубушка, помирать-то не хотелось, как он плакал-то!.. Деток-то ему жалко было. – Брат! нашему-то говорит: коли Бог меня приберет, не бросай моих сироточек. А тот: видишь, говорит, Владычицу? Хошь со стены сниму ее, матушку? Все одно: твои дети – мои дети. С места мне не сойти!…

Потом на тебя смотрят и выбирают: вести в палату с наблюдателем или в обычную. Если ты кричишь и дрыгаешься, то ведут к наблюдателю, а если сильно кричишь, то могут отвести в отдельный звуконепроницаемый кабинет, но я там не был. В наблюдательной палате, в первую очередь, положат на вязки и прибинтуют…

– Ого! Если ты станешь спрашивать его о будущем, – воскликнул Марлотт, – ты услышишь какую-нибудь чепуху или он совсем замолчит! – Оставь, – вмешался Кардальяк. Вопрос повторили снова: – Кто будет здесь жить через год? Стол заскрипел. – Никто! – возвестил переводчик. – А через два года? …

Во всем этом читатели смогут убедиться сами, ознакомившись с предлагаемым их вниманию сборником новелл японских писателей. В него включены около трех десятков произведений послевоенного периода, охватывающего более тридцати лет. Жанр новеллы, имеющий давние традиции в японской литературе, стал особенно…

- И что это означает? – Задал вопрос седоволосый человек в сером костюме с галстуком, который являлся главарём того, кто с ним приехал на синем фургоне и привёз товар, увидев приближающееся к ним новое лицо, в руке которого был зажат странный и довольно длинный кнут. Странное в этом кнуте было то, что…

Раньше я относился к его письмам без должного внимания и отвечал чаще, побуждаемый не столько желанием высказаться, сколько требованием вежливости. Теперь же я вновь и вновь перечитывал страницы, написанные его рукой в разные годы, и уже знал, что отшутиться не смогу. Беспокойство, возникшее, как только…

Для многих поколений феномен Шолохова долго будет загадкой. Вот уже более полувека его творчество вызывает восхищение, потрясение и удивление: как, каким образом он, простолюдин, не имеющий систематического образования, сумел постичь диалектику природы и глубокий смысл трагических противоречий века;…

Конструкция романа — предположительно 5–6 частей. Легенда — действие в первых четырех частях романа происходит в апреле-июле 1945 года на территории Германии в полосе бывшего 1-го Белорусского фронта и левого фланга 2-го Белорусского фронта и демаркационной разгранлинии с войсками западных союзников,…

Это он придумал фамилию «Кепкер» в рассказе «Земля бедованная» и заголовок — тоже его. И многие строчки. 22 сентября, в день прощания, когда отзвучали речи коллег о том, каким замечательным инженером и ученым был Михаил Эфрос, выступил Яков Гордин, один из самых близких наших друзей. И сказал, что…

Пока мы едем в машине из аэропорта в центр города, Хэпи немного сдавленным голосом просит меня заранее сказать о том, куда я хочу поехать вечером третьего дня, если, конечно, есть какое-то особое место. Ни минуты не колеблясь, я отвечаю: «Памме». Памме. Хэпи слегка склоняет голову набок и смотрит на…

– Вы опоздали на четверть часа, Семенов. – Меня задержали… По нашему же делу… Ужасно извиняюсь… Все устроено… Они согласны… завтра могут выехать в Варшаву… – Если вы будете орать на всю гостиницу, вас выведут, – сказал Роллинг, уставившись на него мутноватыми глазами, не обещающими ничего доброго.…

– Алло, Харада-сан! – сказал Бельц. – Давайте передохнем. Японец пробормотал что-то неразборчивое. Бельц не мог понять, остановился Харада или нет. Легких шагов японца не было слышно и на ходу. – Харада-сан! – раздраженно повторил Бельц и тут же неожиданно увидел силуэт майора рядом с собою. – Решаюсь…

Так что не зря доктор Дедушев, будучи пожившим — немного за пятьдесят — человеком, нервничал. Старшая сестра, выдающая замуж младшую, — взрывоопасная ситуация. Впрочем, это не мешало Дмитрию Владимировичу считать жизнь вообще вздором и, соответственно, все составляющие жизни — любовь, в частности, —…

Нет, здесь мне окончательно невмоготу. Полетаев, сначала робко высунувшись из коварных зарослей — не углядит ли его побег сердобольная старушка — вновь выбрался на шоссе и, нахлобучив панаму, побрел, пытаясь припомнить незамысловатый мотивчик, что так приятно сам собой насвистывался в начале пути. Но…

— Осади назад! Куда прете! Между тем пароходик, таща свои баржи, проплыл мимо причала и, не развернувшись, ушел в туманную даль. Некоторое время все следили за ним тоскующими глазами, тщетно надеясь, что он еще вернется, потом толпа стала разваливаться. — Обратно ничего! — мрачно сказал чей-то громкий…